Древний мир глазами дилетанта всю жизнь изучающего историю

ВОЕННОЕ ДЕЛО И ОБРАЗ ЖИЗНИ ДРЕВНИХ ГРЕКОВ

АНТИЧНОЕ РАБСТВО

Во времена архаики рабство носило патриархальный характер, число рабов было невелико, при пиратских набегах захватывали обычно женщин, мужчин, как правило убивали, так как их невозможно было удержать от побега.

Поток многочисленных рабов хлынул в Элладу, как результат победоносных греко-персидских войн. Тысячи людей, как скот, голыми продавали на сотнях рынков, самый крупный был на острове Хиос. Цены на рабов менялись в зависимости от спроса-предложения, но в среднем раб стоил две серебряные мины (V–IV века до н. э.). Одна аттическая мина весила 436,6 гр. и составляла 100 драхм (горстей), или 600 оболов. Один обол — это дневной заработок раба-подёнщика. В древности он представлял собой прутик из металла, а драхма — горсть из шести таких прутиков.

Цена красивой наложницы могла составлять 20 — 30 мин (за 30 мин выкупили из сицилийского рабства философа Платона, но поскольку эти деньги вернули, их хватило на постройку его Академии). Хитроумные греки философски обосновали идею существования рабства, согласно которой варвары самой природой предназначены быть рабами эллинов. (Идею "рабства по природе" сформулировал Аристотель).

Раб из человека превращается в живое орудие, в греческом языке даже появился специальный термин для покупных рабов — "андрападон" (человеконогое). На тяжёлых работах в каменоломнях и рудниках, самый сильный раб обычно жил не больше пяти лет, но за два года он полностью оправдывал затраты на его покупку. Рабы не могли вступать в законный брак, их потомство — всего лишь приплод. Показания раба на суде считались действительными, только если они были добыты с помощью пытки (потому что хороший раб старается оправдать хозяина, а плохой очернить). Впрочем, многое зависело от рабовладельца, иногда за особые заслуги раба освобождали, он становился вольноотпущенником, но не гражданином полиса. В демократических Афинах осуждалось жестокое обращение и тем более убийство раба, тот мог требовать, чтобы его продали менее жестокому хозяину, но это относилось к домашним рабам. В Афинах невольники составляли одну треть населения.

Во времена Солона, по выражению Гесиода "никакая работа не была позором". Но вследствие широкого использования рабского труда в классический период V–IV века до н. э. (а среди рабов были и врачи, педагоги, музыканты, художники, даже философы), физический труд (как ранее труд по найму) становится унизительным занятием для свободного человека, уделом неудачников. (Позднее этот постулат, в числе прочих, у греков переняли римляне).

ГРЕЧЕСКАЯ ТРИЕРА

Жизнь эллинов, в основном прибрежного и островного народа, неразрывно связана с морем. Торгуя по всему Средиземноморью и проводя активную колонизацию, греческие полисы нуждались в сильном военном флоте. Поскольку длина судна ограничивалась килевым бревном, обычно не превышавшим сорок метров, размеры судна увеличивались за счет наращивания бортов и появления сплошной палубы, так однорядные весельные корабли сменялись двухрядными биремами. К VIII веку до н. э. изобрели корабль с тремя рядами весел — триеру, ставшую основным военным кораблем Средиземноморья, первые триеры были построены в Коринфе (по Фукидиду), её изобретателем считался Аминокл.

Окрашенный охрой красный корпус корабля, имел в длину 30 — 40 метров и ширину четыре — шесть, высоту борта 2,5 метра, водоизмещение до ста тонн. Экипаж триеры состоял из двухсот человек, из которых большинство (170) были гребцами, сидевшие в шахматном порядке на трех ярусах гребных скамей. Самые длинные верхние весла превышали четырехметровую длину и изготавливались обычно из ели, сидящие на них мощные гребцы верхней палубы (траниты) получали более высокую плату. У греков гребцами были свободные люди из малоимущих слоев населения. Кожаные щиты, укрепленные на борту, защищали их от метательных снарядов. Помимо гребцов экипаж состоял из капитана — триерарха, начальника гребцов — гортатора, кормщика, пятнадцати палубных матросов, десяти гоплитов, пяти лучников и флейтиста, задававшего темп гребли.

Триера оснащалась мачтой с большим прямым парусом, который использовался при попутном ветре, парус и мачта перед боем опускались, максимальная скорость гребли достигала 12 узлов (около 24 км в час) — без использования парусов, как показала практика, под парусом корабль сильно кренился, и лопасти весел нельзя было поднять над волнами. Конечно, такую скорость невозможно было удерживать долго, зафиксирован рекордный переход 340 км за сутки, со средней скоростью 7,5 узлов (13 км в час). Обычно в походе использовали один ряд весел, скорость при этом составляла 4–5 узлов.

