Корона из Тьмы - Книга Первая: Возвращённый

Глава 28 - Осаждённые Тени, Зов Глубин и Безмолвные Спасители

Прощание у ворот Сумеречного Форта было коротким и лишённым сантиментов, по крайней мере, со стороны Мерунеса. Он отдал Варену последние инструкции, вручил небольшой кристалл-коммуникатор, настроенный на узел лей-линий («Только для экстренной связи. Не злоупотребляй,» - холодно бросил он), и проводил взглядом небольшой отряд, скрывшийся в утреннем тумане, ползущем с гор. Двенадцать лучших бойцов гарнизона – закалённые в стычках пираты и наёмники, чья преданность была куплена страхом и обещанием добычи, – под предводительством Варена. Рядом с ним, опираясь на костыль, но с рюкзаком, полным карт и инструментов, шла Элара, её глаза горели предвкушением новых открытий. Замыкал шествие Бормотун, уже успевший нацепить на свою треуголку нелепый цветок, найденный на склоне, и что-то весело насвистывавший.

Мерунес смотрел им вслед, пока их фигуры не растворились в серой дымке. Экспедиция к горному узлу лей-линий была рискованной, но необходимой. Создание энергетической сети, о которой говорила Элара, могло дать ему неоспоримое преимущество в грядущей войне – как для обороны, так и для нападения. Он доверял Варену – не потому, что полностью простил его предательство, а потому, что видел его раскаяние и понимал, что теперь лояльность бывшего рыцаря будет крепче прежней, выкованная в огне вины и обречённости. Элара была ключом к пониманию технологий Первых. А Бормотун… он был непредсказуемым фактором, джокером в этой игре, но его способность находить путь там, где его нет, и его странная удача могли оказаться бесценными. К тому же, Мерунес предпочитал держать безумца подальше от основного узла силы и поближе к надзору Варена.

Он вернулся в командный зал в главной башне форта. Из окна открывался вид на неспокойное Студёное Море и хаотичный лабиринт построек у подножия крепости. Он чувствовал свой форт – каждый камень, каждую душу, каждый поток энергии. Активированный узел лей-линий под ним гудел ровной, мощной нотой, как сердце гиганта, и Мерунес ощущал эту силу как продолжение себя. Его гармония – сплетение Льда, Скверны и Искр – стала стабильнее, глубже. Он больше не боролся с этими силами, он был ими, направляя их единой волей. Его восприятие охватывало сотни миль вокруг – он чувствовал холодные течения в морских глубинах, стаи птиц в небе, движение оленьих стад в далёких лесах, очаги Скверны, тлеющие в разломах земли, и… приближение врага.

Он почувствовал их за два дня до того, как дозорные на стенах подняли тревогу. Огромная масса энергии, пылающая праведным гневом и холодной сталью, двигалась с юга. Орден Пылающих Звёзд. Они шли быстро, решительно, не скрываясь. А с моря к форту приближался их флот – не менее дюжины боевых кораблей, от быстрых фрегатов до тяжёлых галер, ощетинившихся баллистами и катапультами. Верховный Паладин Каэлен Варр явно решил взять реванш и стереть Сумеречный Форт с лица земли вместе с его новым хозяином.

— Они идут, — спокойно сообщил Мерунес своим приближённым, собравшимся в командном зале. Лианна, чьи руки всё ещё хранили слабое золотистое свечение после лечения очередного раненого пирата, напряжённо вслушивалась. Несколько новоиспечённых «капитанов» из бывших пиратских главарей, чья лояльность держалась на страхе, нервно переминались с ноги на ногу. — Орден. Большие силы. С суши и с моря.

— Мы готовы, лорд Мерунес, — хрипло ответил один из капитанов, одноглазый гигант по имени Рогнар. — Люди на стенах, пушки заряжены. Но их много… очень много.

— Количество – не всегда качество, Рогнар, — холодно заметил Мерунес. — Варен успел вбить в ваши головы основы дисциплины. Древние стены крепки. Моя сила защитит вас. Но от вас требуется одно – стоять насмерть. Отступать некуда. Позади только холодное море. Любой, кто проявит трусость, умрёт не от меча врага, а от моей руки. Это ясно?

Пираты мрачно кивнули. Они видели, на что способен Мерунес. Страх перед ним был сильнее страха перед Орденом.

— Лианна, — обратился он к целительнице. — Твоё место в цитадели. Организуй лазарет. Раненых будет много. Используй свою силу не только для лечения, но и для защиты. Твой «живой огонь» может противостоять их «мёртвому пламени».

Лианна решительно кивнула. — Я сделаю всё, что смогу, лорд Мерунес.

— Хорошо. Остальные – по местам! Встретим их.

