Древний мир глазами дилетанта всю жизнь изучающего историю

ПЯТЫЙ ВЕК — ПАДЕНИЕ ЗАПАДА

С римлянами произошло то же самое, что и со всеми имперскими народами — огромные богатства развратили правящую верхушку и привели к неизбежному расслоению и деградации общества. На смену яростной нетерпимости предков, их стремлению по своему перелопатить мир, сдохнуть или добиться цели, приходит усталая мудрость полная печали, горечь от понимания невозможности что-либо изменить. Развращенному и пресыщенному поколению с погасшими глазами остается только положиться на волю течения жизни, которое неизбежно бросает на скалы катастроф или тянет на дно изнуренного пловца.

Так губительная лава вулкана, остывая, дарит приятное тепло, а со временем становится удобрением для новой жизни.

Мыслящие современники понимали угрозу и пытались бить в набат, до нас дошло воззвание епископа Синезия: "Есть страшные предвестники…Мы отдаем чужеземцам дела, свойственные мужчинам, как по мне и выиграй они битву, нам будет стыдно пользоваться плодами…Сегодня, на наше несчастье, нашлись и полководцы и легионы, единокровные нашим рабам. Но каждый раб есть враг своего господина…Они же повсюду. Должно уничтожить эту опасную для римлян защиту, устранить эту болезнь прежде, чем раскроется нарыв…"

Утратив грозную славу, империя стала заманчивым объектом для грабежа, свою поживу там находят сотни хищных племен из-за Рейна и Дуная, старающихся урвать кусок богатых и обустроенных земель с мягким климатом и послушным населением. Наиболее агрессивными были вестготы, не покорившиеся гуннам.

В 391 году они во главе с вождем из рода Балтов Аларихом перешли через Балканы и двинулись на юг, застав врасплох, варвары разбили войско самого Феодосия Великого. Тогда положение спас магистр армии Стилихон, сумевший нанести поражение и окружить Алариха, но по приказу императора, нуждавшегося в союзниках в борьбе с узурпаторами, отпускает его в обмен на союз. Несколько лет вестготы воевали на стороне империи, но после смерти Феодосия в 395 году, посчитав себя свободными от обязательства, они подняли восстание и разграбили восток Балкан — Иллирию, Эпир и Грецию, в ней сожгли неукрепленные Коринф, Аргос и Спарту, Афины откупились данью. Аларих увел из Эллады такое количество пленных, что некоторые историки считали, что она потеряла тогда почти все коренное население. В 397 году готов снова взял в оборот Стилихон, недалеко от Олимпии он загнал их в ловушку — варвары жестоко страдали от недостатка воды и пищи. Будучи в это время фактическим главой Запада, но варваром по происхождению, Стилихону приходилось вести тонкую политическую игру, и он дал уйти Алариху, за что впоследствии был обвинен в измене. Аларих отошел в Эпир — на территорию восточной империи и заключил с её императором Аркадием мир, получив эту провинцию на поселение и должность магистра армии. Поскольку разоренный Эпир не мог дать богатой добычи, а становиться трудолюбивыми крестьянами бандиты Алариха не желали, константинопольский двор легко уговорил его вторгнуться в западную империю, а именно в ещё не разграбленную Италию.

В 401 году он увел в неё свою банду, сначала взяв Венецию, а затем осадил тогдашнюю столицу Запада Милан. Пополнив свою армию аланской конницей и своими сородичами вандалами, Стилихон отбросил его от столицы. Император Гонорий спрятался от нашествия за болотами неприступной Равены. Злой гений Алариха Стилихон нанес ему два поражения на севере Италии — при Полленции и на реке Атезии, последнее было сокрушительным — захвачен лагерь готов с добычей и семьей Алариха (позднее его жена шла за триумфальной колесницей Стилихона). Разбитого вождя массово покидали и переходили на сторону неприятеля воины. Но Стилихон, в очередной раз не стал добивать Алариха, заключив с ним федеративный договор и расселив его людей на берегах притока Дуная Савы, очевидно намереваясь использовать германцев против восточной империи. (Такое впечатление, что он играл с ним, как кошка с мышкой). Но вскоре Западу и Востоку империи стало не до внутренних склок.