Основным оружием триеры был таран (весом около двухсот кг) — окованная бронзой трехметровая оконечность килевого бруса, немного выступавшая из воды, помимо тарана её нос, на уровне гребных ярусов оснащался тремя армированными зубцами, ломающими весла и рулевые лопасти вражеских судов. Резко развернувшись вокруг кормы противника, триера спокойно таранила потерявшее управление судно в открытый бок. Использование тарана было сопряжено с риском, при малой скорости удара борт противника не проламывался, а при слишком сильной, таран не удавалось вытащить из вражеского борта и оба судна погружались под воду, поэтому многие предпочитали применять абордаж.

Иногда, как дополнительное оружие, использовалась привязанная к мачте на специальной стреле железная болванка «дельфин», проламывающая вражескую палубу, а также метательные машины.

Мастерства в управлении кораблем можно было добиться только упорными тренировками, лучшим флотом справедливо считался афинский, уделявший им массу времени.

Имеющие осадку всего около метра, триеры легко маневрировали по мелководью, известен случай, когда капитан, переправляя судно через бон, просто приказал гребцам перебраться на корму и нос триеры поднялся над водой.

Неустойчивые корабли плавали вдоль берега, на ночь причаливая к суше — большой команде требовалась вода и провизия, для снабжения флотилий необходимы были базы с надежными бухтами, где суда могли укрыться от бури.

ВОЕННОЕ ДЕЛО ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

Поскольку греческая тактика и комплекс вооружения (паноплия) послужили образцами для многих народов, требуется вкратце рассказать о них.

Начиная с VIвека до н. э. основой боевого порядка у греков становится фаланга — тесно сомкнутое построение тяжеловооруженных воинов в несколько рядов. Её монолитность зависела от стойкости и профессионализма первых шеренг, в которые ставили лучших бойцов, в IV веке до н. э. некоторые полководцы усиливали и последнюю шеренгу, чтобы не давать трусам разбегаться. Во время атаки пели боевой гимн "пеан", спартанскую фалангу в бой вели флейтисты, задававшие ритм движения. От варварских скопищ греческих воинов выгодно отличала дисциплина и хорошая слаженность, достигавшиеся в результате длительных занятий строевой подготовкой, тренировок перехода из различных колонн в фалангу, а также правильного отхода.

Главным оружием гоплита было копьё длиной от 2,3 до 3 метров с остролистным наконечником из железа, кроме копья он имел обоюдоострый или саблевидный меч длиной до 60 см. Заточенный с одной стороны саблевидный меч-копис предназначался для рубящих ударов.

С VII века до н. э. на вооружении появляется аргивский щит-гоплон, постепенно вытесняющий другие типы. Выпуклый гоплон имел около метра в диаметре (два локтя), его укреплённый металлом обод выдерживал сильные удары. Благодаря удобной рукоятке в центре и ремню позволяющему перебросить щит через плечо, он не сковывал движения воина и правильно распределял нагрузку, кроме того в бою защищал и соседа слева.

Щит изготавливался из древесины дуба и покрывался снаружи кожей или холстом, но чаще оковывался бронзой — такой щит весил около семи килограмм. Иногда к его нижней части прикрепляли кожаный фартук, как защиту от метательного оружия. Поверхность щитов украшали разнообразные изображения, начиная с Пелопоннесской войны наиболее распространёнными становятся рисунки начальных букв и символов городов и областей (Л — Лакедемон (Спарта), М — Месена, палица Геракла — Фивы).

Тело зажиточного воина в VII–V веке до н. э. защищал бронзовый панцирь, состоящий из двух пластин прикрывающих грудь и спину. Они фиксировались на теле кожаными ремнями, пропускаемыми через кольца. Его ещё называли анатомической кирасой, так как пластины имитировали идеальный мужской торс. Низ живота прикрывала овальная бронзовая пластина — митра.

С V века до н. э. на смену кирасе всё чаще приходят «линотораксы» — панцири из многослойного, пропитанного клеем льна, с разрезами на бёдрах — «птеригами», они не сковывали движения, в отличие от анатомической кирасы. Кираса весила не менее 6 кг, льняные доспехи — 3,6 кг. Для защиты плеч на задней части доспеха пришивался U-образный кусок полотна, который перебрасывался на грудь и закреплялся шнуровкой. Бока, особенно уязвимый правый, часто усиливали нашитыми металлическими пластинами.

