Древний мир глазами дилетанта всю жизнь изучающего историю

АССИРИЯ

В глубокой древности торговые агенты (тамкары) городов-государств Шумера строили фактории-поселения на караванных путях. Одним из важнейших был Ашшур, названный по имени бога охоты, а впоследствии и бога войны. Основанный на Тигре в середине III тысячелетия до н. э., со временем он становится крупным торговым и ремесленным центром и уже сам организует множество колоний в Месопотамии и Малой Азии. От его грозного имени и произошло название страны на севере Междуречья, звучащее по-русски, как свист боевой секиры. Она была населена семитскими племенами, как и соседние вавилоняне, говорившие на диалектах аккадского языка. Страна представляла собой холмистую степь, переходящую в горы.

С середины II тысячелетия Ближний Восток сотрясают варварские вторжения, и Ашшур подпадает под зависимость от государства Миттани, меняются маршруты торговых путей, контролируемых теперь финикийцами. После нашествия чужаков крестьянские общины засели в укрепленных поселениях, все общинники несли военную обязанность "ильху". Земледельцы платили десятину в пользу царя ("доля дворца") и десятину храму. В стране наступают тяжёлые времена, из-за кризиса цены на рабов выросли в три раза, одна рабыня стоила около 100 кг свинца или 6 гектар пашни. Свои потери в торговых барышах олигархическая верхушка пытается восполнить, порабощая бедных сограждан, которым в нужде приходилось брать в долг свинец, бывший тогда средством оплаты, или зерно под 30 % годовых. Неоплатные должники становились рабами, также распространено было "удочерение" девушек из обедневших семей, которых затем продавали в наложницы или жёны. В древности жена приобреталась путём купли, и её положение мало чем отличалось от рабского, жену можно было не только безнаказанно избивать, но в некоторых случаях даже калечить, она своей жизнью отвечала за преступления мужа. Отличительным признаком свободной женщины служило покрывало, которое под страхом смерти запрещалось носить рабыням и проституткам.

Власть главы семейной общины была абсолютной, не только рабы, но и дети также причислялись к имуществу.

Примерно в это же время начинается активное отчуждение земли, бывшей ранее общинной собственностью. Сделка проходила путём фиктивного "усыновления", когда покупатель "усыновлялся" продавцом, получая часть семейного участка, передавая взамен "усыновителю" ценный подарок. Один из таких проныр-ростовщиков был усыновлён за свою жизнь 150 раз.

Около 1400 года до н. э. хетты разгромили Митанни и ассирийский царь Ашшурбалит I, воспользовавшись моментом, захватил часть её территории, положив начало будущей империи. Ассирийцы проводят ряд успешных войн с хеттами на севере и западе и с вавилонянами на юге. В 1265 году до н. э. Салманасар I добил Митанни, разгромив его войско и захватив 14400 пленных, которых по его приказу ослепили. После того, как в XII веке до н. э. хеттская держава пала, сметённая вторжением "народов моря" и ослаб Египет, у ассирийцев появился реальный шанс побороться за контроль над торговыми путями и землями, богатыми металлами и лесом.

В результате победоносных походов в страну хлынул поток дешёвых рабов. Расширение державы замедлило вторжение в X веке до н. э. кочевых семитских племён арамеев с Аравийского полуострова. Но эти опасные варвары не создали единого государства и постоянно грызлись между собой.

РОЖДЕНИЕ ДРАКОНА

Ассирийцы, живущие на севере Месопотамии, в отличие от южных соседей вавилонян, не обладали таким количеством плодородной земли и в большей степени сохранили кочевой, пастуший образ жизни, присущий древним семитам. Живя в пограничных степях, они на протяжении тысячелетия отражали вторжения и набеги воинственных горных и степных племён, то откатываясь назад, то вновь переходя в наступление. Естественно, что такой образ жизни формировал и особый тип людей — сильных, агрессивных и что особенно важно, восприимчивых ко всему новому. Ассирийцы заимствовали лучшее из вооружения и тактики окружающих народов, в частности у митаннийцев — боевые колесницы. Лошадей поставляли с севера, стоили они в семь раз дороже быка. Но, в отличие от арийских народов, полностью находясь на содержании государства, колесничные бойцы Ассирии не превратились в военную аристократию.

В середине II тысячелетия до н. э. ознакомившись с железными изделиями, ассирийцы в завоёванных поселениях старались прежде всего захватить мастеров по выплавке этого металла. В конце XIII века до н. э. они делят свою пехоту на тяжёлую и лёгкую. После поражения от хеттов ассирийцы переняли у них вооружение тяжёлой пехоты — форму щитов и мечей, одними из первых они перешли на железное оружие и применение, наряду с колесницами, отрядов конницы.

Чтобы выжить, ассирийцы — дети бога войны выбрали путь милитаризма и со временем весьма преуспели на нём, создав в итоге чудовищную державу, почти пятьсот лет терзавшую окружающие народы. Благодаря традиционно сильной царской власти их войско было спаяно железной дисциплиной, не характерной для Древнего Мира. Ещё в XVIII столетии до н. э. при царе Шамши-Ададе страна была разделена на четырнадцать военных округов, каждый из которых имел гарнизонную крепость "хальцум" и выставлял более, чем тысячу воинов. Постоянные походы сделали из ополчения пастухов и пахарей армию профессионалов, лучшую на Ближнем Востоке. Разделённую на подразделения и рода войск, с сапёрным корпусом, способным организовать правильную осаду, понтонную переправу и построить на месте ночёвки укреплённый лагерь. Ассирийская разведывательная служба была лучшей в тогдашнем мире.

Считается, что именно ассирийское войско описывает библейский пророк Исайя: "Легко и скоро придёт, не будет у него изнемогающего; ни один не задремлет и не заснёт, и не снимется пояс с чресел его, и не разорвётся ремень у обуви его; стрелы его заострены и все луки натянуты; копыта коней его подобны кремню и колёса его — как вихрь; рёв его — как рёв львицы… и заревёт, и схватит добычу и унесёт, и никто не отнимет".

Многочисленные барельефы сохранили облик этих воинов, их изображения шаблонны, но и сам шаблон многое говорит об идеалах ассирийцев и отличается от шаблонов египтян или минойцев, как бык от газели. Их идеалом была грубая сила, и они изображали себя мощными, широкогрудыми мужами с бычьими шеями и такими же взглядами, конечности их распирают могучие мускулы. На барельефах они убивают врагов, ломают стены вражеских крепостей, охотятся на львов. Армия этих богатырей раздвинула пределы Ассирии, захватив земли Ближнего Востока, своей доблестью завоевав славу, не потускневшую до сих пор. Она подняла страну на вершину могущества, и она же низвергла её до полного краха и ничтожества.

Оборотной стороной их силы была непревзойдённая жестокость, также вошедшая в легенды.