Осада началась на рассвете следующего дня. Земля содрогнулась от грохота осадных машин Ордена – огромные катапульты метали в стены форта не только каменные глыбы, но и горшки с алхимическим огнём, который горел даже на мокром камне. Одновременно флот начал обстрел с моря. Ядра и огненные снаряды обрушились на гавань и нижний город.

Но форт отвечал. Пушки, отремонтированные и приведённые в порядок под надзором Варена, били редко, но метко, разнося в щепки осадные башни и пробивая борта кораблей. Лучники и арбалетчики на стенах, прикрываясь укреплениями, осыпали врага дождём стрел и болтов. А главное – действовала магия Мерунеса.

Он стоял на вершине главной башни, его тёмный плащ развевался на ледяном ветру. Он был спокоен, его сознание слито с узлом лей-линий под ногами. Он чувствовал каждую атаку, каждую брешь в обороне. Он поднимал руки, и перед стенами вырастали шипы из чёрного льда, на которые натыкались штурмовые лестницы. Он насылал на вражеские ряды порывы ледяного ветра, смешанного с тенями, которые сеяли панику и ужас. Он гасил вражеский огонь волнами холода или просто стирал летящие снаряды из реальности усилием воли, используя силу Искр. Древние руны на стенах вспыхивали синим огнём, поглощая часть вражеских заклинаний или отражая их обратно.

Первые несколько штурмовых волн были отбиты с большими потерями для Ордена. Фанатичные рыцари в сияющих доспехах неслись на стены, выкрикивая молитвы Вечному Пламени, но их встречали стрелы, кипящая смола (пиратские запасы пригодились), и ледяные шипы Мерунеса. Маги Ордена пытались пробить защитные поля, но сталкивались с мощью узла лей-линий, усиленной волей Мерунеса, и их заклинания либо рассеивались, либо обращались против них самих.

Но Орден не сдавался. Сам Верховный Паладин Каэлен Варр, чья фигура в золочёных доспехах была видна в самой гуще битвы, вдохновлял своих воинов. Его огненный молот крушил ледяные барьеры, а его голос гремел над полем боя, призывая святое пламя. Жрецы Ордена непрерывно читали молитвы, и над их армией разливалось золотое сияние, которое обжигало тени Мерунеса и придавало силы рыцарям.

Осада длилась уже несколько часов. Стены держались, но гарнизон нёс потери. Раненые поступали в лазарет Лианны непрерывным потоком. Она работала без устали, её руки сияли золотым светом, она затягивала раны, выжигала яды, даже умудрялась создавать временные щиты из чистой жизненной энергии, чтобы защитить раненых от случайных снарядов. Её присутствие и её сила стали для обороняющихся не меньшим символом надежды, чем ледяные шипы Мерунеса.

К полудню Ордену удалось подвести к одной из секций стены огромный таран, защищённый магическим огненным щитом. Удары тарана сотрясали древнюю кладку. Мерунес попытался уничтожить его издалека, но огненный щит, подпитываемый молитвами десятка жрецов, был слишком силён.

— Они прорвутся! — крикнул Рогнар, стоявший рядом с Мерунесом на башне.

— Нет, — спокойно ответил Мерунес. Он чувствовал нарастающую ярость врага, их фанатичную решимость. Нужно было что-то, что сломит их дух. Что-то… монументальное.

Он закрыл глаза и сосредоточился. Он потянулся своей волей не к суше, а к морю. К той точке в тёмных глубинах бухты, где упокоился Сквернокракен. Он чувствовал его – остаточную энергию Скверны, отпечаток его чудовищной сущности. Используя знания о жизни и смерти, почерпнутые из гармонии трёх сил, и черпая колоссальную мощь из узла лей-линий, он начал… звать. Он не просто оживлял мёртвую плоть – он собирал рассеянную энергию Скверны, придавал ей форму, используя воспоминание о Кракене как шаблон, и наполнял её своей волей, своей целью. Лёд структурировал Хаос, Искры давали энергию для возрождения.

Море у входа в бухту снова забурлило. Но на этот раз – иначе. Не хаотично, а целенаправленно. Из воды медленно поднялись гигантские щупальца – такие же склизкие, покрытые шипами и наростами, но теперь в их движениях чувствовалась не слепая ярость, а злая воля. Глаза на бесформенной голове, поднявшейся из пучины, горели не тёмным огнём Скверны, а холодным синим светом – светом глаз Мерунеса. Воскрешённый Кракен был здесь. И он был не просто чудовищем. Он был его оружием. Его стражем. Его питомцем.

— Служи, — мысленно приказал Мерунес.

Кракен издал рёв, от которого у рыцарей Ордена на кораблях застыла кровь в жилах, и обрушился на флот. Щупальца крушили палубы, ломали мачты, утягивали корабли под воду. На этот раз в его действиях была не только ярость, но и тактика – он атаковал флагманский корабль, выводил из строя рулевые вёсла, отрезал пути к отступлению. Флот Ордена, застигнутый врасплох этим немыслимым кошмаром, пришёл в полное смятение.