Начиная с VII века до н. э. для защиты ног стали широко использовать поножи — поначалу кожаные, затем из бронзы. Они прикрывали до колен и имели кожаную прокладку, чтобы не натирать ноги воина.

Бронзовый шлем надевался на войлочный колпак, разновидностей шлемов огромное количество. Есть среди них как открытые, так и полностью закрытые — как коринфский, прикрывающий шею и щёки и оставлявший только прорези для глаз, помимо плохого обзора гоплит в нём терял слух. Шлемы часто украшались поперечными или продольными гребнями из конского волоса, дополнительно защищавшими от ударов. В ходе разорительной Пелопоннесской войны в результате упрощения вооружения появляется колоколообразный бронзовый шлем, прикрывающий только верх головы. Его часто носили наёмники и воины последних шеренг македонской фаланги. За снаряжение своих бойцов несли ответственность командиры.

Легковооружённые пехотинцы-пельтасты были названы так из-за "пельты" — лёгкого серповидного щита, обтянутого кожей, вооружены они были дротиками, снабжёнными посредине петлёй, захват за неё увеличивал дальность броска. Для защиты в случае контактного поединка, которого они стремились избегать, имелся короткий меч или кинжал. На голове вместо шлема пельтасты (обычно их нанимали во Фракии) носили лисью шапку.

Афинский полководец IV века до н. э. Ификрат, оценив преимущества пельтастов, значительно облегчил и вооружение гоплитов — тяжёлый гоплон он заменил лёгким кожаным щитом, вместо бронзовых поножей стали носить башмаки, а кирасы делать из стёганой материи. Естественно, что воин становился более уязвимым, и он получил длинное 3,5 метровое копьё, позволяющее легко дотянуться до более тяжёлого противника.

Лучшие бойцы, бьющиеся в переднем ряду войска, назывались промахоями, в древности поединки между ними часто решали судьбу сражений, у наёмников они получали двойную или тройную плату, особенно правофланговые, которых не прикрывал щит соседа. Во времена Пелопоннесской войны гоплиту платили четыре обола в день, всаднику в три раза больше, старшим командирам — в четыре раза.

Атаку греческих гоплитов хорошо описал Ксенофонт: "Тогда они запели пеан, проревела труба, солдаты закричали "Аля-ле а-ля-ля!" в честь Эниалия (Ареса) и гоплиты бегом пустились вперед". Спартанцы шли в бой под музыку боевых флейт. В непосредственном столкновении в основном принимали участие первые две шеренги, бойцы первой ворочали копьем от бедра, второй — над правым плечом, очень важным было держать строй, прикрывая щитом соседа слева. Стоящие сзади гоплиты создавали давление, меняли павших и добивали раненых врагов.

Греческая конница была в основном легковооружённой, защищала фланги и никогда не использовалась в лобовых атаках. Лучшими всадниками признавали обитателей равнин Фессалии и Беотии.

Военнообязанными считались до шестидесяти лет, но воины моложе двадцати и старше пятидесяти лет использовались, как правило, только для гарнизонной службы. Государство брало на себя заботу об увечных ветеранах и детях погибших за Отечество. Военачальники бились в передних рядах войска, обычно на правом фланге, что часто приводило к их гибели. Правда, управлять войском во время сражения было затруднительно, воины в глухих шлемах не слышали команд из-за шума битвы. Искусство стратега заключалось в умении расставить войска, используя окружающую местность. Поскольку удобных равнин в гористой Греции было немного, сражения часто проходили в одних и тех же местах.

Преследование отступающих заканчивалось по сигналу трубы, проигравшая сторона посылала вестника для заключения перемирия — чтобы собрать трупы. После победы из захваченных доспехов и оружия сооружали трофей в виде человеческой фигуры. Часть доспехов (обычно щиты) посвящались храму.

Устные сведения передавали специальные гонцы-скороходы "гимедрономы", пробегавшие за сутки более ста километров. Бежали они без оружия, никто не имел права остановить такого вестника. (Знаменитый марафонец Фидиппид был из их числа). Вестники и посланники считались неприкосновенными.

Первые греческие наёмники появляются в середине VII века до н. э. на службе фараона Псамметиха, поднявшего восстание против господства Ассирии. Ему было предсказано, что успеха он добьётся с помощью людей из-за моря "окованных медью". Когда на берег вышел отряд высоких, мощных гоплитов малоазиатских греков в доспехах из сияющей бронзы, фараон решил, что они посланы ему самими богами. Скорее всего, это просто легенда, Египет уже столетиями использовал наёмников, а греки понадобились фараону, как противовес для взявших много власти ливийцев.