Неприступная в течение четвертого века линия обороны на Рейне в начале пятого рухнула, и волна варварского нашествия затопила земли империи. В 405 году коалиция племен, в которую входили вандалы и аланы штурмуют рейнский лимес, король вандалов Годагизел погиб во время штурма, но основная масса двух народов, возглавляемая его сыном, прорывается в Галлию. (Гунны также переправлялись не через нижний Дунай, а именно через Рейн). В 407 году, после того, как были выведены последние римские легионы из Британии, с островом прекратилась торговля, провинция была окончательно потеряна и не поддерживала связи с империей.

Год спустя, очередная волна варваров прорвала границы империи на Рейне, в неё входили бургунды и свевы (швабы), оставившие своё имя в Швабии. Три года спустя свевы с вандалами и аланами вторгаются на Иберийский полуостров и захватывают большую часть Испании, пользуясь идущей там гражданской войной. После этого прорыва остатки рейнских войск, засев в крепостях-кастелах, утратили между собой связь. Дунайская граница также была оголена, по приказу Стилихона обороняющие её войска перевели в Италию, где коренным имперским землям грозило новое страшное нашествие семидесятитысячного войска остготского короля Радагайса. На призыв Стилихона пришли и наёмники — гунны Ульдиса и тяжелая кавалерия готов Сара. В 407 году они под его командой разбили вторгнувшихся варваров Радагайса, загнав их войско в бесплодные холмы Этрурии, где оно жестоко страдало от голода и массово вымирало. Вскоре сам король был взят в плен и казнен, а его оставшиеся в живых воины проданы в рабство.

Вообще, снабжение было слабой стороной варварских армий, обычно они не заморачивались по поводу своих запасов, живя грабежом. Ромеи старались свозить все продовольствие со всей округи в крепости. Если варварам не удавалось их захватить, а еды и добычи не было, их армии быстро распадались.

Жители Дунайских провинций перебирались в укрепленные города, в Паноннии они продержались до 440 года, в Норике (Австрия) — до 475. (Дунайский лимес рухнул во время вторжения аваров и славян в середине шестого века).

Родственник Феодосия Великого (женат на его любимой племяннице) Стилихон был вандал по отцу, после прорыва границы 408 года, когда «одним костром дымилась Галлия» его обвинили в призвании варваров и желании поставить императором Востока своего сына.

Несмотря на всё влияние и то, что на его дочери был женат император Гонорий (не говоря уже о былых заслугах), в августе 408 года Стилихон был низложен и казнен вместе с сыном в Равенне. Одновременно в Риме началась резня семей и грабеж имущества проживавших там германцев. Около тридцати тысяч выживших бежали к Алариху, призывая к мести. После гибели Стилихона, уже никто не мог сдержать готского льва и его войска подступают к Риму. В отрезанном от снабжения городе сначала до трети обычного сокращается рацион, затем начинается голод, и трупы бедняков заполняют улицы. Сидящий в неприступной Равенне император не сумел (да и не пытался) оказать помощи.

За избавление Рима от осады Аларих потребовал пять тысяч фунтов золота, тридцать тысяч фунтов серебра, дорогие ткани, специи и освобождения рабов из варваров. После того как с трудом собранный выкуп (пришлось переплавлять драгоценные статуи) был выплачен, вместе с германцами на юг Италии ушли около сорока тысяч бывших рабов. Поскольку мир с готами и императором Гонорием не был заключен, в ближайшие два года сохранялось неопределенное положение «ни мира, ни войны» — с взаимными обвинениями, стычками и переговорами. Аларих даже выдвинул своего карманного претендента на западный трон, осадил Равенну и пытался захватить африканские провинции, чтобы отрезать базы снабжения империи. Правда, эти попытки не увенчались успехом. В это же время некоторые аристократические семейства тратили на себя по 12 тысяч фунтов золота в год, «с кровью выжимая подати с населения». Судьба Рима их совершенно не волновала.

