Корона из Тьмы - Книга Первая: Возвращённый

Глава 50 - Возвращение из Сердца Бури и Голос в Бездне

Часть 1: Шрамы Вершин

Сумеречный Форт встретил возвращающийся отряд гнетущей тишиной, которая, казалось, впитала в себя эхо недавних битв и затаённый страх перед неведомым. Тяжёлые ворота со скрипом отворились, пропуская горстку измождённых воинов – всё, что осталось от горной экспедиции. Их было всего шестеро: Варен, Элара, Бормотун, Рогнар и двое выживших северян из клана Ворона, Сйорн и Кари. Их лица были покрыты коркой из грязи, пота и запекшейся крови, доспехи и меха изорваны, а в глазах застыла бесконечная усталость и отблеск пережитого ужаса.

Они шли медленно, поддерживая друг друга. Элара сильно хромала, опираясь на плечо Варена, её костыль был утерян где-то в ледяных туннелях. Рогнар, несмотря на свою гигантскую силу, двигался тяжело, прижимая руку к боку, где под грубой перевязкой скрывалась глубокая рана от ледяного когтя элементаля. Северяне, Сйорн и Кари, обычно бесшумные и быстрые, как тени, теперь шли, низко опустив головы, их движения были скованными, взгляды – пустыми. Даже Бормотун, обычно неиссякаемый источник хаоса и веселья, выглядел бледным и осунувшимся, его шутовская улыбка была натянутой, а глаза беспокойно бегали по сторонам, словно ожидая удара из теней.

Их встретила Лианна. Она выбежала из лазарета, её лицо было полно тревоги. Увидев их – таких малочисленных, таких израненных – она на мгновение застыла, затем решительно шагнула вперёд, её руки уже окутывало мягкое золотистое сияние.

— С возвращением, — тихо сказала она, её голос был полон сочувствия. — Сюда… раненых ко мне. Быстро.

Варен благодарно кивнул. — Спасибо, Лианна. Рогнар… он серьёзно ранен. И мы все… мы видели…

— Я знаю, — прервала она его мягко. — Лорд Мерунес всё объяснил. Идите. Отдыхайте. Вы дома.

Она тут же занялась Рогнаром и северянами, её прикосновения снимали боль, её свет прогонял ледяной холод, въевшийся в их кости.

Варен проводил своих людей взглядом, затем посмотрел на Элару. — Тебе тоже нужно к ней. Твоя нога…

— Позже, — отмахнулась Элара, хотя её лицо было бледным от боли. — Сначала… доклад Лорду. Он должен знать. О узле. О… Хаосе.

Они направились к цитадели. Гарнизон молча расступался перед ними, провожая их взглядами, полными смеси любопытства, жалости и суеверного страха. Они слышали отголоски битвы через сеть, чувствовали мощь, которую обрушил их Лорд, чтобы спасти экспедицию. Эти шестеро побывали там, на краю бездны, и вернулись – изменённые, отмеченные печатью пережитого кошмара.

Мерунес ждал их в командном зале. Он стоял у огромной карты, спиной к вошедшим, но Варен почувствовал его внимание – холодное, всепроникающее, как взгляд самого Архитектора. Ледяной трон в центре зала пустовал, но сама комната, казалось, вибрировала от скрытой силы.

— Докладывайте, — произнёс Мерунес, не оборачиваясь.

Варен шагнул вперёд, Рогнар остался у двери, опираясь на стену. — Лорд Мерунес. Экспедиция достигла цели. Третий узел… он в Зубьях Дракона. Плато защищали элементальные сущности, порождённые нестабильностью узла. Мы потеряли почти весь отряд Рогнара…

— Потери были ожидаемы, — голос Мерунеса был ровным, лишённым эмоций. — Узел?

— Мы… мы пытались его гармонизировать, как учила Леди Элара, — продолжил Варен, голос его дрогнул при воспоминании. — Но он… он оказался тюрьмой. Древней тюрьмой. Что-то вырвалось наружу. Хаос. Чистый, первородный Хаос. Мы бы не выстояли… если бы не ваше вмешательство. Вы… вы снова запечатали его. Узел теперь активен, стабилен, подключён к сети. Но…

— Но печать не вечна, — закончил за него Мерунес, медленно поворачиваясь. Его глаза – теперь глубокие, тёмные озёра, в которых отражалась бесконечность – внимательно изучали Варена, Элару, Бормотуна. — Я знаю. Я вспомнил. Я сам создал эту тюрьму эоны назад. Запер там осколок сущности, известной как Клык Хаоса. Мой просчёт. Моя ошибка, которую пришлось исправлять сейчас.