Войска этих безжалостных убийц опустошали целые страны, превращая людей и животных в смердящую падаль, а сады и строения в обугленные головёшки и пепел. Над разорённой землёй стоял невыносимый смрад горелой человечины и разложившейся крови от вспоротых животов и разрубленных тел. Стервятники и трупоеды не успевали поглощать поживу и разбухшие на жаре трупы белели от шевелящихся личинок.

Особенной жестокостью прославился Ашшурнасирапал II (883 — 859 гг.) Своими походами он обезлюдил Сирию и Месопотамию, почти поголовно вырезая жителей, остатки превращая в рабов. Маленьких детей в плен не брали, а истребляли на месте. Избежавшие резни были обречены на голод и вымирание на разорённой земле.

Всё это натуралистически описывалось и изображалось на барельефах. С людей живьём сдирали кожу, живыми закапывали в землю или сжигали на кострах, массово садили на кол, а из отрезанных голов насыпали целые холмы. Пленных конвоировали продев верёвки через просверленные подбородки.

Вот цитата из его надписей: "Я вырезал их всех до одного, и кровью их окрасил горы… Мои боевые колесницы размалывали людей и животных, всем кто попался мне живым я отрезал руки… Совершив эти дела, я умиротворил сердца великих богов, моих владык".

Надо сказать, что жестокость и садизм были присущи практически всем правителям Ассирии первого тысячелетия до н. э., даже интеллектуалу и владельцу самой большой библиотеки Ближнего Востока Ашшурбанипалу, образованность которого сочеталась с жестокостью. "Я сжёг три тысячи пленных, никого не оставив живым… Я вырвал языки тех воинов, нахальные уста которых говорили дерзости против Ашшура, моего бога, и которые против меня задумывали злое… Остальных я принёс в жертву, их изрубленные тела я скормил свиньям, собакам и волкам. Кровь убитых врагов рекой текла в долину".

Как видно из надписей, пролитие крови врагов было угодно богам Ассирии, помимо национального бога Ашшура, почитались три главных — бог Луны Син, его супруга Иштар (богиня войны, "владычица страны, царица всех богов") и бог Солнца Шамаш. Лунный серп напоминает рога быка, поэтому ущербную луну воплощали статуи крылатых быков с человеческими головами, а полную — статуи крылатых львов.

В ранний период империя вела войны не ради эксплуатации покорённого населения, целью был грабёж, захват караванных путей и мест добычи металлов и леса. На завоёванных территориях строились крепости, куда свозились продовольствие и фураж, в них же селились ассирийские колонисты. Покорённые страны обкладывались огромной данью, для выплаты которой опустошались сокровищницы правителей и храмы (например, царь Израиля заплатил тридцать тонн серебра, обложив всю страну тяжёлыми налогами.)

Политика террора привела к сплочению врагов Ассирии, более десяти арамейских государств в Сирии, Палестине и Финикии во главе с Дамаском создали южносирийский союз, который поддержали арабы. Этот союз в 853 году до н. э. нанёс поражение преемнику Ашшурнасирапала Салманасару III.

Спустя восемь лет Салманасар, собрав небывалое по тем временам войско в 120 тысяч человек, (вряд ли эта численность была реальной, 120 это священное число) совершил большой поход на запад. Пользуясь тем, что южносирийский союз к тому времени распался, он разрушил Дамаск, опустошил Сирию, установив там ассирийскую гегемонию, и вторгся в Финикию. По его словам, он "перешёл Оронт по трупам, как по мосту". Но в войнах с Урарту на севере ассирийцы не смогли добиться успехов.

Большая часть захваченных земель находилась в руках царя, его приближённых и военачальников, за исключением земель храмов. Столица страны Ашшур продолжал оставаться самоуправляемым и свободным от повинностей городом, а царь не мог принимать важных решений без одобрения городского совета.

С конца IX века до н. э. в результате внутренних смут и междоусобиц происходит ослабление государства. Ассирия теряет контроль над многими завоёванными провинциями и над добычей железа в Малой Азии.

РЕФОРМЫ ТИГЛАТПАЛАСАРА III

Положение изменилось при смене династии, в результате военного переворота к власти приходит Тиглатпаласар III (745–727 гг.) великий царь — реформатор. Он считается создателем административной системы, заимствованной впоследствии мидийцами, а затем персами. При нём меняется политика в отношении к населению завоёванных земель. Он впервые приступил к превращению покорённых стран в провинции Ассирийской империи. Не довольствуясь уже банальным грабежом, ассирийцы устанавливают в них свою администрацию и порядки. А чтобы навсегда сломить способность к сопротивлению, прибегают к политике "насаху". Это аккадское слово означает "вырывать с корнем", "искоренять".

Теперь, при захвате какой-либо земли её жители, почти целиком, в организованном порядке переселялись на разорённые прежде территории на другом конце государства. Но не голыми и в ошейниках, как раньше, им разрешалось взять с собой семью и домашний скарб. Покорённый народ действительно вырывался из родной земли с корнем. Число депортированных за время существования империи достигало миллионов (от полутора до четырех). Оказавшись на чужбине, во враждебном окружении, переселенцы вынуждены были держаться за своих поработителей. Так ассирийцы обеспечивали своё господство. (Не случайно эта дьявольская, но эффективная практика "переселения народов", спустя тысячелетия была возрождена бывшим семинаристом Сталиным, хорошо знавшим Библию.)

Небольшая часть покорённого населения, которой захватчики могли доверять, приравнивалась к "людям страны" и включалась в войско.

Большая часть пленных становились государственными рабами, остальные продавались на рынках. В отличие от военнопленных, которыми торговали как скотом, раба, посаженного на землю, продавали вместе с участком и, как правило, с семьёй.

На границах, в завоёванных провинциях и в ключевых точках строили военные форты, с гарнизоном от нескольких десятков до нескольких сотен солдат. Страну, с севера на юг и с востока на запад, пересекают мощёные камнем "царские дороги" (хул-шари), с колодцами в засушливой местности. На них впервые была организована государственная почтовая служба — на расстоянии дневного перехода располагались станции (как ямские на Руси, заимствованные у монголов), где наготове стояли мулы и колесницы. Снабжённые печатью депеши царя доставляли специальные курьеры, обычно сопровождаемые вооружённой охраной.

Конечно, как любая империя, ассирийская держава обеспечивала защиту лояльному населению, число которого росло, множилось количество неукреплённых городов и селений, их строения уже не жались пугливо друг к другу на холмах и за стенами. В империи быстро развивалась единая ирригационная система, особенно при Синаххерибе. Широкие каналы снабжают водой поля и новые города. (После гибели Ассирии ирригация придёт в упадок и не восстановится уже никогда).

Несмотря на чудовищную жестокость, ассирийцы не были шовинистами, поощряли смешение народов и часто включали лучших представителей завоёванных племён в свою элиту. Почитая своих богов, они уважали также и чужих, вообще Древнему Миру была присуща веротерпимость, отсутствие религиозных войн и войн на расовой почве.

