Корона из Тьмы - Книга Первая: Возвращённый

Глава 19 - Шёпот Первых и Эхо Силы

Ночь в руинах К’Тар была долгой и тревожной. Ледяной ветер завывал в разрушенных коридорах, словно плач по давно ушедшей эпохе. Они укрылись в том же зале, где сразили Пожирателя. Мерунес, используя обретённый контроль над равновесием сил, сделал то, чего не смог бы раньше: он сплёл тонкие нити тьмы и остаточной энергии холода, создав полупрозрачные, мерцающие барьеры в разрушенных проёмах, которые не грели, но отсекали пронизывающий ветер и, как он надеялся, могли бы предупредить о приближении незваных гостей.

Скудный костёр, разведённый с большим трудом из окаменевших обломков, бросал дрожащие блики на лица выживших. Лира, чьи глаза покраснели от слёз и усталости, ухаживала за ранеными. Варен лежал у стены, его дыхание было тяжёлым, ожоги воспалились, и его бил озноб, несмотря на близость огня. Эларе повезло больше — её нога была сломана чисто, и Мерунес, используя свои знания о человеческой анатомии (откуда они у него взялись, он и сам не до конца понимал — эхо прошлых жизней?), помог Лире наложить грубую, но крепкую шину. Тим сидел рядом с сестрой, по-прежнему безмолвный, но его взгляд неотрывно следил за Мерунесом, за его руками, сплетавшими тьму и лёд для барьеров. В глазах мальчика не было страха, скорее — напряжённое, пугающее любопытство.

Когда первые неотложные дела были сделаны, и раненые задремали беспокойным сном, Мерунес подошёл к Эларе, сидевшей у огня и делавшей какие-то пометки углём на куске пергамента, который она чудом сохранила.

— Рассказывай, Элара, — тихо сказал он, садясь напротив. — Кто такие Первые? И что ты искала в этом мёртвом месте?

Элара подняла на него свои умные серые глаза. Страх в них немного утих, сменившись почти лихорадочным блеском исследователя, столкнувшегося с чем-то невероятным.

— Первые… — она понизила голос, словно само имя было тайной. — Так мы их называем у нас, на Дальнем Севере. В Империи о них почти не помнят, считают сказками. Но мой народ… мы потомки тех, кто видел их закат. Мы сохранили обрывки знаний, легенды, фрагменты текстов. Они не были людьми, Мерунес Дагон. И не эльфами, не гномами… Они были чем-то иным. Существа, которые пришли… или проснулись… когда мир был ещё молод и хаотичен. Легенды говорят, они не владели магией в нашем понимании. Они… формировали реальность. Они строили свои города, подобные этому, используя силы, лежащие в основе мироздания. Силы Порядка и Хаоса, Света и Тьмы, Льда и… — она запнулась, посмотрев на него, — …и той энергии, что вы на Юге зовёте Скверной.

Мерунес слушал внимательно. Её слова перекликались с тем, что он узнал от Сердца Зимы.

— Я учёный, историк, — продолжала Элара. — Всю жизнь я собирала эти крохи. Искала доказательства. Древние тексты указывали на это место — К’Тар, Город Уснувших Звёзд, как его называли в некоторых апокрифах. Говорили, что здесь находится один из главных их… узлов силы. Я шла сюда почти год, через ледники и перевалы. Искала библиотеку или архив, хранилище знаний Первых. Но нашла только лёд, руины и… ту тварь. — Она содрогнулась. — Пожиратель… Он словно был стражем этого места. Или его узником.

— Возможно, и то, и другое, — задумчиво проговорил Мерунес. Он вспомнил, как монстр сочетал в себе Лёд и Скверну. Порождение баланса, но искажённое, безумное. Может, неудачный эксперимент Первых? Или след того катаклизма, что их уничтожил?

Элара достала из-за пазухи сложенный кусок кожи. Осторожно развернув его, она показала Мерунесу рисунок, сделанный углём — сложный символ, состоящий из переплетения острых углов и плавной спирали.

— Я нашла это на входе в долину, перед тем как меня загнал сюда Пожиратель, — сказала она, внимательно наблюдая за его реакцией. — Этот символ… он часто встречается в текстах, связанных с Закатом Первых. И… в некоторых очень древних, полузабытых хрониках Империи, где упоминается мятежный маг или герой по имени Каэрон, живший задолго до основания Каэлариуса. Говорят, он носил похожий знак.

Мерунес посмотрел на символ. Что-то внутри него — не память, а скорее фантомное ощущение, как от давно зажившей раны — отозвалось на эти линии. Он не помнил, чтобы носил такой знак открыто, но сама геометрия символа казалась знакомой, связанной с чем-то важным, с его первоначальной целью.

— Возможно, совпадение, — ровно ответил он, отводя взгляд. Но он видел, что Элара ему не поверила. Её проницательные глаза изучали его лицо.

— В этом мире мало совпадений, Мерунес Дагон, — тихо сказала она. — Особенно здесь, в К’Тар. Это место… оно само по себе — узел времени и силы. — Она помолчала. — Если мы хотим выжить и выбраться отсюда, нам нужно больше узнать об этих руинах. Где-то здесь должен быть… центр. Место, откуда исходила сила. Или куда она вела.