Варен и Элара потрясённо молчали. Осознание того, с чем они столкнулись, с чем играл их Лорд, было ошеломляющим.

— Этот узел… он теперь опасен? — спросила Элара, её голос был едва слышен. — Печать… она выдержит?

— Она выдержит. Пока, — ответил Мерунес. — Я укрепил её своей силой, вплетя в неё не только Лёд Порядка, но и Хаос Скверны, и Потенциал Искр. Создал динамическое равновесие внутри самой печати. Но осколок Хаоса будет постоянно испытывать её на прочность. Этот узел – источник огромной силы, но и постоянная угроза. — Он перевёл взгляд на Элару. — Твоя задача – изучать его. Дистанционно. Через сеть. Понять природу заточённого осколка, найти его слабости, разработать протоколы сдерживания. И, возможно, способ… использовать его энергию, не разрушая печать.

— Я… я попробую, Лорд, — Элара чувствовала одновременно ужас и восторг перед поставленной задачей.

— Варен. Рогнар. Вы и ваши люди – герои. Вы выстояли там, где должны были погибнуть. Отдыхайте. Восстанавливайте силы. Но будьте готовы.

Он отпустил их. Варен помог Эларе и обессиленному Рогнару выйти. Бормотун метнулся было за ними, но Мерунес остановил его.

— Ты останешься, Хранитель Путей. У нас есть… неоконченный разговор.

Часть 2: Медитация Архитектора и Новые Грани Силы

Когда они остались одни, Мерунес жестом указал Бормотуну на стул. Сам он снова подошёл к окну, но его разум был далеко, погружённый в гудящие потоки сети лей-линий, усиленной тремя узлами.

Он чувствовал мир как никогда ясно. Он видел энергетические шрамы, оставленные его битвой с Пустотой, ощущал тонкие нити влияния Ткача, анализировал реакции Ордена и Империи на свой ультиматум и недавние события.

Но главное – он исследовал себя. Воспоминания Архитектора продолжали всплывать, но теперь он встречал их не со смятением, а с холодной ясностью аналитика. Он интегрировал их, сопоставлял с памятью Каэрона, с опытом Мерунеса, выстраивая новую, сложную картину своей истинной сущности и истории.

И он вспомнил Бормотуна. Не просто как верного (или не очень) слугу. А как своё творение.

Он увидел это в одном из ярких, пронзительных видений: он, Архитектор, в своей непостижимой форме из света и мысли, стоит перед вихрем чистого, неструктурированного Хаоса. Рядом – Ткач, сияющая структура Порядка, излучающая неодобрение.

«Это безумие, Архитектор, — звучал ментальный голос Ткача, холодный и точный. — Пытаться придать форму Хаосу? Обуздать непредсказуемость? Это нарушит Равновесие!»

«Равновесие – не стазис, Ткач, а динамика, — отвечал голос Архитектора, его собственный древний голос, полный спокойной уверенности. — Хаос – не зло, а лишь иная форма энергии, иной принцип. Его нельзя уничтожить, нельзя игнорировать. Но его можно… понять. Направить. Использовать как инструмент.»

И он протянул свою «руку» – сгусток воли и энергии – к вихрю Хаоса. Он не подавлял его Порядком. Он вплетал в него нити своей сущности – нити Равновесия, нити Потенциала Искр, даже частицу холодного Льда для структуры. Он не создавал раба. Он создавал… резонансный камертон. Существо, способное чувствовать и отражать Хаос, но при этом связанное с Порядком через волю своего создателя. Существо, способное ходить по Путям между мирами, быть его глазами и ушами в самых нестабильных реальностях. Шут. Провокатор. Хранитель Путей. Бормотун.

Ткач наблюдал за этим с холодным неодобрением, но не вмешивался.

Видение погасло. Мерунес посмотрел на Бормотуна, который сидел на стуле, съёжившись под его взглядом.

— Значит, ты – мой камертон Хаоса? — тихо спросил Мерунес.

Бормотун вздрогнул, услышав это древнее определение. — Я… я ваш слуга, Хозяин. Инструмент. Немного… расстроенный со временем, да! Пыльный! Иногда фальшивящий! Но ваш!