НОВАЯ АССИРИЙСКАЯ АРМИЯ

Тиглатпаласар ограничил права наместников и уменьшил размеры их областей, провёл военные реформы, путем рекрутского набора создал регулярное войско, состоящее на царском обеспечении. Основу его составил "царский полк", включающий разные рода войск и отличающийся лучшим комплектованием и вооружением. Интересно, что командирами "царского полка" часто назначали евнухов, также как и наместниками в завоёванные провинции, в которых они, конечно же, не могли основать новые правящие династии. Тиглатпаласар, сам пришедший к власти незаконным путём, опасаясь заговора, назначал кастратов и на ключевые должности в сфере безопасности.

Солдат стали вооружать и содержать за счёт государства. Это позволило, как и спустя 700 лет в результате реформ Гая Мария в Риме, привлечь в войско бедноту и увеличить его размер. Кроме того, при этом в Ассирии резко усиливаются позиции как царя, так и демократических слоёв общества, олицетворением которых и становится теперь армия. И, соответственно, ослабляются позиции олигархической верхушки.

Новая профессиональная армия была чётко разделена на рода войск (с постоянным тактическим делением на полки): колесницы (лёгкие на двоих и тяжёлые, с экипажем в четыре человека), конница (с IX века до н. э.), тяжёлая и лёгкая пехота, осадные (инженерные) войска и обоз. Численность полевых армий составляла обычно двадцать тысяч (максимум пятьдесят). Из ассирийцев комплектовалась большая часть колесничных войск и кавалерии, пехотинцев "царского полка" формировали в основном из арамеев. В дальнейшем в армию включали всё больше воинов из покорённых народов — колесничные отряды израильтян и урартов, мидийцев (из-за высокого роста и силы их брали в гвардию), а также превосходных лучников-итуэйцев (одно из арамейских племён) и конечно финикийских и греческих корабелов и моряков на флоте. Использовались и наёмные отряды кимерийских конных лучников, но те не внушали доверия, по словам Асархаддона "они варвары, не чтущие божьей клятвы и не признающие соглашений".

На вооружение поступает всё больше железных изделий, хотя шлемы и доспехи по-прежнему изготавливают в основном из бронзы (железные остроконечные шлемы носили элитные отряды — железо прочнее и легче бронзы). Большинство бойцов регулярной армии имело ламелярный (чешуйчатый) доспех, грудь и бока лошадей также начинают защищать бронёй. Офицеры часто использовали булаву, которая служила и атрибутом власти. Солдаты были обуты в кожаные сапоги на толстой подошве, подбитой гвоздями, что позволяло совершать походы в любой местности и в любую погоду.

Похоже, ассирийцы первыми применили тактику боевой пары в пехоте — лучник под прикрытием щитоносца, их часто изображают на барельефах.

Элитой "царского полка", своего рода лейб-гвардией был "ша курбути", состоящий из телохранителей и отборных бойцов, владевших навыками захвата пленных без оружия. Превосходно была организованна разведка, она помимо шпионажа, устраивала диверсии и даже государственные перевороты в соседних странах, эту службу обычно возглавлял наследник престола. Военные лагеря, задолго до римлян, огораживались, укреплялись валом и имели правильную планировку. Ассирийцы первыми применяли тараны, катапульты, осадные башни и штурмовые лестницы. Для переправы через реки использовали бурдюки, которые входили в состав солдатской амуниции, из них же делали понтонные мосты. Армию сопровождал обоз и лекари "азу".

В конце весны, перед летними походами, проводили армейские смотры людей и животных. Пройдя обряд очищения "тебибту", рекруты давали клятву верности и получали паёк. Злостным уклонистам рубили голову. В каждом полку имелся писец ведущий документацию. Во время мира солдаты получали отпуск.

В ставшей многонациональной армии рекрутов-инородцев, включенных в основном в пехоту, испытывали в первых рядах сражений под присмотром "заградотрядов" из ветеранов (как у персов и монголов). Трусам рубили головы и сажали на кол. Повязанные кровью, сплочённые в плавильном армейском котле, новобранцы становились членами боевого братства со своеобразным кодексом чести, характерным для любой имперской армии в период побед.

ПОБЕДОНОСНЫЕ ПОХОДЫ

В 743 году реформированная армия обрушилась на север, войска Урарту и его союзников были разгромлены и отброшены за Евфрат в горные теснины, 73 тысячи врагов захвачены в плен. Отважный и умелый боец Тиглатпаласар, в недавнем прошлом боевой генерал, лично водил солдат в атаку. В 735 году его войска с боем прошли всю страну и осадили урартскую столицу Тушпу. Правда, взять эту неприступную твердыню не удалось.

В течение ближайших лет была завоёвана северная Сирия, а её центральная и южная части разорены. Покорена Финикия и земли филистимлян (Палестина).

Богатый Тир откупился от ассирийцев гигантским количеством золота. В союзе с иудейским царём Ахазом Тиглатпаласар сначала разгромил Израиль, а затем в 732 году до н. э. взял Дамаск, подчинив арабов Сирийской степи. Царь Дамаска был казнён, а население уведено в плен. В этом же году путём личной унии была присоединена Вавилония.

В отличие от других завоёванных стран, она не считалась ассирийцами чуждой. Вавилоняне и ассирийцы были народами-братьями, (как русские и украинцы) с общей историей и культурой, разговаривавшими на диалектах одного аккадского языка, писавшими одной клинописью. Вавилон был для ассирийцев священным городом и глубоко ими почитался.

Но включение его в свою империю, стало роковым событием, через сто лет приведшим Ассирию к гибели. Это столетие наполнено воистину шекспировскими страстями и трагедиями, достойными его пера.

ВЕЛИКИЙ И СЛАВНЫЙ ГОРОД

Что собой представлял Вавилон первого тысячелетия до н. э.? Прежде всего это был крупнейший торговый и религиозный центр Древнего Мира, не зря его название — Баб-илу — означает Врата Бога, в VIII веке до н. э. этот великий и славный город не имел соперников по площади и населению, в периоды расцвета достигая полумиллиона человек. По обеим сторонам Евфрата располагалось более тысячи святилищ и алтарей земных и небесных божеств и пятьдесят три храма великих богов. Его стены, возведённые из необожжённого кирпича и покрытые обожжённым с цветной глазурью, достигали толщины в семнадцать метров, а высоты не менее двадцати пяти. Великолепные сооружения Вавилона потрясают воображение, главным храмом города и страны была Эсагила — жилище бога Бэла-Мардука, гигантский дворец с воротами на четыре стороны света, где в драгоценной камере с мраморными стенами, украшенными золотом и лазуритом, с покрытым золотом кедровым потолком стоял шестиметровый, золотой же, истукан бога с огромными ушами (у вавилонян уши, а не мозг считались вместилищем разума и духа). Рядом со статуей покоился Сирруш — священный рогатый дракон Вавилона.

