Корона из Тьмы - Книга Первая: Возвращённый

Глава 39 - Шрамы Реальности, Эхо Архитектора и Новый Гамбит

Часть 1: Тишина после Бури

Сумеречный Форт зализывал раны, но на этот раз шрамы остались не только на камнях и плоти, но и на самой ткани реальности, на душах его обитателей. Нашествие Хозяев Эха было не похоже ни на одну из предыдущих битв. Это не была ярость Скверны или фанатизм Ордена. Это был тихий, холодный ужас небытия, прикосновение сил, которым не было дела до жизни или смерти, лишь до тишины и стирания всего, что её нарушает.

Люди в форте были напуганы до глубины души. Они видели, как их товарищи исчезают без следа, как стены становятся прозрачными, как их собственные страхи обретают жуткие, полупрозрачные формы. Они шептались о проклятии, о гневе древних богов, о том, что их новый Лорд привлёк на их головы нечто худшее, чем пираты или мутанты. Страх перед Мерунесом всё ещё был силён, но теперь к нему примешивался иррациональный ужас перед силами, которые, казалось, не мог контролировать даже он.

Лианна и её немногочисленные помощники работали без сна и отдыха. Физических ран после атаки Хозяев Эха было немного – те, кого они коснулись всерьёз, просто исчезли. Но лазарет был полон людей с помутившимся рассудком, страдающих от ночных кошмаров, панических атак, зрительных и слуховых галлюцинаций. Целительница использовала всю свою силу, весь свой «живой огонь», чтобы успокоить их души, изгнать тени страха, вернуть им ощущение реальности. Она создавала вокруг них поля тёплой, позитивной энергии, варила успокаивающие отвары из редких северных трав, просто сидела рядом, держа за руку, её спокойное присутствие само по себе было лекарством.

— Это… ментальная чума, — сказала она Варену, который пришёл в лазарет проведать своих раненых солдат и помочь Лианне. Он только что вернулся из опасной экспедиции, был измучен, но чувство долга не позволяло ему отдыхать. — Эти существа… Хозяева Эха… они атакуют не тело, а разум, саму связь человека с реальностью. Я могу облегчить симптомы, но исцелить полностью… я не знаю как. Шрамы остаются.

Варен мрачно смотрел на одного из своих солдат, который сидел в углу, раскачиваясь взад-вперёд и бессмысленно глядя в стену. — Мы должны были погибнуть там, Лианна, — тихо сказал Варен. — Если бы не Лорд Мерунес… он вытащил нас буквально из небытия. Его сила… она растёт с каждым днём. Но и цена… цена становится всё выше.

Он рассказал ей вкратце об их злоключениях в горах – о Вольном Стане, о таинственной смерти Рэя, о преследовании Хозяев Эха, о жертве Грима и Йоргена, о странном поведении Бормотуна и о спасении в последний момент. Лианна слушала, её лицо становилось всё бледнее.

— Духи горы… Хозяева Эха… — прошептала она. — Нарушение древних договоров… пробуждение спящих сил… Мерунес, играя с узлами лей-линий, с энергиями Первых, открывает двери, которые должны были оставаться закрытыми. Он думает, что контролирует ситуацию, но он может навлечь на нас всех беду ещё страшнее Скверны или Ордена.

— Но что мы можем сделать? — спросил Варен с горечью. — Он наш Лорд. Он спас нас. Его сила – единственное, что стоит между нами и уничтожением. Мы можем лишь следовать за ним и надеяться, что он знает, что делает. Или что его… холодный расчёт… окажется верным.

Элара, вернувшаяся вместе с ними, почти не выходила из библиотеки форта или камеры узла лей-линий. Пережитый ужас не сломил её, а лишь подстегнул её исследовательский пыл. Она изучала свои заметки из горной станции наблюдения «Эхо», пыталась расшифровать протоколы Первых о «фазовых хищниках» и «стабилизации континуума». Она понимала, что столкнулась с чем-то фундаментальным, с силами, лежащими за пределами известной магии и физики. Она чувствовала, что ключ к пониманию – и, возможно, к защите – лежит в технологиях Первых и в самой природе Мерунеса, этого существа, сотканного из Порядка, Хаоса и Потенциала. Она с удвоенной энергией принялась за работу, пытаясь создать хотя бы примитивные детекторы или защитные амулеты против ментальных и пространственных атак Хозяев Эха.

