Парень не промах

25. Делюга

Колодей вернулся от начальника уголовного розыска с одобрением плана операции.

— Как же ты удачно зашёл на Охту, товарищ Панов, — с ноткой зависти сказал он, когда личный состав устроился возле стола. — Вяхирев Сергей Антипович, он же Коробок, трётся среди серьёзных бандитов. Скорее всего, Василий Васильевич, тебя отведут на малину возле Сенной. Предполагаю, что там будут Барин и Хвыля, подельнички. А также Сёма, Ощип и Дурман, пристяжь. Вяхирев возле них крутился последнее время. По сведениям, они недавно сбились в банду и мутят какую-то поганку. У вас есть сомнения по поводу участников, товарищи? — спросил Яков Александрович.

Всё для всех присутствующих было очевидно.

— У нас нет сомнений, — постановил Колодей. — Да мы их всех знаем, в принципе, — продолжил он и перевёл взгляд на Васю. — Кроме тебя, товарищ Панов. Ты их не видел, и они тебя тоже в лицо не признают. Надеюсь, — добавил он и перевёл дух. — В любом случае, будем брать эту сволочь, раз она соберётся вместе. Если они что-то затевают, значит, окажутся при оружии. Мы с товарищем Красношеевым считаем, что лучше закрыть их сейчас на небольшие срока, чем поставить к стенке, когда они убьют мирных граждан. Отправим в лагерь, а там поглядим. Может быть, их труд перевоспитает…

Кабинет осветился стальными улыбками сотрудников уголовного розыска.

— …Может быть, они в лагере на новый срок раскрутятся или ещё как судьба повернёт. По меньшей мере, избавим от них общество на какое-то время, а потом не факт, что им снова получится сойтись.

В кабинете повисло плотное молчаливое согласие.

— С жиганами как поступать? — спросил опер Чирков.

Сотрудники Первой бригады переглянулись и смолчали, но было ясно, о чём они думают, и начальник поддержал:

— До первого выстрела, — сказал Колодей. — Кто стреляет, того живым разрешаю не брать. Все они неисправимы и народу вредны.

Чирков с удовольствием осклабился и кивнул.

— Понятно, — сказал Эрих Берг.

— Поскольку товарищ Панов — сотрудник молодой, а операция по внедрению в банду представляется в условиях Сенного рынка и окружающих его жилых помещений исключительно опасной, нас усилит Седьмая бригада.

Опера закивали с пониманием, дескать, где Бодунов, там без перестрелки не обойдётся. Это дополнительно страховало мирных граждан от опасной сволочи.

Васю стали готовить на операцию всей бригадой, тщательно снаряжая и давая советы.

— Приоденься неброско, но удобно, — говорил опер Рянгин. — Возьми мою кожанку.

Вася примерил и покрутился. Тужурка была ношеная и удобная.

— Смотришься, — оценил Колодей.

Опер Чирков снял с вешалки свою клетчатую кепку, надел Васе на голову, поправил, отошёл, полюбовался.

— Выглядишь фартовым, — сказал он.

— Нож возьми, — сказал Эрих Берг.

Долго подбирали финку в кладовой, пока не нашли самую жиганскую с наборной ручкой из разноцветных деревяшек с медными проставками. К ней даже подошли кожаные ножны, которых среди изъятого холодняка было совсем немного. Пристраивали на Васе так, чтобы ни откуда не торчало и не выпирало. В конце концов, сошлись на мнении, что лучше носить его во внутреннем кармане пиджака. Оттуда перо будет легко достать. При клинке в пятнадцать сантиметров рукоять была совсем детской, со спичечный коробок длиною, чтобы в кармане носить удобней, и торцом в ладонь упереться можно, когда будешь засовывать фраеру под ребро. Гарды у ножа не имелось. Это была конкретная узкая пика для нанесения колющих ударов, хотя и лезвие отточено острей бритвы.

— Рапидная сталь, из напильника делали, — определил бывший токарь-инструментальщик Берг. — Ей сносу нет.

— На пёрышке твоём два трупа, если ничего не путаю, — опер Чирков постучал пальцем по колечкам красного дерева, выделяющимся на фоне светлых буковых. — Смотри, Вася, не попадись. Если возникнут вопросы, скажешь, что на улице нашёл.

— Прямо в ножнах? — Панов сейчас как никогда был внимателен к своей жизни.

— Ножны не от неё, это сразу видно. Скажешь, дома валялись.

Осечный наган Оспы Вася привычно заткнул за ремень с левой стороны.

— Сразу видать — парень хваткий, — ироничным тоном подметил Колодей.