— Ты служишь Ткачу.

— Я… я выполняю приказы нынешнего главы Организации! — залепетал Бормотун. — Но моя суть… она ваша! Моя лояльность… она всегда…

— Твоя лояльность принадлежит Хаосу, который ты отражаешь, и Равновесию, которое я представляю, — прервал его Мерунес. — Ткач – это искажение Порядка. Он пытается использовать тебя, как и меня. Но твоя природа… она может быть ключом.

Он подошёл к шуту и положил руку ему на плечо. Бормотун вздрогнул, но не отпрянул. Мерунес не вторгался в его разум силой. Он… настраивался. Он использовал свою гармонию трёх сил, чтобы войти в резонанс с хаотической, но упорядоченной его волей сущностью Бормотуна.

— Я помню, как создал тебя, Хранитель. Я помню твою цель. Помоги мне вспомнить остальное. Помоги мне найти путь через ложь Ткача.

Бормотун поднял на него свои меняющие цвет глаза. Страх в них боролся с… надеждой? С отголоском древней преданности? — Я… я постараюсь, Хозяин. Но Ткач… он видит многое. Его сети повсюду. Даже в моей голове… могут быть его… закладки.

— Мы найдём их. Вместе, — сказал Мерунес. И впервые за долгое время он почувствовал не только бремя своей силы, но и… тень товарищества? С этим безумным порождением Хаоса, которое было его собственным творением.

В этот момент он решил протестировать новую грань своей силы – ментальный мост. Он сосредоточился и потянулся своим сознанием через сеть к Варену, который в этот момент находился в казармах, пытаясь привести в чувство одного из выживших северян.

Варен, — прозвучал голос Мерунеса не в ушах, а прямо в голове рыцаря. Чистый, ясный, лишённый эмоций. Доложи обстановку в казармах. Состояние людей.

Варен подскочил, выхватив меч, озираясь по сторонам. — Кто здесь?!

Это я, Варен. Через сеть. Прямой контакт. Отвечай.

Варен с трудом перевёл дух, пытаясь осознать происходящее. Ментальный контакт? Это было… пугающе интимно. Он чувствовал присутствие Лорда не как внешнюю ауру, а как… мысль рядом со своей. — Л-лорд Мерунес? Эм… люди… напуганы. Истощены. Сйорн держится, но Кари… она видит тени… бормочет что-то о Хозяевах Эха… Лианна с ней сейчас.

Понял. Усилить ментальную защиту казарм. Использовать амулеты Лианны. Я скоро пришлю ей подкрепление… энергетическое.

Мерунес разорвал контакт, оставив Варена потрясённого и обеспокоенного этой новой демонстрацией всепроникающего контроля. Затем он установил такой же мост с Эларой, которая работала в библиотеке.

Элара. Данные по печати на третьем узле. Структура. Частоты. Прогнозируемая стабильность.

Вместо ответа, в сознание Мерунеса хлынул поток чистой информации – схемы, формулы, энергетические диаграммы. Элара мгновенно поняла принцип и передала данные напрямую.

Хорошо. Продолжай анализ узла-тюрьмы. Ищи упоминания об Архитекторе и Ткаче в архивах Первых. Любая зацепка важна.

Контакт прервался. Мерунес открыл глаза. Ментальный мост работал. Это открывало невероятные возможности для координации, управления, передачи информации. Но и для контроля. Он чувствовал лёгкий привкус власти, почти божественной… и холодок предостережения. Наследие Каэрона? Или мудрость Архитектора?

Часть 3: Вести с Юга и Загадка Глубин

Его размышления прервал Рогнар, вошедший в камеру. Лицо коменданта было мрачным.

— Лорд. Разведка вернулась. И дрон Консорциума передал данные. Плохие новости.

— Говори, — Мерунес снова стал ледяным воплощением власти.

— "Северный Щит", Лорд. Так они называют свой союз. Орден и Империя. Похоже, ваш ультиматум и страх перед вами всё же сплотили их. Наши лазутчики и данные дрона подтверждают – они собирают огромную армию у южных предгорий. Гораздо больше той, что была в перевале. И… у них новое оружие. Дрон засёк передвижение крупных осадных машин имперского образца, но… модифицированных. Элара посмотрела снимки – говорит, похоже на технологии Консорциума или что-то, использующее принципы лей-линий для усиления выстрела. И ещё… Инквизитор Серафина. Она провела какой-то ритуал. Её аура… она изменилась. Стала ярче, горячее. Похоже, она действительно нашла или активировала какую-то реликвию Света.