По Геродоту на создание статуи и украшение камеры пошло 800 талантов (24 тонны) золота. На золотом жертвеннике, в отличие от обычных, приносили на заклание только ещё сосущих молоко детёнышей животных, а на праздниках в честь Мардука ежегодно сжигалось около 30 тонн ладана. Храм Бэл-Мардука имел башню-зиккурат — ту самую знаменитую Вавилонскую Башню — Этеменанки (по шумерийски" Дом краеугольного камня неба и земли"). Ступенчатые башни, наследие поклонявшимся горам шумерам, являлись атрибутом главного храма каждого ассиро-вавилонского города.

Но вавилонская отличалась размерами — 90 метров высотой. Древние шумеры строили свои зиккураты трёхступенчатыми по числу главных богов.

Вавилоняне — семи ступенчатыми (не считая основания), каждая ступень соответствовала планете небесной сферы и окрашивалась в разные цвета: чёрный, белый, фиолетовый, синий, красный, серебряный и золотой. Отсюда, кстати, идёт священное число "семь" и семидневная неделя.

ПИК МОГУЩЕСТВА

Сильная вавилонская аристократия стала союзницей ассирийской в борьбе за сохранение своих привилегий против деспотических устремлений ассирийских царей. В стране сложились две соперничавшие партии. Открытое столкновение между ними произошло при правлении сына Тиглатпаласара Салманасара V, посягнув на права знати, он в 722 году был убит заговорщиками. Когда на престол вступил Саргон II (722 — 705 гг. до н. э), Вавилон восстал, вступив в союз с халдеями и Эламом. Саргону и его сыну Синаххерибу десятилетиями с переменным успехом приходилось вести тяжёлую борьбу с продажным Вавилоном и его союзниками.

Развязка наступила в 689 году, ассирийское войско Синаххериба штурмом взяло мятежный город. Ослеплённый гневом царь, отличавшийся вспыльчивым нравом, приказал стереть с лица земли древние священные Врата Бога, город был сожжён и разрушен, а его жители перебиты или проданы в рабство. Статую главного бога Вавилона Бэла-Мардука, в качестве трофея вывезли в древнюю столицу Ашшур. Завалив русло Евфрата обломками зданий, воды реки направили на обгоревшие развалины. Опустошённая земля на месте Вавилона была проклята на 70 лет.

Весть об уничтожении знаменитого и огромного города, со времён Хаммурапи священной столицы и перекрёстка караванных путей, потрясла весь цивилизованный мир от Нильских порогов до предгорий Кавказа.

Казалось бы, Синаххерибу можно торжествовать, его враги повержены в прах, во всём мире никто не может противостоять победоносному ассирийскому войску. Его отец Саргон II, прославленный воин, разбил объединённые силы Сирии, Финикии и Египта, взял Саммарию и уничтожил Израильское царство. 27 тысяч израильтян были переселены в болота северной Месопотамии. Через шесть лет войска отца наголову разгромили армию Урарту и совершили карательный поход против мидян. Их не могли остановить даже неприступные горы, Саргон и его воины вели коней под уздцы и несли колесницы на своих плечах на перевалах и переправляясь через бурные реки, "как яростное копьё" ударив по противнику. Не выдержав поражения и разорения родной страны, несчастный царь Руса покончил жизнь самоубийством в своей столице.

Сам Синаххериб (705 — 680 гг. до н. э.) разбил эламское войско, разграбил страну, захватив 200 тысяч пленных и богатую добычу. На короткое время ассирийцам удалось даже покорить Египет. Награбленные сокровища позволили в разы увеличить оборот серебра в Ассирии, появились предшественники монет — серебряные слитки с весом и пробой гарантированными государством. По- прежнему высоко ценилось и железо — одна из комнат дворца Саргона II была завалена железными болванками общим весом в 150 тонн.

Синаххериб основал новую столицу Ниневию, прекрасный город с каналами, садами и прямыми улицами, "сияющий, подобно солнцу". Царь распорядился, что любой домовладелец, нарушивший прямую линию, будет посажен на кол на крыше своего дома.

Сидя на драгоценном троне в своём дворце, стены которого были отделаны покрытыми цветной глазурью кирпичами с изображением священных символов Ассирии — орла, льва, смоковницы (инжира) и плуга, царь принимал изъявления покорности окружающих народов. Перед его троном были насыпаны пирамиды вражеских черепов, чтобы иностранные послы и зависимые князьки видели, чего им может стоить несоблюдение договора или неверность. Империя раскинулась "от Верхнего моря, где садится солнце (Средиземного), до Нижнего моря, где солнце засыпает" (Персидского залива).

Но умные люди уже тогда понимали, что страна стоит на грани катастрофы. Профессиональной армии ассирийцев не было равных на полях битвы, но её народ никогда не отличался особой многочисленностью. За столетие непрекращающихся войн могилы этих непревзойдённых бойцов были разбросаны от Армянских гор до Аравийских пустынь и дельты Нила. Заброшенные поля оставшихся в живых зарастали сорняками, посвятив себя войне они не находили места в мире. Награбленные сокровища, сказочно обогатившие военную верхушку, уходили у них сквозь пальцы в безумном разгуле, многие не заводили семей и не оставляли законного потомства.

Ассирийская империя была построена на принципе — "Сила наша да будет правдой нашей!" Но на одной только силе нельзя построить прочную будущность, сила мужей почти также преходяща, как и красота жён.

Естественную убыль в войске начинают пополнять за счёт иноземцев и покорённых народов. Этим людям без чести были глубоко безразличны интересы державы, стремящиеся только к грабежу и насилию, они были не способны на прежнюю легендарную ассирийскую самоотверженность и стойкость. В итоге армия, чем дальше, тем больше превращалась в разношерстный сброд, теряющий связь с ассирийским народом.

В течение столетия, как карты тасуя покорённые народы, ассирийцам удалось совершить то, что не по силам оказалось сделать партии и правительству СССР, а именно создать "единую наднациональную общность — Советский Народ". Ассирийцы на Ближнем Востоке получили обезличенную покорную массу населения, говорящую на арамейском языке, кроме общего языка объединённые и общей ненавистью к своим завоевателям.

А на северных окраинах империи, как тучи, наполнялись грозной силой молодые, незнакомые народы. В схватке с ними погиб отец Синаххериба — великий царь и воин Саргон II.

ЗАВЯЗКА ДРАМЫ

Уничтожение великого и славного города многим ассирийцам пришлось не по душе, в первую очередь партии родовой аристократии. В последние годы правления Синаххерибу пришлось пойти им на уступки, в обход старших сыновей, наследником трона он назначил младшего — Асархаддона. Его матерью была любимая жена царя — красавица-сирийка Закату, чьё имя означало "чистая".