Часть 2: Беседа с Шутником и Осознание Архитектора

Мерунес же, после шокирующего вмешательства Ткача и отступления Хозяев Эха, погрузился в глубокую рефлексию, которая была для него сродни лихорадке. Откровение о его истинной природе – о том, что он не Каэрон, а древняя сущность, Архитектор Равновесия, пробудившийся в чужом теле – перевернуло всё его существо.

Он снова вызвал к себе Бормотуна. На этот раз встреча проходила не на продуваемой ветрами башне, а в его личных покоях в цитадели – аскетично обставленной комнате, где единственным украшением была огромная карта мира на стене. Бормотун вошёл без стука, но на его лице не было обычной шутовской улыбки. Он выглядел… настороженным. И почтительным.

— Вы звали, Хозяин… эээ… Лорд Мерунес? — он слегка поклонился.

— Сядь, — указал Мерунес на стул напротив себя. Сам он остался стоять у окна, глядя на беспокойное море. — Рассказ, который ты начал на башне. Продолжай. Я хочу знать всё. Об Архитекторе. Об Организации. О Ткаче. О Великой Игре. Без ужимок и метафор. Насколько это возможно для тебя.

Бормотун нервно сглотнул. — Всё… Хозяин? Это… очень долгая история. И очень… запутанная. Как клубок ниток, который жевал пьяный кот. Большинство из того, что я знаю, – лишь слухи, легенды внутри самой Организации, отголоски эонов… Ваше истинное прошлое, ваши мотивы… даже Ткач, я думаю, не знает всего. Вы всегда были… скрытным. Даже для самого себя.

— Говори то, что знаешь, — голос Мерунеса был холоден, как лёд Сердца Зимы.

И Бормотун начал говорить. Он рассказывал о временах, когда мультиверс был молод и хаотичен, о появлении первых Великих Сущностей – воплощений Порядка, Хаоса, Жизни, Смерти, Пустоты. О том, как Архитектор (Мерунес) возник как сила Равновесия, не принадлежащая ни к одной из крайностей, но стремящаяся удержать их от взаимного уничтожения, создать структуру, в которой могли бы существовать и развиваться миры вроде этого. Он говорил об Организации – не как о тайном обществе, а скорее как о функции, о сети существ-«инструментов», созданных или призванных Архитектором для помощи в этой титанической работе. Бормотун был одним из древнейших – Хранителем Путей, шутом, провокатором, чья задача была испытывать системы, находить слабые места, подталкивать события в нужном направлении, используя хаос как инструмент тонкой настройки. Ткач же был другим – воплощением чистого Порядка, гениальным стратегом и администратором, правой рукой Архитектора, отвечающим за структуру и функционирование Организации.

— Великая Игра… — продолжал Бормотун, его взгляд блуждал, словно он видел картины далёкого прошлого. — Это вечная борьба. Не только с Хаосом и Пустотой, что стремятся всё поглотить. Но и между самими Великими. У каждого своё видение Равновесия. Ткач всегда считал, что лучший способ сохранить структуру – это заморозить её, подчинить всё строгим законам, абсолютному порядку. Вы же, Хозяин… вы верили в динамическое равновесие, в танец Порядка и Хаоса, в свободу воли как двигатель развития… Это часто приводило к спорам между вами.

— А мой «уход»? Жертва? Или что-то иное?