Зрелище гигантского Сквернокракена, повинующегося воле Мерунеса и уничтожающего их флот, потрясло и сухопутную армию Ордена. Их натиск ослаб, в рядах начались колебания. Даже фанатизм имеет свои пределы перед лицом такого ужаса.

Каэлен Варр видел это. Ярость и отчаяние исказили его лицо под забралом. Он понял, что осада провалилась. Но он не мог отступить, не бросив вызов самому источнику этой тьмы.

— МЕРУНЕС ДАГОН! — взревел он, его голос перекрыл шум битвы. Он спрыгнул с осадной башни на стену форта, его молот пылал так ярко, что на него больно было смотреть. — Я вызываю тебя! Сразись со мной, если ты не трус! Пусть Вечное Пламя рассудит нас!

Он шёл по стене прямо к главной башне, сметая огненным молотом пиратов, пытавшихся его остановить.

Мерунес спокойно наблюдал за его приближением. Прямой вызов. Что ж, это тоже часть демонстрации силы. Он плавно спустился с вершины башни на стену, навстречу Паладину.

— Ты проиграл, Варр, — сказал Мерунес, когда они сошлись лицом к лицу. — Твой флот уничтожен. Твоя армия деморализована. Твой бог молчит. Уходи, пока можешь.

— Уйти?! — взревел Паладин. — Никогда! Я уничтожу тебя, исчадие Скверны, или погибну во славу Вечного Пламени! ЗА СВЕТ!

Он бросился на Мерунеса, обрушивая свой пылающий молот. Мерунес встретил удар не щитом, а рукой, окутанной сложным плетением Льда и Тьмы. Раздался оглушительный лязг, полетели искры. Молот отскочил, оставив на перчатке Мерунеса лишь лёгкий оплавленный след.

— Твой свет слаб против истинной Гармонии, — сказал Мерунес.

Их поединок начался – яростные удары пылающего молота против молниеносных атак и непробиваемой защиты Мерунеса, который использовал всю палитру своих сил: то замораживая оружие врага, то окутывая его тенями, то уклоняясь с нечеловеческой скоростью, то отвечая ударами чистой энергии, от которых трещали доспехи Паладина. Варр был могучим воином, его вера давала ему невероятную силу и стойкость, но он сражался против того, кто стоял за гранью обычной магии и силы духа. Мерунес теснил его, шаг за шагом.

И в тот момент, когда Мерунес уже готовился нанести решающий удар, воздух снова замерцал. Рядом с ними на стене материализовались три фигуры в дымчатых одеяниях и безликих масках – «друзья» Бормотуна.

Паладин Варр замер, не веря своим глазам. Он чувствовал исходящую от них мощь – холодную, чуждую, бесконечно древнюю.

Одна из фигур – та, что с кругами на маске, – просто посмотрела на Варра. Паладин почувствовал, как его связь с Вечным Пламенем… исчезает. Его молот погас. Сила покинула его тело. Он стал просто смертным в тяжёлых доспехах.

— Что… что вы сделали?.. — прошептал он в ужасе.

Фигура не ответила. Она лишь протянула руку, и Паладин застыл на месте, заключённый в поле абсолютного стазиса, как насекомое в янтаре.

Другая фигура повернулась к Мерунесу. — Вмешательство было… необходимым, — прозвучал бесстрастный голос в его сознании. — Этот фанатик мог непреднамеренно повредить… актив. Его вера была слишком… шумной.

Третья фигура взмахнула рукой в сторону отступающей армии Ордена. Далеко внизу, на равнине, земля под ногами бегущих рыцарей внезапно превратилась в трясину из тени и холода, которая начала засасывать их. Крики ужаса прокатились над полем боя, а затем стихли.

— Урок усвоен, — констатировала первая фигура. Она снова посмотрела на Мерунеса, затем на застывшего Варра. — Этот… экземпляр… может быть полезен. Мы забираем его.

И, не дожидаясь ответа, все три фигуры вместе с заключённым в стазис Паладином растворились в воздухе так же внезапно, как и появились.

Мерунес остался стоять на стене в наступившей тишине. Осада была окончена. Орден Пылающих Звёзд был разгромлен. Его крепость устояла. Его сила возросла. Но победа снова была достигнута не только его усилиями. Его «кредиторы» снова вмешались, преследуя свои непонятные цели, забрав потенциально ценного пленника и ясно дав понять, что они наблюдают и готовы действовать.

Он посмотрел на гавань, где из воды виднелись гигантские щупальца его нового стража – Сквернокракена, послушно ожидающего приказов. Затем он перевёл взгляд на горы на востоке, где сейчас находился отряд Варена.

Победа была полной. Но она оставляла горький привкус. Он становился сильнее, его власть росла, но он всё глубже увязал в игре, правила которой устанавливал не он один.