Жена из дома утех для генерала дракона

Глава 15 Дракон

Я стоял в тени тускло освещенного кабинета, ощущая тяжесть на сердце, когда за дверью раздался голос сына.

— Можно войти? — спросил произнес Вальтерн.

Его слова прозвучали словно шепот, и всё внутри меня сжалось от боли. Я медленно повернулся, видя как Вальтерн входит в кабинет.

Сын осмотрелся вокруг, словно ожидая, что кто-то может нас подслушать. И в этом движении я увидел его страх, его уязвимость, и вдруг мне стало страшно. Страшно за него, за его сердце, за его разбитую мечту.

— Поздравляю, — произнес я. — Ты делаешь успехи в исправлении своих ошибок.

— Отец, — послышался его голос, полный тревоги и надежды, — надеюсь, ты не серьезно?

Я взглянул на него, в его глаза, наполненные волнением, и ощутил, как внутри меня — что-то разрывается на части. Он — мой мальчик, и я вижу, как ему больно. Я прочитал эту боль в его глазах.

— Что именно? — спросил я, глядя ему прямо в глаза, стараясь понять все, что он скрывает.

Внутри меня разгоралась тревога, смешанная с четким осознанием, что сейчас я стою на грани выбора, от которого зависит его судьба.

— Ты же пошутил по поводу свадьбы, не так ли? — произнес Вальтерн с надеждой в голосе. — Пока тебя не было я все понял и осознал. Клянусь, такого больше не повторится. Отец… Я прошу тебя… Не надо…

Его голос задрожал. Я чувствовал внутреннюю борьбу с самим собой. В глазах сына — отчаяние, мольба, надежда. Он — словно уязвимый ребенок, который боится потерять самое дорогое — свое хрупкое счастье.

— Ты не понимаешь. Я не могу… Просто не могу… Я не люблю ее. Чувства давно прошли… Разве ты сам никогда в жизни не любил? — взмолился Вальтерн.

Я чувствовал, как внутри меня закипает гнев, и одновременно с ним откуда-то из глубин души поднимается тяжелое чувство жалости. Сын опустился в кресло, придвинул его к моему столу, и я заметил, что он сейчас находится на грани отчаяния.

— Нет, — с усмешкой произнес я. — Эта напасть меня обошла стороной. И это даже к лучшему. Увлекаться, увлекался. Но не любил. Никогда.

Сын шумно вздохнул, словно пытаясь найти нужные слова, и я видел, как его лицо искажает смесь боли и решимости. Его глаза блестели, и я почувствовал, как внутри меня рождается тревога, словно я держу в руках нечто хрупкое, что может разбиться в любой момент.

— Тогда тебе меня будет сложно понять, но ты попытайся! — взмолился сын. — Ты ведь понимаешь, что мой брак с Эммой будет несчастливым. Я не испытываю к ней тех чувств, которые испытывал раньше! — прошептал Вальтерн. — Я же говорил. Она лишь мимолетное увлечение…

Он пытался заглянуть мне в глаза, и в этом взгляде я увидел крик отчаяния.

«Может, хватит?», — спросил я самого себя. — «Может, он достаточно наказан? Может, стоит послушать совета сердца, вручить девочке деньги, купить поместье, погасить долги и успокоиться?».