Бормотун замялся. — Это… самая большая тайна, Хозяин. Есть разные версии. Официальная версия Ткача – вы пожертвовали собой, чтобы остановить вторжение Пожирателя Реальностей извне. Рассеяли свою суть, создав барьер. Но есть и другие слухи… что это было предательство внутри Организации… что Ткач сам… способствовал вашему уходу, чтобы занять ваше место и установить свой, абсолютный порядок. Или… что вы сами это спланировали. Инсценировали свою гибель, чтобы скрыться от врагов или начать новую фазу Игры неузнанным, в новом качестве. Я… я не знаю правды. Я лишь выполнял инструкции Ткача по поиску сосуда и вашему пробуждению. Но я всегда чувствовал… что Ткач чего-то недоговаривает. И что ваше возвращение – не совсем то, чего он ожидал. Вы… слишком быстро вспоминаете. Слишком быстро обретаете силу. Ваша гармония… она опасна для его видения порядка.

— Значит, Ткач – мой враг?

— Он… ваш заместитель, Хозяин, — уклончиво ответил Бормотун. — Он правит Организацией от вашего имени, пока вы… не в форме. Он поддерживает Равновесие так, как он его понимает. Возможно, он считает, что так лучше для всех. А возможно… у него свои планы. Он очень умён. И очень терпелив. Он не будет атаковать вас в открытую. Он будет наблюдать. Направлять. Предлагать «помощь». Ждать вашей ошибки. Или пытаться использовать вас для своих целей в Игре.

— А ты? На чьей ты стороне, Бормотун? — Мерунес пристально посмотрел на шута.

Бормотун встретил его взгляд, и на мгновение в его глазах промелькнула бесконечная усталость и… преданность? — Я – Хранитель Путей, Хозяин. Моя функция – служить Равновесию. Вашему Равновесию. Тому, которое вы создавали. Я выполняю приказы Ткача, потому что он – нынешний глава Организации. Но моя истинная лояльность… она всегда была с вами. Даже когда вы были лишь эхом. Я… я помогу вам вспомнить. Помогу вернуть то, что принадлежит вам по праву. Но Ткач… он опасен. И его методы… они могут быть страшнее открытой войны.

Мерунес молча слушал. Рассказ Бормотуна был фантастичен, безумен, но он отзывался эхом в глубинах его пробуждающегося сознания. Он чувствовал правду в его словах, пусть и искажённую призмой безумия и страха перед Ткачом. Он – Архитектор. Его цель – Равновесие. Его враги – не только Орден, Сенат и Культ на этой планете, но и космические силы Хаоса и, возможно, его собственный заместитель, узурпировавший власть. А его сила – гармония Льда, Скверны и Искр – была не случайным приобретением, а ключом к его истинной природе.

Это осознание не принесло облегчения. Наоборот, оно легло на него ещё большим грузом ответственности и неопределённости. Он был пешкой, ставшей ферзём, но обнаружившей, что играет на доске размером со вселенную против непостижимых противников.

— Хорошо, Бормотун, — сказал он наконец. — Я понял достаточно. Пока. Продолжай быть моим проводником. Моими глазами и ушами. Но знай – я теперь вижу больше, чем ты думаешь. И любая попытка манипуляции или лжи будет иметь последствия.

— Как скажете, Хозяин! — Бормотун снова надел маску шута, но в его поклоне теперь сквозило неподдельное почтение. — Всегда к вашим услугам! Чай, кофе, геноцид? Что предпочитаете сегодня?

Мерунес отпустил его. Ему нужно было многое обдумать.

Часть 3: Переоценка и Новые Приказы

Визит Ткача и откровения Бормотуна заставили Мерунеса пересмотреть свои планы. Завоевание этого мира, установление его порядка – всё это оставалось важным, но теперь он понимал, что это лишь один шаг, одна битва в гораздо большей войне. Ему нужно было не просто захватить власть здесь, ему нужно было полностью восстановить свою силу, свою память, своё место в иерархии Организации и в Великой Игре.

Он понял, почему Ткач вмешался и забрал Паладина Варра. Варр, как носитель сильной веры и связи с энергией Порядка (пусть и искажённой), мог стать ключом к пониманию слабостей Мерунеса или даже инструментом против него. Ткач убрал опасную фигуру и одновременно получил ценный актив. Хитро.