Благодаря высоким боевым качествам, число греческих наёмников постоянно росло и временами достигало численности 20–30 тысяч, их лагеря стояли на восточной границе у Пелусия. Это вызвало даже восстание среди местных жителей, вынужденных платить высокие налоги на их содержание. Позже греков переводят в столицу Мемфис, в качестве телохранителей фараона. Наёмниками-гоплитами служили в основном жители бедных областей Пелопоннеса — Аркадии и Ахайи, критяне, как правило, были лучниками, родосцы — пращниками. Свинцовые снаряды из пращи греков летели в два раза дальше (до трехсот метров), чем камни азиатов.

Начиная с IV века до н. э. греческих наёмников в качестве ударных отрядов постоянно использует Персия.

Идя в поход, воины часть продовольствия несли на себе — в пропавших луком наспинных мешках. Основу рациона составлял ячмень, его обычно мололи заранее, чтобы не заморачиваться по утрам с ручными мельницами, на двух человек на 20 дней требовалось около 50 литров. К ячменю добавляли лук и солёное или вяленое мясо. Когда из-за трудностей снабжения приходилось питаться одним мясом, это вызывало недовольство. Воины несли с собой и минимум постельных принадлежностей, их прикрепляли к щиту, палатками они не пользовались, спали прямо у костра или сооружали шалаши. Лагерь, обычно не укрепленный, располагали кругом.

Имущество перевозили мулы или илоты, войско имело и обоз, каждой повозке полагались лопата и мотыга, на каждом муле топор и серп — для расчистки пути. Помимо возниц, обоз сопровождали ремесленники — кузнецы, плотники и шорники.

За каждым войском передвигалось множество торговцев скупающих добычу и предлагавших солдатам необходимые товары и услуги (в основном вино и шлюх).

В походном порядке армии впереди шла кавалерия и легковооружённые разведчики (у спартанцев скириты с севера Лакедемона), следом обоз, за ним, подгоняя отстающих, войско. Команды на марше подавались рогом, сигнал "Подъём" — трубой.

ОБРАЗ ЖИЗНИ ГРЕКОВ

Фукидид отмечает, что во времена Гомера (VIII век до н. э.) ещё не было разделения на эллинов и варваров, их образ жизни ничем не отличался. "В те времена вся Эллада носила оружие, ибо селения были не укреплены, а пути небезопасны, поэтому жители даже и дома не расставались с оружием, подобно варварам". Всё меняется после победоносных греко-персидских войн, теперь в отличие от постоянно вооружённых варваров, эллины в своих полисах ходили без оружия. Победы над персами имели ещё одно важное следствие для греков, у них сформировалось твёрдое убеждение о превосходстве над другими народами, следующим шагом была теория о том, что варвары "самой природой предназначены быть рабами эллинов". В этом не сомневались даже многие философы.

Греки жили в одно и двухэтажных домах, разделённых на две половины — мужскую и женскую. Мужское помещение "андрон" состояло из самой большой комнаты, где собиралась вся семья, из неё через проёмы, прикрытые, как и все внутренние помещения, не дверями, а завесами, шли ходы в женское помещение "гинекей", разделённое на спальню супругов и комнату дочерей. Рядом располагались каморки служанок. В двухэтажных домах хозяева занимали верхние помещения, на первом этаже располагались рабы и хозяйственные службы. Печь с дымовой трубой находилась только в помещении кухни, остальные комнаты отапливались с помощью переносных жаровен. Все окна дома выходили во внутренний двор, богатые размещали там бассейн или разбивали сад. Мраморные полы и стены их домов украшались мозаикой и росписью, крыша покрывалась черепицей. В Коринфе впервые стали украшать потолки лепниной, скоро это вошло в моду по всей Элладе. Селится богатые граждане предпочитали в городских предместьях.

Греки соблюдали принцип единобрачия, "вводить в свой дом множество жен — обычай варварский и недостойный благородного эллина" (Еврипид). Отец сам выбирал для дочери жениха, их выдавали замуж рано — лет с 14 (могли и с 12), мужчины вступали в брак обычно около тридцати. По закону брачный договор заверялся шестью свидетелями, каждый из супругов получал по экземпляру, иногда браки заключались даже между детьми одного отца. По обычаю за невестой должно быть приданное, сиротам и девушкам из малоимущих семей его собирали в складчину сограждане или предоставляло государство. В большинстве полисов сохранение холостого образа жизни мужчины после тридцати лет вело к утрате личной чести, он становился изгоем общества, подвергаясь различным унижениям. Особенно в этом преуспели спартанцы, помимо штрафа за безбрачие, холостяков там заставляли голыми ходить зимой по базару, распевая при этом порочащие себя куплеты.