Сам Асархаддон писал об этом так: "Хотя я был моложе своих братьев, по велению богов Ашшура… отец, мой родитель, в собрании моих братьев во истинно возвысил мою голову, сказав — "Вот мой наследник!"

При этом Синаххериб заставил весь народ страны "от мала до велика" перед богами принести торжественную клятву охранять престолонаследие. Царь нарушил принцип наследования власти и смертельно этим оскорбил своих старших сыновей. В отсутствии Асархаддона, не сумев убедить отца в отмене своего решения, они в 680 году убили его в храме бога Нинурта.

Но отцеубийцы не сумели захватить власть, в Ниневии их никто не поддержал. Асархаддон немедленно выступил в поход во главе верных войск, его братья бежали на север в Урарту, где нашли прибежище среди старых ассирийских врагов.

Став царём, Асархаддон практически немедленно приступил к восстановлению Вавилона. Однако эта задача была не из лёгких, мало было собрать уцелевших от резни и проданных в рабство вавилонских граждан и вернуть им прежние права и привилегии. Развалины города были прокляты на 70 лет, а прошло только девять, при этом требовалось не оскорбить и память отца.

В итоге задача была решена с блеском, по новой официальной версии виновниками гибели города были объявлены сами вавилоняне, погрязшие в грехах и вызвавшие гнев бога Мардука, направившего на них реку. Про кровавый штурм города Синаххерибом — ни слова! А после воцарения Асархаддона боги сменили гнев на милость и дали знать, что желают восстановления Вавилона и его храма Эсагилы. Жрецы поменяли клинописные значки, обозначающие цифры 70 местами, получив цифру 11, и назначили официальные работы на 678 год, хотя реально они начались на два года раньше.

Направив на восстановление города лучших царских мастеров, и тысячами согнав жителей Вавилонии и пленных со всех сторон империи, Асархаддон лично принял участие в закладке Вавилона и его главного храма. Город возрождался по древнему плану более двадцати лет, царь не жалел на это ни золота, ни лучших строительных материалов. Причём восстанавливался именно вавилонский город, граждане которого были выкуплены и прощены, тем кто мог доказать права, возвращали утраченные имения. Так как многие землевладельцы были истреблены, их земли были заново поделены на наделы среди граждан, в число которых включили много халдеев. Так создавался новый Вавилон, в нём восстанавливалось полнокровное гражданство и мелкое землевладение. Царь и аристократическая партия надеялись найти в братском, как они думали, вавилонском народе поддержку, а получили в итоге могильщиков своей родины.

Тут сказалась разница в менталитете северных и южных семитов Месопотамии, суровые воины Севера не зря презирали торгашей Вавилона, прагматизм которых был притчей на устах всего Ближнего Востока и под именем Вавилонской Блудницы вошел в Библию. Они ставили богатство превыше всего — сыновьей почтительности, материнской любви. От них глупо было ожидать благодарности и верности данному слову.

Однако Асархаддон не вернул Вавилону автономии, статуя бога Бэла-Мардука по прежнему оставалась в ассирийском плену, а без неё невозможен был не только суверенитет, но не могли пройти выборы царя и даже праздник Нового года. Как не удивительно, но в Вавилоне царя ежегодно переизбирали, выборными были и многие другие должности, в том числе и жрецов.

Допустив восстановление города, военная партия активно выступала против планов царя вернуть Вавилону государственность. Поводом опять стал вопрос престолонаследия. Противясь кандидатуре старшего сына Асархаддона Шамаш-шум-укина, они сделали ставку на второго — Ашшурбанипала, любимого внука царицы-матери Закуту. Она, кроме красоты, обладала ещё сильным характером и пользовалась уважением даже среди безжалостных убийц партии военной аристократии.

Воспользовавшись провалом похода на Египет и прецедентом его собственного воцарения, военная партия заставила Асархаддона в мае 672 года объявить младшего сына наследником. Народ страны был приведён к присяге, в Ассирии она прошла спокойно, но в Вавилоне была попытка поднять мятеж, правда, быстро подавленная. Как обычно, народ мутила окрепшая вавилонская верхушка.

Год спустя, Асархаддону удалось завоевать Египет, эта победа и огромная добыча подняла его авторитет и заставила заткнуться недоброжелателей. В 670 году царь назначил старшего сына наследником вавилонского престола и уравнял его в ранге с Ашшурбанипалом, фактически устанавливая в стране будущее двоевластие. Придворные льстецы расхваливали это решение как вершину справедливости и мудрости, но очень авторитетный жрец, астролог и врач Адад-шум-уцур не побоялся написать Асархаддону: "То, что царь, мой господин, сделал с юными принцами, опасно для страны Ашшур". Царь наложил на него опалу и отправил в ссылку, но это только увеличило престиж астролога.

В 669 году, в походе на подавление восстания в Египте, Асархаддон умирает и на трон вступает Ашшурбанипал.

ПОСЛЕДНИЙ ВЕЛИКИЙ ЦАРЬ АССИРИИ

До нас дошли изображения Ашшурбанипала — большеглазого красавца со стильно завитой бородкой гарцующего на лихом коне. Умелый лучник и наездник; храбрец, выходящий на единоборство со львами — одним словом спортсмен и плейбой, наверняка очень нравился дамам. Но в тоже время это первый известный библиофил древности, тонкий ценитель культуры и искусства. Отец готовил его к жреческой карьере, а воспитанием занимался известный учёный и астролог Набу-ахе-риб, видимо именно он привил царевичу любовь к чтению. Позднее по приказу Ашшурбанипала со всей страны свозились и переписывались древние и редкие тексты. Его огромная библиотека, дошедшая до нашего времени, содержит более 30 тысяч глиняных таблиц. Он писал: "Для меня было большой радостью повторять красивые, но не понятные надписи шумеров и неразборчивые аккадские тексты… Я, Ашшурбанипал, постиг скрытые тайны искусства письма, читал о небесных и земных постройках и размышлял о них. Я наблюдал за предзнаменованиями, я толковал явления небес с учёными жрецами, я решал сложные задачи с умножением и делением, которые не сразу понятны… В то же время я изучал и то, что полагается знать господину; стрелять из лука, ездить на лошади и колеснице и прошёл по своему царскому пути".

Но как справедливо заметил Екклесиаст: "Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь". Как многим интеллектуалам Ашшурбанипалу была присуща некоторая нерешительность.

Сев на престол, ему предстояло выполнить волю отца, то есть восстановить Вавилонское царство и посадить на его трон Шамаш-шум-укина. Но против этого выступали силы, приведшие его к власти. Пока новый царь колебался, за дело взялась его железная бабка, вот ей-то решимости как раз хватало. Старшему брату было предложено стать не самостоятельным правителем, а подданным ассирийского царя. В Вавилоне начались было открытые возмущения, но действуя энергично и беспощадно, их подавили и население страны было приведено к присяге.