— Союз Ордена и Империи… Технологии Консорциума у Ордена… Реликвия Света… — Мерунес задумчиво проговорил слова, анализируя новую угрозу. — Ткач? Или Консорциум играет на обе стороны? Или Серафина нашла что-то сама? Интересно…

— Это ещё не всё, Лорд, — продолжил Рогнар с видимой неохотой. — Сенат Теней. Они тоже активизировались. Не открыто. Но дрон засёк их агентов в нескольких портовых городах, включая Белую Гавань. Они встречаются с контрабандистами, наёмниками… Похоже, пытаются нарушить нашу торговлю, логистику. Или готовят диверсии.

Мерунес кивнул. Это было ожидаемо. Сенат действует в своём стиле.

— И… ещё одно, Лорд. Самое странное. — Рогнар замялся. — Дрон проводил глубоководное сканирование по вашему приказу, в секторе к западу от форта… И он засёк… аномалию. Очень сильный, но нестабильный энергетический сигнал. Древний. Не похожий ни на Первых, ни на Скверну, ни на Пустоту. Он идёт из огромной подводной расщелины на дне моря. Сигнал появился… или усилился… как раз после того, как вы запечатали Хаос в горах.

Мерунес замер. Древний сигнал из морских глубин? Активировавшийся после его работы с узлами? Воспоминания Архитектора молчали об этом.

— Покажи, — приказал он.

Рогнар развернул голографическую карту, переданную дроном. В указанном секторе действительно пульсировала странная энергетическая сигнатура, как скрытое подо льдом и водой сердце.

— Что это может быть, Лорд? Ещё один узел? База Первых? Или…

— Или что-то совсем другое, — закончил Мерунес задумчиво. Его новая чувствительность улавливала странные обертоны в этом сигнале – нечто органическое, но в то же время бесконечно древнее и могущественное. — Нужно выяснить. Но позже. Сначала – «Северный Щит».

Он снова посмотрел на карту, где красным отмечались собирающиеся силы Ордена и Империи. Затем его взгляд сместился на восток, к Мёртвым Землям, где затаился Культ Пустоты. И на север, где стояли безмолвные Стражи Сердца Зимы. И в незримые глубины космоса, где Ткач плёл свою паутину.

Враги собирались со всех сторон. Но и его сила росла. Сеть крепчала. Его сознание Архитектора пробуждалось.

— Рогнар, — сказал он, и в его голосе прозвучала не просто команда, а воля, способная двигать горы. — Усилить оборону. Подготовить «Клинок Равновесия» к новым вылазкам. Мы встретим «Северный Щит». Но не здесь. И не так, как они ожидают.

Он посмотрел в окно, на тёмные волны Студёного Моря. Странный сигнал из глубин манил и тревожил. Но это была загадка на потом. Сейчас нужно было играть в ту партию, что разворачивалась здесь и сейчас. Партию за Север. Партию за этот мир.

Внезапно его ментальная связь с Бормотуном, который оставался в командном зале, оборвалась. Не плавно, а резко, словно нить перерезали. Мерунес резко обернулся к выходу из камеры узла. Он не почувствовал атаки или угрозы. Бормотун просто… исчез.

Он мгновенно установил ментальный мост с Вареном, который как раз вошёл в командный зал.

Варен! Где Бормотун?!

Ответ Варена был полон недоумения. Лорд? Его здесь нет. Он вышел минуту назад… сказал, что ему нужно… покормить говорящего хомяка Фёдора. Я думал, он шутит, как всегда…

Мерунес расширил своё сенсорное поле, сканируя весь форт, окрестности, даже ближайшие потоки лей-линий. Ни следа хаотической энергии Бормотуна. Он исчез. Бесследно.

Мерунес подошёл к столу, где Бормотун часто сидел, строя свои карточные домики. На столе лежал один единственный игральный джокер. А под ним – небольшой, сложенный в несколько раз кусок пергамента.

Мерунес развернул его. На пергаменте не было слов. Лишь один рисунок, сделанный углём. Очень простой, почти детский.

Изображение ткацкого станка. И паука, плетущего паутину.