— А я долго тренировался! — заявил Вася. — Шпалер для пацана — любимая игрушка.

— Тоже верно, — одобрили сотрудники.

Теперь надо было куда-то пристроить настоящее оружие. Запускать в лапы урок сотрудника без пистолета было немыслимо.

— Идите-ка получать маузер, товарищ Панов, — распорядился Колодей. — Вам всё равно оружие пора менять. Мы с начальником угро этот вопрос утрясли.

Из оружейной комнаты Вася вернулся с новеньким воронёным маузером образца 1914 года, двумя снаряженными магазинами и кобурой.

— Кожуру и запасной магазин вы здесь оставьте, — посоветовал Яков Александрович. — И удостоверение мне отдайте до конца операции. А вот пистолет мы сейчас определим.

— Орёл, Вася! — подмигнул Чирков. — Теперь ты настоящий волк ленинградского сыска.

Коллеги закивали, а начальник Первой бригады сказал ему серьёзно:

— Ты, Николай Иванович, мужик дошлый, а того не учитываешь, что Иван Васильевич Бодунов до сих пор с наганами ходит и только им доверяет.

— И половина Седьмой бригады, — добавил Берг. — Не захотели менять.

— Бодуновские все такие, — согласился Рянгин.

— Дело вкуса, — не растерялся Чирков. — По мне, так маузер — отличная машинка. Маленький, удобный, шьёт на раз. Лучше только браунинг десятого года.

Вася сунул пистолет в брючный карман.

— Нет, не годится, — сказал Колодей. — Видно, что в штанах пистолет болтается.

— Куда бы его деть?

— Что скажешь, знаток маузеров? — спросил у Чиркова Рянгин.

— Сзади за ремень, — предложил Чирков.

— А если обшманают? — забеспокоился Вася.

— Зачем им тебя обыскивать? — не понял Колодей. — Хотя, ладно. Ты прав. Всякое может быть. Найдут — не помилуют.

— В носок, — задумчиво сказал Эрих Берг. — В ботинок заткнуть, штаниной прикрыть.

— Верная мысль! — оживился Колодей. — Попробуйте, Василий Васильевич.

Вася задрал штанину, затолкал пистолет между щиколоткой и берцей. Оружейная сталь холодила ногу. Ботинок стал жать. Вася распустил шнурок, засунул маузер поглубже и плотно зашнуровал. Набросил штанину, потопал. Пистолет сидел как влитой.

— Теперь попробуй достать, — предложил Чирков.

На удивление, Вася быстро выдернул маузер. Мушка зацепилась за носок, но не удержала, только слышно было, как лопнула нитка. Подоставав и поубирав. Вася нашёл самую подходящую длину шнуровки и удостоверился, что теперь и пистолет цепляться не будет, и выхватить его получится моментально.

— В крайнем случае, останется нож. Его перезаряжать не нужно, — обнадёжил Эрих Берг.

— Тебе только дай посоветовать, — сказал опер Чирков. — Ты у нас последний, кто с маузером в деревянной коробке ходил.

— А жаль, — ухмыльнулся Берг. — Настоящая была Вещь!

Вместе с сотрудниками Первой бригады Василий сходил на обед в столовую и вернулся ждать. Панов разглядывал карточки оперативного учёта, читая имена и клички, возраст и особые приметы. Сначала тех, с кем предстояло столкнуться в скором времени, а потом и всех по соседству. Часики тикали.

«Я так и ничего не сказал Виолетте, — мучился Вася, ему казалось, что из-за отсутствия разлюбит королева Марго. Их отношения были пылкими, но недолгими. — А если меня убьют злые урки?»

— Мне отойти нельзя, Яков Александрович? — спросил он после общего совещания с сотрудниками Седьмой бригады.

— Куда? — удивился Колодей.

— Ненадолго. Понимаю. Нет времени. Да ладно, — Вася махнул рукой.

— К девушке?

Вася кивнул.

— Завтра придёшь. Вот вернёшься с задания и сходишь.

Вася молчал.

И все остальные молчали.

— А сейчас сиди здесь, картотеку смотри. Выдвигаемся к Сенному рынку все разом. Ты, товарищ Панов, отправишься пешком. Эрих Карлович тебя проводит. Мы с бодуновскими едем на авто и заранее рассредоточиваемся в павильоне, возле входа со стороны Успенского храма и на прилегающих улицах. Товарищ Панов встречается с Вяхиревым или кого вместо него пришлют. Они следуют на малину. Мы сопровождаем и ждём, когда там все соберутся. Последний инструктаж в семнадцать ноль-ноль.

— Крайний, — сказал опер Чирков.

— Что?

— Крайний инструктаж.

— Что?