Сокол

36

Алия повернулась на другой бок и сделала вид, что не слышит. Стук повторился, на этот раз дольше и настойчивее. В кровати заворочалась Марго.

Прошептав проклятия, Лия встала с кресла и чуть приоткрыла двери. Громов стоял, чуть облокотившись на косяк и терпеливо ждал, покручивая часы на запястье.

— Совсем офонарел? — прошипела женщина. — Ты ж Марго разбудишь….

— Мне помощь нужна, — ее возмущение не произвело впечатления.

— Что? — изумилась Лия. — Боюсь спросить, в чем?

Он вздохнул. Как она заметила, пиджак он уже снял, остался в одной рубашке, расстегнутой на верхнюю пуговицу, воротник слегка помят.

— Тут такое дело…. — взъерошил волосы на затылке, — можно взять что-то из твоей одежды?

Лию разобрал смех, который она с трудом сдерживала.

— У вас ролевые игры? — не выдержала, зажимая рот ладонью.

— Да, бл…. Если бы, — он тоже начал тихо смеяться. — Пьяная она лежит. И рвет ее….

— Не повезло, — Лия оперлась на косяк и едва сдерживалась. — Вот она — птица обломинго!

— Лия, — Вадим покраснел и сам пытался говорить спокойно, — я серьезно. Девке плохо по полной программе. Боюсь придется ей капельницу ставить….

— А ну да, ты же доктор…. Халат надеть не забудь, — слезы хлынули из глаз женщины.

— Слушай, ну хватит… я реально впервые в такой ситуации…. Ее бы переодеть надо….

— Что, не знаешь, как женщину раздевать? — из-за зажатого рта Лия едва не хрюкала от смеха.

— Лия! Она моя помощница!

— Одно другому, насколько я знаю, не мешает…

— Это что, — он вдруг хитро прищурил глаза, — ревность?

— Побойся бога, Громов, — Лия вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Я искренне заценила ситуацию. Ты притаскиваешь домой девушку, и такой облом!

— А куда мне ее прикажешь девать? — шёпотом прикрикнул он. — Я ее пригласил, чтобы она меня сопровождала…. Нельзя же идти одному на такие мероприятия. Все время вот так ходили. Она вообще-то почти никогда не пила — пару глотков вина или шампанского. Знала, что это работа, а не…. — он смутился, — ничего другого. Я ее потом домой отвозил. А тут выпила бокал под конец вечера, и ее развезло конкретно. Уже в машине плохо стало. Бросать ее, что ли, было? Она до крыльца-то дойти не смогла — пришлось на руках нести. Положил в гостевой, ее рвет, мечется вся… мокрая. Сдается мне, что кто-то из коллег ей свинью подложил — намешали что-нибудь, — он покачал головой. — Не очень ее коллеги любят….

— Ой, а что так…. — фыркнула Лия.

— Ну…. Господи, Лия, да молодая она, а уже — моя помощница. Вот и думают все, каким местом она это место получила в 24 года.

— Так, Громов, избавь меня от подробностей. Пошли, дам тебе что-нибудь из своих вещей, — Лия оглянулась на спящую Маргариту и выскользнула из комнаты. Проходя мимо Вадима, покачнулась. Он моментально поддержал ее под локоть.

И в тот же миг Лию накрыла волна аромата — резкая, обжигающая, слишком знакомая, чтобы её можно было спутать. Запах леса после дождя, дымной хвои, тяжёлого, густого тепла. Запах, который она когда-то любила до беспамятства. Запах, от которого у неё выбивало дыхание и ломило сердце. Запах Андрея.

Громов тоже замер.

— Лия…. Ты что…. меня обнюхиваешь? — его глаза ярко блестели в полумраке коридора. — Так, я не пил. Хочешь — дыхну. И с бабами тоже не обнимался. И засосов на шее нет, смотри сама, — он одним движением свободной руки оттянул ворот рубашки, обнажая шею и ключицы, словно хотел доказать невиновность самым очевидным способом.

— Отвали, Громов… — Лия резко оттолкнула его руку, будто ожог. — Твой парфюм… — голос охрип. — Откуда он?

