Тогда
За две недели до смерти Ивана
Когда они вернулись домой, Алиса не вспомнила об оставленной в почтовом ящике квартиры номер сто связке ключей. Вспомнила – будто обухом по голове получила – когда вошла в квартиру и отчетливо уловила чужой запах.
Здесь кто-то был.
Она опасливо огляделась, но ни родители, ни Татьяна ничего явно не замечали. Сестра поторопилась в ванную – умываться, мама распаковывала вещи, большая часть из которых им не потребовалась – после падения Алисы, боясь, что девочка получила травмы, семья решила вернуться. Отец стоял посреди кухни и обсуждал, что приготовить на ужин, раз у них столько «походной» провизии.
– Может, кашу сварим с тушенкой?
– Что с ней станет, с твоей тушенкой, в следующий раз съедим.
– А сосиски?
– В упаковке…
– А колбаса?
– Запечатана…
Отец всплеснул руками:
– И что теперь, ничего вкусного не поесть?
Мама рассмеялась. Она как раз прятала в холодильник сосиску и упакованную в вакуум сырокопченую колбасу.
– А надо было за дочерью приглядывать, а не глазки мне строить, – отрезала она, захлопнув холодильник и ударив мужа по протянутой за колбасой руке.
Отец выдохнул:
– Может, она упала из-за твоего сногсшибательного пения?
Алиса сидела на своей кровати и прислушивалась. Считывала незаметные никому знаки: чуть сдвинутую занавеску, переставленную вазу с сухими цветами в холле – раньше она смотрела на Алису голубой розой, а теперь сиреневой, приоткрытый ящик стола.
В квартире кто-то был, сомнений не оставалось. Но знаки были настолько крошечными, что этот «кто-то» определенно не планировал, чтобы его присутствие заметили. Девушка прислушивалась к шутливой перебранке родителей. Вот мама зашла в спальню, надела любимые сережки, которые сняла перед походом. Рассмеялась отцовской шутке. Значит, украшения на месте. Вот отец, прекратив клянчить колбасу, деловито направился в кабинет. Через пару минут, из-под двери потянуло сигаретным дымом, а мама ворвалась в кабинет с криком: «Это кто тут у нас нарушает пожарную безопасность?» И опять хохот вперемешку с отцовским кашлем. Значит, в кабинете отца тоже ничего не взяли. Тогда зачем заходили в квартиру?
Алиса опасливо озиралась.
В комнату заглянула мама:
– Алис, давай в душ, ты грязная, как сто чертей, и от тебя несет болотиной… А потом приходи, поможешь на кухне.
И исчезла, не ожидая обсуждений. Раздражение шевельнулось в груди, но тут же отступило, стоило Алисе вспомнить, с каким лицом мама обтирала ее влажными салфетками, как переживала, что простынет в мокрых джинсах, замену которым они так и не нашли. Поднялась, потянулась к шкафу за бельем.
Сотовый мигнул сообщением.
У Алисы задрожали руки, когда она открывала чат.
«Что-то вы рано. Неужели поход не удался?».
Кактус.
«Откуда ты знаешь? Ты следишь за мной?»
«Нужно больно. Просто разминулись. Видел вашу тачку».
Это походило на правду – неуловимый запах парфюма был совсем свежий, будто в квартире кто-то был буквально за пару минут до их прибытия. У Алисы упало сердце – что было бы, если бы они столкнулись нос к носу? «Вы вор?» «Нет, я воспользовался ключами вашей дочери, которые та любезно оставила в почтовом ящике».
«Черт», – девушка закусила губу. Хотела отложить мобильный и отправиться в ванную. Когда мигнуло новое сообщение:
«Хорошо, что ты оказалась послушной. Смотри. Для дальнейшей отработки, я тебе сейчас ссылку пришлю. Там группа в соцсетке.»
«И что с ней делать?»
«Пока ничего. Просто вступи. Потом скажу, что делать дальше».
Алиса вздрогнула, когда пришло следующее сообщение – ссылка на группу в «НаСвязи». Она нажала на ссылку. Простая игровая группа, ничего интересного. Алиса выключила телефон, пожала плечами и бросила аппарат поверх покрывала.
Татьяна, заглянувшая в комнату, опять вытянула шею:
– Ты чего? Кто это? – она кивнула на мобильник.
Алиса отвернулась, воспользовавшись тем, что ищет пижаму в шкафу, буркнула:
– Никто.
– У тебя изменилось лицо…
– Не твое дело!
Алиса схватила первую попавшуюся одежду, рывком стянула с полки и, оттолкнув сестру, бросилась в ванную.
Таня вошла в комнату и притворила за собой дверь. Темная коробка телефона манила к себе. У сестры пароль. Но Таня уже давно его знает.
Покусывая губу, девочка стояла, надеясь, что выскочит новое сообщение, которое приоткроет завесу тайны и перемены Алисиного настроения. Но телефон молчал. Вздохнув, девочка вышла из комнаты и направилась в кухню – помогать маме.
«Не вижу, чтобы ты присоединилась к группе», – будто змея выскочило на экран в пустой комнате и медленно погасло, приготовившись ужалить сразу, как только хозяйка окажется рядом.
Сейчас