Он также понял природу Хозяев Эха. Древние сущности, стражи границ реальности, потревоженные его действиями с узлами. Они были опасны, но они были предсказуемы в своей враждебности к «шуму». С ними можно было либо договориться (как пытался Бормотун), либо подавить их силой, либо… использовать их как защитный барьер против других врагов?

Его взгляд на «земных» противников тоже изменился. Орден, Сенат, Культ, Сыны Скверны – они всё ещё были угрозами, но теперь казались мелкими, почти незначительными фигурами на фоне космической Игры. Однако, именно они мешали ему здесь и сейчас, отвлекали ресурсы, угрожали его базе. Их нужно было нейтрализовать, но не обязательно уничтожать полностью. Возможно, их можно было бы использовать? Настроить друг против друга? Или даже подчинить своей воле, как он подчинил Кракена?

Его стратегия стала более гибкой, многоуровневой.

Первым делом нужно было обеспечить безопасность своей базы.

Мерунес отдал новые приказы Рогнару. Усилить патрулирование побережья и предгорий. Использовать Кракена для разведки морских путей и устрашения любых подозрительных судов. Начать вербовку новых бойцов из числа лояльных северных кланов или даже из пленных (тех, кто продемонстрирует готовность служить). Форт должен стать неприступной цитаделью.

Он также вызвал к себе Элару и Лианну.

— Элара, — сказал он, когда учёная предстала перед ним, её глаза горели любопытством. — Твои знания о Первых и их технологиях теперь важны как никогда. Мне нужна вся информация о существах вроде Хозяев Эха. Об их природе, слабостях, о том, как Первые с ними взаимодействовали. Изучи архивы форта, записи, которые ты принесла. Мне нужны способы не только защиты, но и… контроля.

— Контроля? Лорд, но это же… сущности из иных измерений! Играть с ними… — начала было Элара, но осеклась под его холодным взглядом. — Я… я сделаю всё возможное, лорд.

— Лианна, — повернулся он к целительнице. — Твоя магия жизни. Она противостоит энтропии Хозяев Эха. И она может быть ключом к пониманию… или исцелению… Скверны. Продолжай свои исследования. Но будь осторожна. И докладывай мне о любых результатах. Мне нужно понять все аспекты сил, с которыми мы имеем дело. Включая ту, что течёт во мне самом.

Лианна молча кивнула, её взгляд был полон сложной смеси страха, надежды и решимости.

Он отпустил их. Новые приказы были отданы. Новые цели поставлены. Он больше не был просто Мерунесом Дагоном, стремящимся завоевать мир. Он был Архитектором, вспоминающим себя, втянутым в древнюю Игру, и этот мир был лишь первой доской, на которой он должен был восстановить свою власть и своё понимание Равновесия.

Часть 4: Предчувствие Новой Бури

В последующие дни Мерунес почти не покидал камеру узла лей-линий или командный зал. Одновременно он следил за своими врагами. Орден и Империя явно заключили какой-то союз – их силы координировали действия на юге. Сенат затаился, но их невидимое присутствие ощущалось повсюду. Культ Пустоты оставался загадкой. А Хозяева Эха… они отступили, но Мерунес чувствовал их гневное, наблюдающее присутствие в горах, словно затаившийся хищник.

Он также чувствовал Ткача. Не напрямую, нет. Его заместитель был мастером маскировки. Но Мерунес ощущал его влияние – тонкие манипуляции событиями, едва заметные изменения в потоках энергии, словно кто-то дёргал за ниточки марионеток на огромной сцене. Ткач ждал. Наблюдал. Оценивал.

Мерунес знал – это затишье не продлится долго. Слишком много сил пришло в движение. Слишком высоки ставки. Скоро грянет новая буря. И он должен быть к ней готов. Готов не только как полководец, но и как Архитектор, вспоминающий своё истинное имя и своё истинное предназначение. Он посмотрел на свои руки – руки Каэрона, руки Мерунеса, руки древней сущности. Кем бы он ни был, путь был один – вперёд. К власти. К контролю. К Равновесию. Какой бы ни была цена.