Почти все дни замужние гречанки проводили в гинекее, занимаясь готовкой, шитьем, ткачеством и воспитанием детей. Лишь для участия в религиозных обрядах и праздниках выходили они на улицу, всегда в сопровождении рабынь. На повседневных трапезах женщины садились за один стол с мужчинами, только если в доме не было гостей, причем именно садились, возлежать для них считалось неприличным.

Муж мог отослать жену вместе с приданным отцу или опекуну, но развод мог проходить и по обоюдному согласию сторон. Когда рождался мальчик, двери дома украшались оливковыми ветвями, если девочка — шерстяными нитями. Из-за высокой детской смертности имя ребенку давали лишь на десятый день.

Дети играли в мяч, жмурки, качались на качелях, крутили обруч и запускали воздушных змеев. Уже в те времена существовали юла, кубики и разнообразные игрушки — из дерева, глины и металла. Дорогие куклы делали из слоновой кости, с двигающими руками и ногами, в раскопах найдены кукольная мебель и коляски.

Во всех городах Эллады осуждали безответственных родителей и восхваляли воспитавших достойное потомство.

В классический период (с V века до н. э.) хаотичная застройка греческих городов — с грязными кривыми улицами, начинает сменяться правильной планировкой. Автором её концепции считается архитектор из Милета Гипподам, его идеи легли в планировку родного города, воскрешенного из руин после персидского погрома, а также Олинфа, Родоса и Александрии Египетской. Новые города, сияющие белым мрамором прекрасных храмов с великолепными барельефами фронтонов, пересекались под прямым углом широкими улицами, деля их на прямоугольники кварталов. К главной, самой широкой улице примыкала торговая площадь — агора, окружённая общественными зданиями, храмами и гимнасиями. Театры и стадионы строили обычно за пределами жилых кварталов. Вода к цистернам и бассейнам подавалась по акведукам или по системе подземных керамических труб, многие дома имели туалеты со сливами в прикрытые плитами траншеи канализации.

Из мебели в домах присутствовали ложа для сна, столы и кресла. Вещи и одежда хранились в деревянных сундуках, которые не закрывались на замки, а завязывались тесьмой, скреплённой печатью. На ложе укладывали шерстяные покрывала или овечьи шкуры, спали голыми, прикрываясь плащом. Одежда была очень простой — мужчины и женщины носили длинные шерстяные или льняные рубахи (хитоны и туники), девушки подвязывали их на талии, женщины под грудью, оставляя открытыми руки; короткие туники спартанских девушек были выше колен. Верхняя одежда представляла собой тканевый отрез, мужчины использовали его в виде плаща, женщины в качестве покрывала, скрепляя края застежками-фибулами. Шерстяные ткани окрашивали в желтый, голубой, красный и фиолетовый цвета, в классический период эллины предпочитали однотонные (чаще белые) одежды с цветным орнаментом по краям. На ногах носили сандалии.

Женщины любили украшения и пользовались разнообразной косметикой (в том числе помадой и пудрой), завивали и осветляли волосы. Некоторые использовали парики и шиньоны. Мужчины украшений не носили, за исключением перстня с печаткой, оттиск которого подтверждал деловые документы.

Основой рациона были хлеб (у бедных ячменный), овощи, оливки, бобы и рыба. Мясо большинство греков ели только во время праздников, когда проходили жертвоприношения животных (иногда до ста быков). Пили много разбавленного вина. Его различали по выдержке, вкусу и цвету — темное, красное, белое и золотое. Особенно славилось вино с островов — Родоса, Хиоса, Самоса, Лесбоса и Коса.

Но еще в VI веке до н. э. при Солоне, для многих и хлеб считался роскошью, его заменяла похлебка или каша из крупы или муки. Хлеб пекли в своих хозяйствах, профессиональные хлебопеки даже в Афинах появились лишь в V веке до н. э., он был самый разный — белый и черный, бездрожевой, из проса и полбы, лучшим считался финикийский.

Мясо жарили на вертеле, готовили колбасы, "козьи желудки, начиненные кровью и жиром". Богатые обедали на ложах, стоящих перед низкими столиками; их с остатками еды выносили, заменяя новыми. За едой обходились без ножей, вилок и даже без ложек, довольствуясь руками, соус собирали кусками лепешки; руки омывали или вытирали обрезками хлеба, бросая потом собакам.

Со временем питание становилось все более разнообразным и порою причудливым, особенно во времена эллинизма (разумеется, это касалось только зажиточных слоев). И лишь Спарта хранила старинную простоту нравов, не допускались там и разгульные пиршества.