Несмотря на усталость и опасность, в Мерунесе взыграло не только стратегическое мышление, но и тень того исследователя, которым когда-то был Каэрон. Ответы на его собственное прошлое, на природу Скверны, на замыслы тех, кто его вернул — всё это могло быть связано с Первыми и этим местом.

На рассвете, оставив Варена под присмотром Лиры и дав ему немного одного из своих скудных целебных эликсиров (ещё один осколок знаний из прошлого), Мерунес решил исследовать руины. Элара, несмотря на сломанную ногу, настояла на том, чтобы идти с ним. Он не стал спорить — её знания могли быть ключом. Он нашёл длинный обломок лёгкого металлического сплава, который Элара смогла использовать как костыль.

Они двинулись вглубь руин, выбирая наиболее сохранившиеся проходы. Масштабы строений поражали. Они проходили через залы такой высоты, что их своды терялись во мраке, поддерживаемые колоннами, которые казались выросшими, а не построенными. Стены были покрыты всё той же гипнотизирующей резьбой, иногда переходящей в барельефы, изображавшие странных, негуманоидных существ, взаимодействующих со звёздами или потоками энергии.

— Они словно… управляли космосом, — прошептала Элара, с восторгом и трепетом касаясь одного из барельефов. — Или пытались. Смотри, эти линии… это не просто узоры, это схемы! Потоки энергии, узлы реальности…

В одном из залов они нашли нечто похожее на планетарий — огромная сфера из тёмного кристалла висела в центре, а на полу под ней была выложена карта звёздного неба, но звёзды и созвездия были незнакомыми, древними.

В другом зале рядами стояли странные устройства — конструкции из металла, похожего на застывшую ртуть, и крупных, мутных кристаллов, тихо гудевших на пределе слышимости.

— Резонаторы? Усилители? — гадала Элара, осторожно обходя их. — Легенды говорят, Первые могли изменять погоду, двигать горы, даже заглядывать в иные времена… возможно, с помощью таких вот штук.

Именно здесь, среди этих гудящих кристаллов, Мерунес почувствовал это снова. Эхо. Эхо силы Пожирателя, который они убили. Эхо энергии Сердца Зимы, всё ещё вибрирующее внутри него. И эхо самих руин — древняя, дремлющая сила Порядка и Хаоса, впитавшаяся в камни за эоны лет.

Он остановился, закрыв глаза. Он не пытался черпать силу. Он просто слушал. Используя обретённое равновесие, он позволил своему сознанию расшириться, стать чувствительным к этим потокам. Скверна внутри него зашипела, почуяв эту мощь, но ледяная дисциплина удерживала её, превращая её голод в инструмент восприятия.

И он увидел. Не глазами. Он увидел потоки энергии, текущие сквозь руины, как подземные реки. Он увидел «шрам» в реальности, оставленный Пожирателем. Он увидел тонкую, почти неразличимую паутину Скверны, пронизывающую мир — где-то густую и активную, где-то — едва заметную. И он почувствовал… своё место в этой паутине. Не как её раба или хозяина, а как осознанный узел, способный влиять на потоки.

Это не было новой атакой или заклинанием. Это было… осознание. Более глубокое понимание природы сил, с которыми он имел дело. Он словно обрёл новое чувство — способность воспринимать энергетический ландшафт мира. Он понял, что Скверна — это не просто порча, а искажённая жизненная сила Хаоса, и что её можно не только подавлять Порядком (как Лёд), но и структурировать собственной волей, если эта воля достаточно сильна и сбалансирована.

Он открыл глаза. Элара смотрела на него с широко раскрытыми глазами.

— Что… что это было? Ты… светился? Нет, не светился… вокруг тебя воздух… он дрожал иначе.

Мерунес не ответил. Он подошёл к одному из гудящих кристаллов. Раньше он чувствовал бы лишь непонятную вибрацию. Теперь он ощущал сложную структуру энергии внутри него, её связь с другими кристаллами в зале и с самим местом. Он осторожно коснулся кристалла. И в его разум хлынул короткий, чёткий образ: Каэрон, стоящий в похожем зале, но кристаллы сияют ярко, а на его руке — перчатка с тем самым символом, который показывала ему Элара, и он направляет потоки энергии, перестраивая что-то в самом пространстве…

Образ исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя лишь головную боль и ещё больше вопросов.

— Мы нашли достаточно, — сказал Мерунес, отнимая руку от кристалла. Новое чувство вибрировало в нём, требуя осмысления и осторожности. — Нужно возвращаться. И нужно найти то, что искала ты, Элара. Хранилище знаний. Если оно здесь есть, оно может дать нам ключ к пониманию Первых. И, возможно, к моему прошлому.

Они повернули назад, к временному убежищу. Руины К’Тар всё ещё хранили свои тайны, но теперь у Мерунеса был новый инструмент, чтобы попытаться их раскрыть. И новый спутник, чьи знания и проницательность могли оказаться как бесценным даром, так и смертельной угрозой.