В очередной раз потерпев неудачу в переговорах с императором, Аларих снова пошел походом на Рим, в результате предательства ему открыли Саларийские ворота. В августе 410 года былая столица великой империи на себе испытала ужас варварского вторжения, «город, захвативший весь мир, сам оказался захвачен». Готы Алариха два дня грабили опустошенный голодом город, разорение сопровождалось убийствами и пожарами. Многие его жители бежали и уже никогда не вернулись обратно. (Население былой столицы теперь не превышало ста тысяч). Арианин Аларих запретил грабить церкви, и трогать укрывшихся там граждан, а храму святого Петра приказал вернуть ценности, говоря, что «воюет с римлянами, а не с апостолами».

У Прокопия Кесарийского описана реакция императора на взятие Вечного Города. Гонорий любил возиться в своем птичнике, когда его известили, что Рим пал, тот удивился и сказал, что только недавно видел его живым. Оказалось, что так звали его любимого петуха, когда же уточнили, что пал город, император облегченно вздохнул — "Слава богу, что петух жив".

В конце 410 года сорокалетний Аларих умирает после неудачной попытки переправиться с войском в Африку, короля с богатыми дарами похоронили на дне реки Бузент, чтобы сохранить место погребения в тайне, пленных перекрывавших течение реки и копавших могилу перебили. Его преемник и родственник Атаульф уводит готов из разоренной Италии на запад Галлии, в 414 году там образуется королевство вестготов, тогда же он женился на дочери Феодосия Великого Галле Плацидии, попавшей в плен к варварам еще до взятия Рима.

БИЧ БОЖИЙ

В конце четвертого века гунны закрепились на Паннонской равнине (сегодняшние территории Венгрии, востока Австрии и Сербии), с древности на этой земле иллирийцев оседали захватчики — с III века до н. э. кельты, в 166 году н. э. — лангобарды, в третьем веке — квады, маркоманы и языги. С 408 по 434 год, при королях Мундзуке и Ругиле, гунны создали там настоящее государство, правда, они плотно заселяли лишь восточную её часть. Запад империи почти полвека использовал их в своих интересах и считал союзниками. Гунны тогда часто выступали наёмниками, Феодосий I посылал их на узурпаторов, в 406 году их вождь Ульдин помог Стилихону победить Радагайста в битве при Фьезоле.

Гунны входили и в состав гвардии букелариев Стилихона, пока готы Сара предательски не перебили своих смертельных врагов спящими.

Отряд из трехсот отборных гуннов был размещен в Равенне, в 409 году он успешно сражался против готов Атаульфа при Пизе. Тогда гунны из своих тугих луков убили больше тысячи его воинов, потеряв всего 17 человек. (На этом примере понятна причина успеха гуннской экспансии). Восточные римляне не нанимали гуннских стрелков — врагов, представлявших тогда для них непосредственную опасность, не соблюдающих договора, «из-за неудержимой страсти к грабежу» и в союзных землях ведущих себя как в завоеванной стране.

Флавий Аэций, проведший у гуннов в заложниках несколько лет, ввел гуннский лук на вооружение римской армии, признавая его эффективность. Аэций использовал своих друзей гуннов в 427 году против вестготов, год спустя против франков, в 434 году он натравил их на бургундов. Тогда десять тысяч гуннов вождя Уптара разгромили королевство бургундов на Рейне, двадцать тысяч германцев было вырезано, в том числе убит и их король Гундахар со всей семьёй. (Позднее это событие послужило основой для «Песни о Нибелунгах»). В благодарность за помощь Аэций помог гуннам утвердиться на западе Паннонии, при королях Ульдине и Мундзуке их власть признавалась от Восточных Альп до Черного моря.

Сын короля Мундзука Аттила родился около 395 года, к власти они с братом Бледой пришли в 434 году, Бледа погиб в 445. (Утвердилось мнение, что его убил Аттила, но одиннадцать лет они мирно правили совместно, возможно короля гуннов оклеветали летописцы-христиане, считавшие его воплощением дьявола). Первые 15 лет правления Аттилы гунны терзали Восточную империю, вынужденную в это же время вести тяжелые войны с вандалами в Африке и на востоке с персами. Каждый год они с германцами вторгались на Балканы, в 447 году его отряды пересекли Македонию и дошли до Фермопил, опустошая всё на своём пути. Тогда в сражении на реке Утум была разбита византийская армия, а её командующий Арнегискл убит, взято более ста городов, в том числе такие крупные как Филипполь и Аркадиополь. Целью гуннов было не завоевание земель, а банальный грабёж — захват добычи. У гуннской аристократии накапливались огромные количества золота, к которому они, по словам Марциалла «пламенеют дикой страстью».