Но молодой царь в следующем году сам пошел навстречу оппозиции — дважды запросив оракул бога Шамаша и оба раза получив утвердительный ответ, Ашшурбанипал решился, наконец, выполнить отцовскую волю. Истукан бога Бел-Мардука был торжественно доставлен из Ашшура в Вавилон в 668 году, встречаемый по пути восторженными толпами народа и статуями их богов. Вместе с богом в Вавилон въехал и Шамаш-шуш-укин, вскоре была проведена церемония царских выборов и Вавилон вновь обрёл государственность. Ашшурбанипал считался верховным правителем города, но за это право он передал брату войско, а также города Ниппур и Урук с их округами — "более чем повелел отец, мой родитель, дал ему".

Внешне, между братьями установились тёплые отношения, но фактическое двоевластие накапливало противоречия, чему, конечно же, способствовало их окружение. Вавилонская партия стремилась к увеличению своей независимости и влияния, а ассирийская военщина справедливо не доверяла им, не считала себе равными и рассматривала Вавилонию, как и другие завоёванные провинции исключительно как объекты грабежа.

Конечно же, Ашшурбанипал не доверял ни вавилонянам, ни брату; в Вавилоне сидел ассирийский наместник и стоял сильный гарнизон, страна была наводнена шпионами. Ассирийцы вели себя как хозяева, и среди граждан города нарастало возмущение, начались убийства отдельных ассирийских чиновников и солдат.

Особенно ущемлённым чувствовал себя Шамаш-шум-укин, прикрываясь маской лояльности, готовя месть, он искал союзников внутри страны и за её рубежами — его надежды были связаны с халдейскими княжествами и Эламом.

Между тем, не знавшая поражений ассирийская армия в 653 году в очередной раз разгромило войско царя Элама Теуманна вблизи его столицы Суз. Отрубленная голова царя послужила украшением на пиру Ашшурбанипала.

В ночь на 19 июня 653 года в Вавилоне наблюдалось лунное затмение, видя умирающую луну в кровавом ореоле, прорицатели предсказали Шамаш-шуш-укину несчастья и беды. Испугавшись, что его планы раскроют, царь, пытаясь избежать своей участи, решается на восстание. В молитве к богине Анунит потрясённый царь обращается полными отчаяния словами: "О, Анунит, владычица высших, мать милосердная, ибо ты царица бесчисленных звёзд, тебе поручаю владыку богов, да отомстит он и спасёт мою землю, да поступит он со мной, как должно. Я — Шамаш-шуш-укин, великий царь, несчастный, несмотря на то, что Мардук — мой бог… Зловещим знамением беды, павшим на мой дворец и мою страну, наполняющим меня ужасом, я потрясён и напуган. Горе мне и моей стране, горе трону… Дай мне одежду веселия и отними траур". (Перевод В. А. Белявского)

Весной следующего года правитель Вавилона снарядил почётное посольство в Ниневию, выпроводив с ним всех главарей проассирийской партии. Пока они обменивались там с Ашшурбанипалом любезностями и подарками, царь начал восстание. В короткий срок к нему примкнули Элам, халдейские княжества юга и западноиранские племена, в том числе и персы. К коалиции присоединились арабы и, по-видимому, только что сбросившие ассирийское иго Египет и Лидия.

Эти события стали неожиданностью не только для Ашшурбанипала, разведка которого потерпела провал, (что очень не характерно для ассирийцев), но и для простых граждан Вавилона, задачей царственных братьев было перетянуть их на свою сторону. Магнаты Вавилона, чьи отцы довели город до кровавой катастрофы 689 года, опять втягивали народ в авантюру. Специальный посол Ашшурбанипала заклинал вавилонян не позорить своё имя мятежом и не нарушать присяги, напоминал об утверждённых им привилегиях. Но вавилоняне решили взяться за оружие и поддержать своего царя.

Шамаш-шуш-укин — старший сын царя, воспитанный воином и полководцем, действовал решительно и быстро. С помощью подошедших арабов он очистил от ассирийских гарнизонов северную Вавилонию. Ослабленные недавними поражениями Элам и халдеи заняли выжидательную позицию, египтяне и лидийцы также не оказали реальной помощи. Таким образом, единым фронтом коалиции выступить не удалось. Весной 651 года к Вавилону подошло ассирийское войско. После ожесточённой битвы под стенами, ассирийцы опрокинули своих противников в ров, вынудив отступить в город. Началась осада. Но вскоре, получив в качестве оплаты сокровища Эсагилы, в игру вступила армия Элама и войска халдейских княжеств. Эламиты осадили Урук, а халдеи напали на Ур, не получив помощи от Ассирии, его жители, доведённые голодом до людоедства, сдали город. Ассирийцы потеряли и южную Вавилонию. Теперь судьба компании решалась в древнем Уруке, последнем оплоте ассирийцев в Вавилонии, взяв этот крупный и хорошо укреплённый город, союзники смогли бы объединить усилия. И тут опять сказались боевые качества ассирийской армии — оказавшись в кольце врагов, они сначала нанесли поражение Шамаш-шуш-укину, не дав ему соединиться с эламитами, а в феврале 650 года снова разбили армию Элама, добившись перелома в ходе войны. Реабилитировала себя и секретная служба Ассирии, её агентам удалось организовать переворот в этой стране, царь и его родня были перебиты, а эламиты на время выведены из войны. С этого момента участь Вавилона была решена и началась его медленная агония. Интересно, что лучшими полководцами ассирийской армии были вавилоняне Мардук-аплу-иддин, командовавший осадой Вавилона, Мардук-шарру-уцур, победитель эламитов и халдей по происхождению Бэл-ибни.

Причём последний, герой защиты Урука, также блестяще проявил себя, сражаясь со своими соотечественниками. (За доблесть Ашшурбанипал присвоил ему чин туртана, высшее воинское звание в Ассирии). Для гражданской войны, где брат идёт на брата, это было нормально.

Верные данному слову, на помощь осаждённому городу пришли только арабы. Шейх Абиятэ с отрядом отборных бедуинских воинов прорвал кольцо блокады Вавилона и до конца разделил с его гражданами их нелёгкий жребий.

Вавилон был сильнейшей крепостью тогдашнего мира, и ассирийские солдаты не могли взять его неприступные стены, возведённые ими же самими. Мардук-аплу-иддин лишь сильнее стягивал осаду вокруг родного города, надеясь задушить его голодом. Осада продолжалась два с половиной года.

"В эти дни в стране были голод и нужда, и даже мать не открывала дверей своей дочери". Это запись 650 года, через год вавилоняне "из-за голода ели мясо своих сыновей и дочерей, жевали кожаные ремни", люди тысячами умирали от болезней и истощения. Как обычно, в эти страшные времена находились твари, которые припрятывали продовольствие и наживались на страданиях людей. Они скупали у богатых земли и рабов, беднякам же приходилось продавать своих детей.

В Вавилоне имелось много шпионов, сообщающих ассирийцам важные сведения, Ашшурбанипал призывал вавилонян к сдаче и обещал амнистию.

