Детки в клетке

Сейчас

Глава 37

Толя Дементьев, хоть по нему это было и не сказать, был не вчерашним выпускником. Во-первых, после универа он отслужил в армии. Во-вторых, после возвращения из нее, прошел курсы повышения квалификации и отработал шесть месяцев в банке. Бесконечные однотипные договоры, претензии, отписки клиентам – на третий месяц он уже жалел, что выбрал профессию юриста, посчитав, что вся она состоит из этой рутины и скуки, на четвертый был готов взвыть, а на пятый накосячил так, что его решили уволить.

Заступился начальник отдела, ласково предложил уволиться по собственному желанию и пообещал, что следующему работодателю никаких компрометирующих сведений не сообщит. Соврал, конечно. Анатолий начал это подозревать на третьем проваленном собеседовании. Потом уже его институтская подруга, работавшая в кадрах крупной энергетической компании, набрала номер бывшего начальника и на громкой связи дала Анатолию послушать все, что тот про него рассказывал.

– Козел! – рявкнул Толя в трубку, не выдержав.

Процентов тридцать из сказанного было правдой, остальное – наглой и коварной ложью. Анатолий, с детства страдающий от болезненного чувства справедливости, долго мучился, строил планы мести, но вскоре решился, выбросил «испорченную» трудовую книжку и начал свою карьеру заново.

Несправедливость, случившаяся с ним, заставила его заново взглянуть на свою профессию, а совет той самой однокурсницы помог сделать окончательный выбор – Толя подал документы в полицию. Здесь за него сыграл диплом юрфака с «отличием», значки ГТО, разряд по самбо и срочная служба в армии.

Так что таким уж «желторотиком», каким он представлялся Наумову, Толя Дементьев не был. А потому, облажавшись с первым же серьезным заданием, он с азартом принялся исправлять «косяк». Довольно быстро выделил те квартиры, жильцы которых не были опрошены участковым и районной полицией, и даже успел свериться с поэтажным планом и подчеркнуть те квартиры, окна которых выходили на нужную парковку и дорожку парка.

Вполне довольный собой, он отложил домовую книгу и разукрашенный текстовыделителями список квартир, открыл ноутбук и нашел группу «Ромашка». Он уже слышал, как Наумов идет по коридору, на ходу разговаривая с кем-то по мобильному:

– Я тебе говорю, ты меня слышишь или нет? Я как мог отбивался, но полкан решил так… Если хочешь, набери ему и скажи, что так, мол и так, выйти из отпуска отказываюсь. На Трудовой кодекс, да, тоже сошлись, чтобы смерть твоя была сладкой!.. Все, давай…

Он уже дернул на себя ручку, Толя вжался в спинку стула и втянул голову в плечи – он как раз просматривал верхние посты в группе. Но на его счастье, Наумов еще не договорил, рявкнул в трубку:

– Как в конце недели буду? Ты моей смерти, что ли, хочешь?! Завтра, Тёмыч, завтра, чтобы был как штык в отделе! Ты ж меня понял? – Он помолчал, выслушивая возражения собеседника, тихо хохотнул. – Ты мне бабушку не лохмать, Тёмыч. Ты на даче у матушки отдыхаешь, в пятнадцати километрах от кубанской столицы, так что ехать тебе получается со всеми пробками час. Доокучивай грядки, исполняй сыновний долг и вперед, Родина зовет… Всё, Артём, хорош базарить, твои базары все равно делу не помогут…

Он распахнул дверь кабинета:

– А ты что?

Дементьев сиял: примерно на моменте упоминания чьей-то бабушки, он увидел то, что искал, то, что должно порадовать начальника.

– Есть! – он даже подскочил, когда Михаил вошел в кабинет. Заорал со счастливой и шальной улыбкой: – Есть, нашел!

Наумов с сомнением изучал парня, качнул головой. Подошел к его рабочему столу:

– Ну, показывай, что нашел.