В ближайшее окружение Аттилы входили и пользовались его любовью и доверием вожди гепидов Ардарих и остготов Валамир. Из пленных и дезертиров он набрал большую инженерную службу, с её помощью гунны брали города, а также строили мосты и переправы. Так в 442 году при осаде города Наисса на Дунае, они навели мост и подтащили осадные орудия к стенам.

27 января 447 года в Константинополе произошло сильнейшее землетрясение, частично разрушившее город и его стены. Тогда гунны решились захватить столицу, из неё в страхе бежали многие граждане, император Феодосий также готовился покинуть город. Но укрепления удалось восстановить за рекордный срок, и гунны отошли.

В 449 году Аттила принял в Валахии посольство восточного императора Феодосия II, в состав которого входил и историк Приск. Он описал внешность предводителя гуннов: «Низкорослый, с широкой грудью, крупной головой с маленькими глазами и приплюснутым носом, редкая борода тронута сединой». «Любитель войны, сам он был очень силен здравомыслием, доступен просящим и милостив к тем, кому однажды доверился». (Иордан)

Очевидно, тогда его и уговорили повернуть свои орды на запад. Аттиле выдали гуннских перебежчиков и около двух тонн золота. Дань для гуннов выбивали палками, налогоплательщики продавали имущество и украшения жен, «многие жители морили себя голодом или вешались».

Дочь и сестра западных императоров Юста Гонория, обиженная на брата убившего её любовника, прислала Аттиле кольцо, предлагая свою руку. Он воспользовался этим, как поводом, в начале 451 года его войска, пройдя по левому берегу Дуная, переправились через Рейн в районе Майнца, прорвав восстановленную римлянами в 446 году границу. Растянувшись фронтом на 150 километров, орда разграбила территорию Бельгии, гунны сожгли Мец и в мае осадили Орлеан.

Новые жестокие захватчики, отличавшиеся от европейцев даже внешне, заставили сплотиться последних не потерявших доблесть римлян и уже сроднившихся с империей варваров, в основном германцев, люто ненавидящих лишивших их родины гуннов.

На помощь Орлеану из Италии, собирая союзных готов, пришел с галлоримскими легионами и тяжелой кавалерией Аэций. Аттилла отступил, собирая части своей орды, 20 июня его настигли в Шампани на Каталунских полях.

Там состоялась настоящая битва народов, Иордан писал про неё — «битва лютая, переменная, зверская, упорная». Многоплеменное войско гуннов и их сателлитов составило около ста тысяч. Гунны построились в центре, остготы на левом фланге, остальные союзники Аттилы на правом.

В менее многочисленной армии римлян и их союзников Аэций поставил на правом фланге вестготов короля Теодориха, заняв с кавалерией и франками (среди них был и основатель династии Меровингов Меровей) левый фланг, для надежности оставив при себе королевского сына Торисмунда, в центре стояли легионы и тяжелая конница алан.

Сражение началось с конной схватки за высоты на левом фланге гуннов. В нем одни германцы вынуждены были насмерть резаться с другими — вестготы против остготов, франки против гепидов. Король вестготов, старик Теодорих упал с коня и был растоптан своей конницей. Потери с обеих сторон были огромными.

Битву прекратила ночь, разъединив сцепившихся врагов, но отдельные схватки продолжались во тьме. Сын короля Торисмунд был ранен, наткнувшись на повозки лагеря гуннов. Предводитель римлян Аэций, также до утра блуждал между врагами, оторвавшись от своих людей. Решительная победа не была достигнута, но Аттила отступил и был блокирован в своем укрепленном лагере.