Ассирийцы тем временем последовательно брали города-спутники Вавилона, летом 648 года пала Барсиппа, крупнейшая из них, положение города стало безнадёжным, активные мятежники сами кончали с жизнью. Не желая попасться живым в плен брату, Шамаш-шум-укин поджёг свой дворец и бросился в пламя, за ним последовали его царица и близкие друзья.

Заметив пожар Мардук-аплу-иддин повёл войска на штурм, озверевшие от бесконечной осады солдаты ворвались в Вавилон и его улицы захлестнули убийства и грабежи, несмотря на категорический запрет Ашшурбанипала, не щадили даже храмы. Арабский отряд шейха Абиятэ второй раз совершил невозможное. Изнурённые голодом бойцы прорвали ассирийское кольцо и ушли из города. Впоследствии Абиятэ пришлось изъявить покорность Ашшурбанипалу, который, восхищённый героизмом шейха, не только простил его, но и назначил царём арабов.

Над гражданами Вавилона была учинена кровавая расправа, но террор обрушился в основном на активных сторонников Шамаш-шум-укина, уцелевшая от побоища 689 года аристократия была вырезана практически полностью. Часть вавилонян была угнана в Самарию, их потомки живут там до сих пор.

Однако Вавилон не был разрушен, оставшиеся граждане прощены, а обгоревшие тела Шамаш-шум-укина и его супруги погребены в специально сооружённом склепе.

После падения Вавилона была возобновлена война с Эламом, где благодаря ассирийской разведке не прекращалась чехарда со сменой правителей. Войска под командой туртана Бэл-ибни захватили и разграбили столицу страны Сузы в 646 году. Год спустя война закончилась полным разгромом Элама и взятием в плен всех её соперничающих царей, кроме одного, покончившего жизнь самоубийством. Его голова была засолена и отправлена в Ниневию. В 644 году до н. э. ассирийцы подавили сопротивление арабов.

По случаю победы в столице состоялся триумф, не имеющий аналогов не до, ни после в истории. В колесницу Ашшурбанипала вместо лошадей были запряжены пять плененных царей, один из которых нёс на шее голову шестого!

В Ниневии не прекращался праздник, в кабаках и притонах кипело веселье и рекой лилось вино, солдаты легко расставались с огромной добычей, никогда ещё цены на рабов не падали так низко, арабами и их верблюдами расплачивались за кувшин вина, за услуги садовника. Захваченных царей, как собак, посадили на цепь у ворот столицы и заставили толочь в ступах вырытые из могил кости их предков.

Казалось, что в мире нет силы, способной противостоять ассирийцам, что они будут править вечно.

СМУТА

Былому Вавилону, как олигархической республике, пришёл конец. В результате последней войны вавилонская олигархия и халдейская родовая аристократия были почти полностью вырезаны, в стране исчезло крупное землевладение, произошёл массовый передел земли. Как следствие возродился класс мелких и средних земельных собственников, а значит граждан, способных с оружием в руках отстаивать свою землю.

Был сломан барьер между вавилонянами и халдеями, в стране исчез сам термин "халдей", теперь они составляли единый народ. Этому способствовало то, что Ашшурбанипал уничтожил все халдейские княжества юга, "растоптал Халдею и надел на неё ярмо бога Ашшура".

Всем этим переменам граждане Вавилона были обязаны Ашшурбанипалу, ставшему царём города под тронным именем Кандалану и заботившемуся об их правах. Он мог также рассчитывать на их поддержку, возникла реальная перспектива ассиро-вавилонского дуализма, к которому стремился его отец.

Но благим намерениям не суждено было сбыться, им помешали жадность и тупость разложившейся ассирийской военщины. Империя перестала вести захватнические войны, перейдя к обороне, но военная партия по-прежнему жаждала добычи. Тем более они не желали ни с кем делиться властью и с яростью воспринимали вавилонофильство своего царя.

В 630 году до н. э. они совершили переворот, отстранив Ашшурбанипала от власти, но многие, и прежде всего Вавилон, не поддержали военную партию, в стране началась гражданская война.

Постаревший царь предавался горестным жалобам, не имея сил и желания вести борьбу: "Богу и людям, живым и мёртвым, я делал добро. Почему же болезнь, сердечная скорбь и погибель привязались ко мне. Не прекращается в стране война, а в моём доме раздор… В горе и воплях я плачу день и ночь. Я вздыхаю: боже, дай это нечестивым! Да увижу я твой свет!" (Перевод В. А. Белявского).

Ашшурбанипал умер в мае 627 года. Ему наследовал один из его сыновей Сим-шум-лишир, но Вавилон не признал его власть. Со временем там воцарился Набу-аплу-уцур (Набопаласар), потомок халдейского князя, казнённого Асархаддоном за мятеж, основатель новой — халдейской династии.

Империя начала рушится, разгромленный Элам вышел из под её власти, на западе иудейский царь при поддержке Египта не только прекратил выплачивать дань, но и стал захватывать ассирийские провинции. Но самые страшные враги надвигались с севера.

Мидийцы, пятьдесят лет назад, первыми сбросили иго Ассирии. Под властью царей Дейока и его сына Фраорта, это индоевропейское племя подчинило ряд соседей, в том числе и родственных им персов. Почувствовав свою силу, Фраорт решил помериться ею с ассирийцами.

То, что Ассирия не собиралась сдаваться без боя и по-прежнему оставалась могучей державой, её противники вскоре убедились.

В 625 году беженцы с пограничных городов донесли до Вавилона страшную весть — ассирийцы идут походом новым путём, через долину Евфрата, а не Тигра, как обычно. Бросая имущество, спасая лишь статуи своих богов, испуганные люди наполнили улицы города.

Но ограбив пограничье Вавилонии и оставив там гарнизон, ассирийцы спешно повернули на север — мидийцы вторглись в их коренные земли.

В упорной, кровопролитной битве мидийцы потерпели поражение, а их царь Фраорт был убит. Но и потери ассирийцев были так велики, что больше года они не могли продолжать военные действия.

Но в 624 году они штурмом взяли Урук и, захватив центральную часть страны, зажали Вавилон в кольцо блокады. На помощь снова пришли мидийцы, их новый царь Киаксар (625 — 585 гг.) извлёк уроки из поражения. Реформировав своё племенное ополчение по образцу ассирийской армии, с её делением на рода войск, он решается отомстить за смерть своего отца. В 623 году он с войском двинулся прямо на столицу Ниневию и осадил её. Но тут в дело вмешалась новая сила.

