К вечеру платье было почти готово.
Его кроили прямо в комнате, словно волшебники, и сшивали при помощи магии, которая искрилась и пульсировала в воздухе, наполняя пространство особым очарованием.
Графин с водой постепенно пустел на глазах: Розетта наполняла его неустанно. Потом она приносила то закуски, то чай, с улыбкой глядя на разбросанные кружева и обрезки тканей.
Главная швея миссис Мередитт работала не покладая рук.
Каждое её движение была наполнено гордостью, будто она создавала не просто платье, а шедевр, которому суждено стать символом самой красивой свадьбы сезона.
— Мне кажется, вы будете самой красивой невестой этого сезона! — произнесла она, глядя на результат.
Только сейчас она позволила себе устало опуститься на пуфик и сидеть, обмахиваясь образцами плотной ткани для подъюбника. Её глаза светились гордостью и восторгом, а голос звучал так, словно она уже видела меня перед алтарем, в сиянии счастья.
— Нет, я говорю без преувеличения! Я второй раз такую работу не повторю! — авторитетно и устало заметила она.
Она ужасно гордилась собой, и я смотрела на себя в зеркало, не скрывая внутреннего трепета. Платье, хоть и было еще не завершено и требовало доработки, выглядело невероятно. Его ткань — плотная, насыщенная, с тончайшей вышивкой, создающей ощущение волшебства. Шлейф, еще не расшитый и приколотый булавками, простирался до самой двери, словно снежная дорожка, искрясь при свете свечей, как свежевыпавший снег.
— Ах, как я люблю свою работу! — вздохнула миссис Мередитт, с гордостью и страстью в голосе, пока ее помощницы собирали нитки, иголки и магические причиндалы. В их движениях чувствовалась искренняя увлеченность, как у художников, создающих свою мечту.
— Теперь нужно определиться с декором, раз с фасоном мы так быстро все решили! — заметила миссис Мередитт.
Она протянула мне каталог, а у меня глаза разбежались от этой красоты.
— О, господин! Мы уже на сегодня все! — довольным голосом произнесла миссис Мередитт. — Останется все это скрепить, обшить… И ваша невеста будет выглядеть изумительно!
Я обернулась, видя Аллендара, который рассматривал платье, которое уже водрузили на манекен, переодев меня в примерочное платье — халат.
«Ваша невеста» прозвучало так двусмысленно, что я замерла. Неужели она подумала, что жених — он?
— Это — невеста моего сына, — с вежливой улыбкой заметил Аллендар.
— Ну да, — смутилась швея. — Я так и сказала! Ваша невестка!
Я немного успокоилась.
— Постойте! — вскочила я, скидывая с колен каталог. Я выбежала в коридор, видя, как Аллендар заходит в дверь своего кабинета.
Я понимала, что должна поговорить про отца. Я должна знать, как продвигаются поиски. И эта тайна в его глазах, не давала мне покоя.
Дойдя до дверей, я замерла, не решаясь постучать.
— К вам можно? — спросила я, чувствуя, как сердце замерло в ожидании ответа.
— Проходи, — кивнул Аллендар.
Я робко вошла, рассматривая кабинет и тут же замечая портрет очень красивой женщины, висевший над камином.
— Присаживайся, — голос был холоден. — Я как раз хотел с тобой поговорить!