Аэций, не желая чрезмерного усиления германцев, позволил гуннам отступить; не встречая помех, Аттила вернулся в Паннонию. В следующем году он пошел походом в Италию, разграбил её север (тогда жители материковой Венеции перебрались на прибрежные острова), на пути к Риму состоялась его знаменитая встреча с папой Львом, предложившего «бичу народов» контрибуцию. Отступлению Аттилы также способствовала начавшаяся в войске эпидемия и дурной пример вскоре умершего после взятия Рима Алариха. В 453 году предводитель гуннов умирает в Паннонии после свадьбы с готской красавицей Ильдиго. По легенде, она задушила его своими косами, версия конечно красивая, но маловероятная. Скорее всего, пожилого кагана, судя по телосложению склонного к инсульту, разбило параличом после любовных утех.

Между его сыновьями Эрнаком и Элаком начинается борьба за власть. Ближайший союзник и советник Аттилы король гепидов Ардарих, после смерти вождя гуннов отказался подчиняться его сыновьям. Восстание гепидов поддержали другие германские племена. В 454 году в битве при Недао гунны и их союзники были разбиты, потеряв около 30 тысяч человек, погиб и героически бившийся Элак.

Со времен победы над аланами прошло восемьдесят лет, за это время несколько поколений гуннов, составлявших элитную, но малочисленную прослойку войска Аттилы, мало того, что активно ассимилировались, но еще и благодаря огромной добыче переходили в другой род войска — тяжелую кавалерию. Её атрибутами были дорогие доспехи и оружие, но при этом неизбежно менялся стиль боя конных лучников, неизменно приносивший им победу, особенно на просторах южнорусских степей. (После триумфа при Каррах парфянская конница также терпела поражение от римлян на другой, не равнинной местности). За это время в многоплеменной армии Аттилы активно происходил обмен опытом, в том числе и в использовании аркана и гуннского лука, напомню, что Аэций принял его на вооружение римской армии. Поэтому, когда после смерти харизматичного лидера, авторитет которого был непререкаем, между разнородными племенами, составлявшими орду, началась гражданская война, в ней закономерно победили более многочисленные германцы.

За время жизни одного поколения племя гуннов исчезло, часть перешла на службу восточной империи, Эрнак с остатками ушел в донские степи, позднее они смешались там с аварами.

Король Ардарих захватил для своего народа земли былой провинции Дакии на левом берегу Дуная, западнее — в Паннонии поселились остготы.

ПОСЛЕДНИЙ ГЕРОЙ ЗАПАДНОЙ ИМПЕРИИ

В 429 году, в возрасте сорока лет, западную римскую армию возглавил, и четверть века успешно защищал умирающую империю Флавий Аэций. Сын магистра конницы Гауденция, в юности он побывал телохранителем императора Гонория и заложником у вестготов и гуннов. Среди простодушных варваров он завел много друзей, на дочерях германских вождей — гота и вандала женился и имел от них сыновей.

Григорий Турский описывал Аэция, как идеального гражданина и воина: «он был среднего роста и крепко сложен… стремительный всадник, искусный стрелок из лука и метатель копий, весьма способный воин и переговорщик. В нем не было ни капли жадности, от природы он был добрым и трудолюбивым, терпеливо сносил обиды, не боялся опасностей, легко переносил голод, жажду и бессонные ночи».

С 426 года «обученный скифской войне» Аэций с неизменным успехом громит германские и кельтские племена в Дунайских провинциях, натравливая одних варваров на других, и определяет внешнюю политику Запада вместо слабого императора Валентиана III, предпочитавшего предаваться «всяческим порокам». Используя старые связи и подарки, он долго удерживал самых опасных врагов — гуннов на землях Восточной империи, ему пришлось даже отправить им заложником своего сына Карпилиона.

Главным успехом жизни Аэция была победа в 451 году возглавляемой им коалиции над ордами Аттилы, многие историки считают, что тогда он спас западную цивилизацию.

В 453 году состоялась помолвка сына Аэция с дочерью императора, но спустя год из-за придворных интриг завистливый Валентиан со своим телохранителем предательски убили победителя Аттилы, безоружным вызванного во дворец. Один из придворных сказал после этого императору: «Вы левой рукой отрубили себе правую». Павел Диакон писал: «Вместе с ним пала Западная империя и благо государства, и их уже более не удалось восстановить».

Император Валентиан III ненадолго пережил своего лучшего полководца, букеларии Аэция готы Оптила и Травстила убили его, мстя за своего вождя. Вскоре Рим был разграблен вандалами.