Лицо Вадима потемнело, он молча смотрел на нее.

— Алиса подарила, — ответил, наконец, глухо. — Я давно им не пользовался.

— Так какого лешего начал? — огрызнулась Лия, понимая, что злиться совсем не на него.

— Разрешения у тебя спросить? — он тоже не остался в долгу. — Подари мне свой парфюм — буду пользоваться.

Лия отвернулась и пошла в свою комнату. Громов, постояв секунду, пошел за ней.

Терпеливо ждал, пока она найдет в шкафу запасную футболку и шорты.

— Алиса… — откашлялся он, — подарила мне его сразу после свадьбы. Говорила, что очень любит его. Рассказала, что, когда ей было 8 лет, ее спас человек. Молодой парень. Вытащил ее из огня. И этот аромат ей его напоминал…. Мне тоже он нравится, но после ее смерти, я… не мог им пользоваться. А недавно нашел и… Я ж не знал…

— У Андрея был такой парфюм, — глухо сказала Лия, не оборачиваясь, но сжав ткань футболки в руках. — Прости, Вадим. Ты здесь ни при чём. Держи, — она обернулась и отдала ему вещи.

— Ээээ… — он замялся, — слушай. Ты поможешь ее переодеть?

— Ты сейчас шутишь, да?

— Нет. Я не очень хочу делать это в одиночестве, чтоб потом…. Не было вопросов и недопониманий.

Лия приподняла бровь, подумала и кивнула. Вместе они прошли в гостевую комнату, где лежала бледная, сероватая Диана. Прическа растрепалась, она лежала, уткнувшись носом в подушку, на полу стояло ведро с недвусмысленным содержанием.

Выругавшись в пол голоса Лия отправила Громова в ванную, велев принести мокрое полотенце, обтерла девушку и быстро переодела. Вадим тем временем принес из кабинета физраствор и систему для капельницы, разложил всё на тумбочке, обработал руки антисептиком и точно, без лишних движений, нашёл на сгибе локтя помощницы наиболее доступную, не спавшую вену, ввёл катетер с первого раза, зафиксировал его пластырем, присоединил систему, проверил скорость потока и только тогда позволил себе выдохнуть.

Диана едва заметно дёрнулась, но даже не открыла глаз. Лия подложила под её голову дополнительную подушку, повернула лицо на бок, чтобы минимизировать риск аспирации в случае повторной рвоты, и проверила дыхание ещё раз — ровное, пусть и учащённое.

— Завтра у кого-то утро начнется не с кофе, — констатировала она.

— Узнаю, кто это сделал — убью, — зло пообещал Громов. — Она, конечно, не сахар, но умница же.

— Зависть, такая зависть, — кивнула Алия, присаживаясь в кресло. — Откуда она?

— Из Кирова. Одна в Москве. Я и взял-то ее на должность секретаря, а она умная оказалась. И без претензий, без глупостей обычных. Год работаем вместе, перспективная девочка.

— Красивая, — невинно хлопнула глазами Лия.

Громов повернулся к ней и ухмыльнулся.

— Все-таки ревнуешь?

— Все-таки напоминаю, что нахождение в доме молодой, красивой, 24 летней девушки в невменяемом состоянии чревато…. Много чем.

— Так, давай прясним ситуацию. Лия, я не сплю с нянями, горничными, помощницами, секретарями. У меня вообще нет любовницы, если тебя это настолько волнует...

— Вообще не волнует...

— И вот именно поэтому, — Громов подошел в женщине чуть ближе, наклонился и заглянул в глаза, не обращая внимания на ее слова, — я сейчас рядом с тобой, а когда прокапаем, уйду спать к себе. Закрывшись на ключ. Чтоб ни у кого не было соблазна воспользоваться ситуацией и придумать того, чего нет.

— Не доверяешь собственной помощнице? — не удержалась Лия.

— Тебе, язва, могу оставить дубликат.

— Иди ты… — Лия кинула в него маленькую подушку с кресла. Громов перехватил ее и рассмеялся.