Уже с V века до н. э. в Греции существовали кулинарные книги, вот рецепт одной из них времен эллинизма — "Ономастикона" Поллукса (по Л. Винничук): "Смешай молоко с топленным салом и крупой, добавь свежего сыра, мозгов и яичных желтков, заверни рыбу в душистый лист фигового дерева и вари в бульоне из кур или молодого козленка, затем вынь, сними лист и положи готовое кушанье в сосуд с кипящим медом". (Какое тонкое извращение!)

Пока богатые предавались кулинарным изыскам и чревоугодию, бедняки часто подолгу не видели хлеба, питаясь репой, бобовыми и луком, пили дешевое вино из повторно выжатого виноградного жмыха.

Жизнь большинства греческих городов связана с морем, и многим гражданам приходилось по нему ходить — занятие во все времена опасное. Как писал поэт Фалек (конец IV века до н. э.): "Дела морского беги, если жизни конца долголетней, хочешь достигнуть…Жизнь долговечна ведь только на суше, и редко удастся встретить среди моряков, мужа с седой головой". Навигация начиналась с марта, как только "первые листья смоковниц станут равны по длине отпечатку вороньего следа" (Гесиод) и продолжалась по октябрь; после 11 ноября греки в море, как правило, не выходили.

Одним из самых известных (среди реально существовавших) греческих мореплавателей был Пифей из Массилии. Во времена Александра Македонского, он из Гадеса (Испания), обогнув побережья Галлии и Британии, добрался до севера Шотландии и легендарного острова Туле, затем по Северному морю достиг Ютландии и устья Эльбы.

Маленькие греческие государства не строили дорог и путники передвигались по суше в основном пешком (или на ослах и мулах) по узким и опасным тропам, где с трудом могли разъехаться две повозки, а в некоторых местах даже пешему приходилось сходить с дороги, чтобы дать телеге проехать. Стариков и больных перемещали на носилках. Постоялых дворов было мало, и кормили там плохо, выручала "проксения" — договор о взаимном гостеприимстве, заключаемый между городами. Особое должностное лицо — проксен, следил за тем, чтобы вновь прибывшим оказывались приют и покровительство. Верховным покровителем гостей считался сам Зевс. Богатые граждане путешествовали с целой свитой рабов. Специальной почтовой службы в Греции не было.

Первые монеты, по примеру финикийцев, появились в греческих городах на побережье Малой Азии около 700 года до н. э., они были из сплава золота и серебра (электрона). Первый монетный двор был создан на острове Эгина. Каждый город чеканил собственную монету (обычно из серебра) с разнообразными изображениями: Эгина — черепаха, Родос — роза (родон), Мелос — яблоко (мелон), в Эфесе — пчелы. Афинские с одной стороны имели изображение головы богини Афины, а с реверса — посвященной ей совы, символа мудрости.

Афинские тетрадрахмы (17,4 гр.) ценились по всей Элладе за чистоту и полновесность. Аттическая монетная система состояла из таланта (26,2 кг), который делился на 60 мин, или 6000 драхм, или 36000 оболов. Один обол был равен шести халкам (медякам) или 12 лептам, самым мелким монетам.

Очень чистоплотные греки часто мылись, используя в качестве моющих средств жирную глину и соду, а также губки и пемзу. В V веке до н. э. появился обычай ежедневно посещать общественные купальни, которые играли роль современных клубов, там греки проводили досуг и занимались спортом. После омовения намазывались оливковым маслом, смягчавшим кожу и предохранявшим её от солнечных ожогов. Маслом натирались и для занятий борьбой в палестрах, после чего счищали его с прилипшим песком специальными скребками.

Эллины очень любили спортивные соревнования, а знаменитым атлетам воздвигали статуи и окружали почётом, но регулярные занятия спортом требовали досуга и были доступны не многим. На первых Олимпиадах атлеты соревновались в набедренных повязках, затем греки ввели обычай открыто обнажаться и натирать тело маслом. Женщин, под страхом смерти, на них не допускали. Самыми популярными и опасными состязаниями были забеги на колесницах запряженных четверкой лошадей. Единственной материальной наградой победителя Олимпиад был венок из ветвей священной оливы, но он еще получал и пожизненное освобождение от налогов в своем городе.

Греки очень любили разнообразные игры в мяч, существовало у них и некое подобие шашек, но самыми популярными из азартных игр были кости и петушиные бои (Случалось, что в них проигрывали целые состояния). Петухов бойцовской породы кормили перед дракой чесноком и прикрепляли к шпорам бронзовые наконечники.