Толя прокрутил ленту выше, заторопился:

– Вот группа, которую вы сказали проверить. Закрепленный пост, судя по количеству просмотров, это еженедельная традиция – пост с пожеланиями хорошей учебной и рабочей недели выходит утром в понедельник с красивым нейроартом и закрепляется до выходных. Дальше тут всякие мемчики, статейки… ничего интересного не заметил. А вот тут пост о старте нового, десятого тура. В нем, если верить посту, получилось двенадцать групп или артелей, как их тут называют. За каждой закреплен куратор, указано, что он свяжется со своими подопечными в ближайшие несколько дней. – Парень прокрутил комментарии. – Тут всякие поздравления и восторги, бла-бла-бла. И вот! Последний комментарий оставлен вчера вечером некто под ником «Алавар». Он спрашивает: «А что делать, если утеряна бумага с заданием? Оно выполнено, но по правилам нужно было сдать его оператору, а я не могу, где выпало не знаю. Оператор не отвечает. Что делать?».

Наумов пристально вглядывался в текст: сообщение было оставлено днем, еще до взрыва мерседеса Снора. Значит, суть задания была – подложить взрывчатку. Этот «Алавар» выполнил задание, но подтвердить выполнение не мог, само собой. Потому что его бумажка сейчас в деле лежит.

Толя, совершенно счастливый, пояснил:

– Комментарий подтерли.

Наумов уставился на него:

– Стоп. Это мы на что смотрим?

– Это архивная копия страницы. Я подумал, что, раз мы ищем доказательства незаконной деятельности «Ромашки», то она точно может лежать не в открытой плоскости. И залез в архивную копию, набрал в поисковике «алавар», благо сочетание букв уникальное, и вот, – он уставился на открытый комментарий.

Наумов смотрел на него с удивлением:

– А ты, парень, не такой балбес, каким хочешь казаться…

– А я и не хочу, – Толя хотел обидеться, но восторг шефа был таким натуральным, что портить его он не стал, прикусил язык.

Наумов хмыкнул:

– А еще есть что-то удаленное?

– Ну, это сложнее, если мы не знаем ключевые слова… Ну, вернее, я не умею. Техотдел, наверняка найдет что-то, они там через специальные проги, скрипты, смотрят.

Наумов его уже не слушал, набирал номер. Кивнув Дементьеву, он приложил палец к губам, призывая того стихнуть, заговорил весело:

– Поленька, солнышко, как дела у тебя? – Он засмеялся. – Не-ет, я о тебе не забыл, моя красавица. Смотри, я тебе сейчас электронный адресок сброшу, надо его пробить на предмет удаленных сообщений. Допустим, за последний год… А я тебе? А что ты хочешь, чтобы я тебе? Шоколадка пойдет? Ну, самая такая шоколадная? – он подмигнул Анатолию. – Ну, заметано, значит кило конфет.

– Распечатай скрин. – Он выпрямился.

Значит, в «Ромашке» были кураторы и операторы. Плюс админ. Куча народу, которые должны были знать о готовящихся преступлениях? Нет, в это Миша Наумов верил с трудом. Одного-двух человек можно было убедить, запугать, подкупить. Но двенадцать групп не могли вести два человека.

– Или могли?

Толя Дементьев, который копировал сообщение, застыл, вопросительно уставился на шефа. Тот махнул рукой:

– Ай, не отвлекайся. Распечатывай… Это я вслух думаю… – тут его осенила идея: – Скажи, а кто скрывается под ником «Алавар» реально узнать? Нет, я понимаю, что через запрос в администрацию соцсети можно получить персональные данные пользователя. А вот так, чтобы не ходить к администраторам, можно?

Анатолий задумался:

– Не знаю, можно попробовать поискать. Может быть, этот Алавар общается с кем-то еще. И у этого «кого-то» есть открытый аккаунт, данные о школе, месте жительства… Но это долго.

– А давай-ка попробуем узнать… Кто такой этот «Алавар».