«Как они похожи! Отец и сын», — пронеслась в голове мысль, полная горького сожаления. Только если глаза Вальтерн смотрел на меня с любовью и искренним интересом, и глаза его казались теплыми, то эти глаза были ледяными глазами убийцы.
Генерал промолчал.
— Вы что-то скрываете от меня, не так ли? — произнесла я, не отводя взгляд. Предчувствие страшной правды вдруг разошлось звоном по телу. Словно я сама готовила себя к ужасной новости. И сейчас ловила малейшие знаки, рассматривая его непроницаемое лицо.
— Я пока не могу его найти, — произнес генерал. — Но как только я его разыщу, я обязательно вам скажу.
— В вас взыграла совесть? — спросила я, качая головой и глядя ему в серые глаза глаза. — И поэтому вы решили отыскать меня?
— Да, — усмехнулся генерал, словно разглядывая мое лицо. — Можете считать и так. И да, даю разрешение на ваш брак с моим сыном. Считайте, что я передумал.
— А вы не обманываете? — подозрительно спросила я.
Взгляд вонзился в меня, как нож.
— Чтобы я обманул? — послышался голос генерала, в котором нарастало удивление и гнев.
— Я вас не знаю, — холодно ответила я. — К тому же у меня о вас уже сложилось мнение.
— Ваше мнение обо мне не меняет моего мнения о себе. Поэтому можете не утруждать себя. Если не верите, то пусть это будет для вас сюрпризом, — усмехнулся Аллендар.
Вот только сюрпризов мне не хватало!
— Что ж, — вздохнула я, а внутри все дернулось, словно невидимая птица надежды раскрыла свои крылья, взмывая куда-то высоко — высоко, где среди воздушных замков парила моя мечта. — Лучше поздно, чем никогда!
Аллендар о чем-то думал, а я не могла прочитать его мысли. Как вдруг карета остановилась возле роскошного поместья.
— Прошу, мисс Винтерфельд, — произнес генерал с изысканной вежливостью подавая мне руку, словно мы были в высшим обществе.
Я смотрела на его руку так, словно ко мне тянет шип какое-то ядовитое растение. Я прижала свою руку к груди, чувствуя в душе сомнения. С одной стороны я должна была его ненавидеть за то, что случилось. А с другой стороны он вытащил меня из борделя.
И сейчас я чувствовала, как внутри все раскачивается, словно маятник. Я с надеждой посмотрела на его лицо, словно ища подсказку, к чему готовится. Но лицо генерала было непроницаемым.
— Разрешите я сама, — произнесла я, ставя ногу на подножку. Во фривольной прорези платья мелькнула моя нога в старой туфельке.
Я увидела, что он смотрит на нее. Это был сиюминутный странный взгляд, от которого внутри что-то смутилось. Я тут же рукой поправила юбку и гордо извинилась. И тут же в голове пронеслись мысли о том, что я еще недавно почти согласилась провести с ним ночь, не зная, кто передо мной. Стыд вдруг залил мои щеки. Это же отец моего жениха! Хорошо, что драконы не умеют читать мысли!
— Понятно, — мрачно произнес генерал, беря меня за талию и снимая с подножки.
Его дыхание на секунду коснулось меня, а перед глазами появилась нарисованная воображением картинка, как он снимает с меня платье.
«Нет!», — мысленно дернулась я, отгоняя эти мысли подальше.
Он провел меня по лестнице, ведущей к дверям, а я чувствовала, как сердце забилось внутри от волнения. Что меня там ждет?