В Элладе ежегодно отмечали множество праздников (в Афинах около шестидесяти), носивших демократический, массовый характер, некоторые продолжались по нескольку дней. От них (праздника в честь Диониса) происходит театр, родина которого также Греция. Поначалу играли, пели и танцевали сами граждане, они же шили костюмы и изготавливали примитивные маски и декорации. Представления имели государственное значение и проходили во время общенародных праздников, а их постановка была возложена на богатых граждан. Они шли три дня, всегда под открытым небом от рассвета до заката, авторы пьес соперничали друг с другом; ставились по три трагедии и по две комедии. Имеющие великолепную акустику греческие театры вмещали всех граждан полиса (до 25 тысяч человек), народные собрания также проходили в них. Во времена Перикла на посещение театра выделялись специальные деньги, а старые постановки обычно не повторялись. Хорошие актеры освобождались от военной службы и налогов, некоторых даже привлекали для участия в посольствах.

Важную роль в жизни греков играли предсказания. Особо почитаемым, и не только в Элладе, был Дельфийский Оракул, древнейшее святилище ещё второго тысячелетия до н. э. расположенное в Средней Греции, у подножия гор Парнаса. Храм, окруженный зарослями священного дерева Аполлона лавра, по преданию был основан на месте победы этого бога над чудовищным змеем Пифоном, и славился своими пророчествами.

Четыре основные добродетели "аретэ" греков — благоразумие, мужество, справедливость и чувство меры. Прославленный храбрец царь Агесилай ставил справедливость даже важнее мужества — «если бы торжествовала справедливость, в мужестве не было бы нужды».

Ценилась немногословность, особенно у спартанцев, как писал Зенон: "Природа дала нам один язык и два уха, чтобы мы в два раза больше слушали, чем говорили".

"Главное в мире — закон, а в законе — чувство меры". В отличие от варваров эллины соблюдали это правило во всём — в еде, в употреблении вина, в одежде и украшениях, даже у статуй их богов и изображений героев маленький член, большой считался признаком варварского, животного начала.

Греки очень гостеприимный народ и не любили обедать в одиночку, богатые часто устраивали пиры, обычно хозяин сам закупал провизию, после чего шел на агору и нанимал там профессионального повара (мало кто имел личного). Пиры проходили по ритуалу и помимо возлияний, обязательно включали в себя развлечения сопровождаемые музыкой флейт и кифар, танцами и симпосионом — застольными речами. Обычно декламировали классику — Гомера, Гесиода, Сапфо. Не забывали и богов, в начале пира, под торжественную мелодию флейты, совершали возлияния в их честь; затем выбирали распорядителя пира и решали в какой пропорции разбавлять вино, пить неразбавленное считалось варварским обычаем. Пьянство не поощрялось — "Первая чаша дарует здоровье, вторая — наслаждение, третья — сон. Домой уходит умный после третьей. Четвертая посвящена нахальству, а пятая — истошным воплям, шестая — пьяному разгулу. Седьмая — синякам, восьмая чаша — прибежавшим стражам. Девятая — разлитой желчи мрачной, десятая — безумью" (Комедиограф Эвбул IV век до н. э.). Но природа брала своё и дружеские пирушки-симпосии порой заканчивались загулом и оргией. Свободнорожденным женщинам запрещалось присутствовать на пирах, но с девицами проблем не было, танцовщицы, акробатки и флейтистки охотно совмещали своё ремесло с проституцией. Уличные профессионалки должны были носить одежды кричащей расцветки, а на непокрытой голове венок из цветов. Волосы они красили шафраном в жёлтый цвет или носили белокурые парики.

Первые публичные дома-динтерионы в Афинах появились при Солоне в VII веке до н. э., он же ввёл налог на занятие проституцией. Рабынь для динтериона за государственный счёт привезли из Азии, мудрый Солон хотел с их помощью охранить честь афинских матрон и воспрепятствовать распространению педерастии. Идея оказалась удачной и скоро у государственных борделей появились частные конкуренты с местными девицами. Динтерионы с голыми рабынями у входа располагались в портах и около рынков, на их вывеске красовался огромный пурпурный фаллос, существовали и мужские бордели. В Спарте легальной проституции не было.

Элитой индустрии секс-услуг были гетеры. Как говорил Демосфен: "Уважающий себя эллин имел трёх женщин: жену для продления рода, рабыню для чувственных утех и гетеру — для душевного комфорта". Многие сравнивают гетер с японскими гейшами, цена на общение с ними порой достигала очень значительных сумм, некоторые гетеры были баснословно богаты. Фрина, красота которой вошла в легенды, построила несколько храмов в родном Коринфе и даже предлагала восстановить за свой счёт разрушенный Александром город Феспис, Пракситель создал её статую из чистого золота. Гетер, как правило, хозяйки воспитывали из девочек-рабынь, а столицей разврата считался богатый торговый Коринф, там находились лучшие школы гетер.

Некоторые исследователи полагают, что идею о том, что красота не имеет пола, эллины заимствовали у аборигенов древней Средиземноморской цивилизации, в которой был широко распространён гомосексуализм, редко встречающийся и жестоко преследуемый у индоевропейцев. (Во времена Драконта и Солона карался смертью). В IV веке до н. э. Филон, философ школы Платона писал о педерастии — "Когда-то считалось постыдным даже произнесение самого слова, теперь же это предмет гордости…"

Впрочем, не следует путать гомосексуализм, как отношения взрослых мужчин, который повсеместно осуждался в Элладе с педерастией, которая в некоторых полисах являлась частью воспитания аристократической молодёжи, когда взрослый мужчина отвечал за подготовку и образование юноши (как это ни парадоксально, прежде всего за воспитание его нравственных качеств), а тот платил ему за это любовью. Например, красавец Алкивиад был очень удивлён, когда предложил такие отношения Сократу, чтобы стать его учеником, а тот отказался.

Идея любимого философа аристократов Платона об идеальном войске, состоящем из любовников, готовых отдать жизнь за возлюбленного и потому храбро сражавшихся, были воплощены в фиванском Священном отряде. Как писал о них Плутарх "строй, сплочённый взаимной любовью, нерасторжим и несокрушим".

Сто пятьдесят пар молодых аристократов, единственной обязанностью которых была подготовка к войне, обеспечивались деньгами и продовольствием властями Фив, в мирное время они стояли постоянным гарнизоном в Кадмее, а во время войны составляли ударный отряд армии. С их помощью Эпаминонду удалось сокрушить мощь прежде непобедимых спартанцев. (Священным отряд назывался потому, что его воины приносили клятву победить или умереть в бою на могиле легендарного Иолая, возницы и любовника Геракла). Его бойцы, храбро сражаясь, до последнего держали правый фланг греческой армии при Херонее, когда большинство уже бежало не выдержав натиска македонской фаланги и, покрыв себя славою, были почти полностью истреблены конницей гетайров. В результате археологических раскопок в братской могиле под их памятником были найдены останки 254 тел.

Платон также впервые высказал смелую идею о равноправии женщин в идеальном государстве, в те времена это звучало дико, женщина без мужчины — лёгкая добыча, она не способна защитить себя сама. В большинстве государств, она всего лишь пленница гинекея, а её предназначение даже не любовь, а всего лишь ведение хозяйства и рождение детей. Исключением была, пожалуй, только Спарта, где женщины имели больше прав, в том числе и имущественных, так как спартанцы считали, что только свободная женщина может рожать воинов. Там жена, с согласия мужа, даже могла иметь любовника (пережиток былой полиандрии).

На рубеже IV–III веков до н. э. греки столкнулись с демографической проблемой, как писал Полибий: "Всю Элладу нашу постигло бесплодие женщин и убыль населения, хотя мы не имели губительных войн и ужасов чумы… Люди испортились, стали тщеславны и изнежены, не хотят заключать браки, а если женятся, то не желают вскармливать детей".

У греков очень важную роль играли погребальные обряды — иначе душа усопшего не могла обрести покой, обречённая вечно скитаться. Для оплаты Харону, сыну вечной тьмы Эреба и богини ночи Никты — перевозчику душ через реку Ахерон (Стикс) в царство мёртвых Тартар, греки клали покойнику под язык или на глаза монеты. (У моряков был распространен обычай носить серебряную или золотую серьгу в ухе, чтобы нашедший выброшенное на берег тело утопленника имел стимул достойно его похоронить). Выпив воды из реки забвения Леты, душа забывала прошлое. Трупы сжигали или хоронили в кипарисовых гробах (кипарис считался деревом скорби). В знак траура одевали чёрные одежды и обрезали волосы, в Афинах он длился тридцать дней, в Спарте всего двенадцать.

Любимое зрелище греческих богов — наблюдать, как человек противостоит своей судьбе, грозному и беспощадному Фатуму. У эллинов не было утешения в посмертии, в унылом и мрачном царстве Аида по асфоделевым полям бродят только тени героев, но от них осталась память… Так поднимем бокалы… нет, просто будем помнить об этих замечательных людях, во многом определивших день сегодняшний.