НОВЫЕ СТРАШНЫЕ ВРАГИ

В VIII веке до н. э. между кочевниками южнорусских степей, родственными индоевропейскими племенами киммерийцев и скифов, вспыхнула степная война, стремительная и беспощадная. Победившие скифы заняли богатые травой пастбища Северного Причерноморья, проигравшим киммерийцам, спасаясь от преследования, пришлось искать новую родину, как многим кочевым ордам впоследствии. В конце VIII века они вторгаются в Закавказье и Малую Азию, опустошая всё на своём пути. Их набегам подвергались земли Урарту и северные окраины Ассирии. В 20-х годах VIII века киммерийцы разбили войско Русы I, в схватке с ними погиб и царь Саргон II. Не умея брать укреплённые поселения, немногочисленные кочевники не смогли удержаться в этой горной стране, но они стали хозяевами большей части Малой Азии, разрушив Фригию, возможно в союзе с Урарту. Впоследствии, их отряды охотно нанимали и ассирийские цари.

В след за киммерийцами на земли древних государств двинулись и скифы. Эти ираноязычные кочевники, в начале VII века до н. э. с низовий Волги через Дербентский проход пересекли Кавказский хребет и проникнув на территорию нынешнего Азербайджана, основали там своё "царство". Перед этим они покорили и принудили платить дань северокавказские племена меотов.

Начиная с 70-х годов VII века до н. э. скифы активно участвуют в мировых событиях — поддерживают восстание родственных мидян против Ассирии, в битве с ассирийцами гибнет их вождь Ишпакай. Но в итоге скифы заключают союз с царём Асархаддоном, который вынужденно оказал северным варварам небывалую честь — он отдаёт замуж за их вождя Партатуа свою дочь. В результате искусной дипломатии, династического брака и богатых даров, ассирийцам удаётся направить войско скифов на других кочевников — киммерийцев, стравив опасных врагов империи в смертельной схватке. В итоге киммерийцы были разгромлены, и их племя исчезает из мировой истории.

Эти кочевые народы совершили революцию в военном деле, их новая тактика массового использования конных лучников, действенная у народов степи почти два тысячелетия спустя, была неизвестна древним цивилизациям, армии которых в основном состояли из пехоты. Дело в том, что всадники древних государств сражались копьями и дротиками, используя лук в пешем строю или с колесницы. Техника конной стрельбы считалась слишком сложной. На ранних ассирийских барельефах можно видеть, как, пока всадник натягивает лук, второй воин держит его лошадь под уздцы. Со временем у ассирийцев появились отряды великолепной регулярной кавалерии, в том числе и лучников. Но они были немногочисленными, и их мастерство не выдерживало сравнения с природными наездниками степи, составлявшими с конём единое целое и обладавшими более совершенной техникой стрельбы из лука.

Оставив свои семьи в далёких кочевьях, их боевые ватаги совершали стремительные рейды по вражеской территории. Обходя и блокируя сильные гарнизоны, избегая боя в невыгодных условиях, устраивая непроницаемую завесу из разъездов от разведки противника, они внезапно обрушивались на беззащитные селения, грабя и убивая. Эти малочисленные дружины, благодаря своей мобильности и скорости передвижения, производили впечатление неисчислимых орд. Богатые неукреплённые посёлки в коренных провинциях империи зарделись огнём пожарищ и наполнились воплями и стонами жителей.

И вот в 623 году эти скифы, во главе с царём Мадием, сыном Партатуа и ассирийской принцессы, выступают на стороне Ассирии. Они нападают на мидян, осадивших Ниневию, и разбивают их в битве, спасая империю от гибели. Но цена за спасение была велика.

Победив мидийцев, эти непревзойдённые наездники и лучники совершают опустошительный поход через Месопотамию, Сирию и Палестину, аж до самого Египта, которому удаётся откупиться от их нашествия огромным количеством золота. Ужас охватил население Передней Азии, в основном семитское по крови. Оно уже давно воспринимало ассирийцев, как неизбежное и привычное зло, но они хотя бы имели обычную внешность и разговаривали на понятном большинству аккадском языке. А старый привычный враг — это почти что друг.

Эти же дикари, в одеждах из кожи, пропахшие едким лошадиным потом, со светлыми глазами и гривами светло и тёмно-русых волос, обросшие всклокоченными бородами, как влитые сидящие на своих маленьких большеголовых лошадях. Разговаривают на какой-то тарабарщине. Варвары! С ними нельзя договориться и от них трудно убежать.

Пророк Израиля Иеремия объявил нашествие гневом Господа: "…бегите, не останавливайтесь, ибо Я приведу от севера бедствия и великую гибель. Выходит лев из своей чащи и выступает истребитель народов… чтобы землю твою сделать пустынею… От шума всадников и стрелков разбегутся все города: они уйдут в густые леса и влезут на скалы… Я слышу стон, как бы женщины рождающей в первый раз, голос дочери Сиона; "О, горе мне! Душа моя изнывает пред убийцами"… Вот идёт народ от страны северной, от краёв земли; держат в руках лук и копьё; они жестоки и немилосердны, голос их шумит, как море, и несутся на конях…"

ГИБЕЛЬ ДРАКОНА

Нашествие скифов заставило сплотиться древние народы, забыв на время свои былые распри. Прежде всего, это касалось Урарту и Ассирии, чьим владениям скифы угрожали в первую очередь. К ним присоединился и Египет. Теперь война шла в Северной Месопотамии — на коренных землях империи, не сумевшей оправиться от мидийского удара и скифской "помощи".

В 616 — 615 годах вавилонская армия во главе с Набопаласаром совершает грабительские походы в ассирийские провинции, захватывая и волоча добычу и пленных, и дважды разбивает ассирийские войска.

Свой новый поход Набопаласар направил на древнюю столицу Ассирии — Ашшур. Но к городу пришла на помощь главная ассирийская армия с царём Син-шарру-ишкуном и обратила вавилонян в бегство. Тем временем мидийцы оправились от скифского удара и возобновили войну, опустошая северные ассирийские провинции. В августе 614 года они яростным штурмом взяли Ашшур, подвергнув город беспощадному грабежу и разрушению, вырезая и беря в плен население. Вскоре, к дымящимся, политым кровью развалинам священного города подошла и армия Вавилона. Набопаласар специально опоздал, чтобы не принимать участие в святотатстве, ведь храмы Ашшура были для него такой же святыней, как и храмы Вавилона.

Набопаласар и мидийский царь Киаксар заключили здесь договор о союзе, скрепив его свадьбой царевича Навуходоносора и мидийской царевны Амухеан. (Впоследствии знаменитый царь Навуходоносор построит для своей жены, скучающей в плоской Месопотамии о горах родины, висячие сады, названные в Библии садами Семирамиды).

В 612 году вавилоняне и мидийцы одновременно выступили в поход на столицу Ниневию. Туда же подошло и войско непобедимых скифов. Теперь всё зависело от того, на чью сторону встанут эти опасные дикари. Киаксар с несколькими спутниками приехал в скифский лагерь царя Мадия, ему удалось убедить жадных варваров принять участие в захвате огромной добычи, находящейся в столице страны, веками грабящей весь Ближний Восток.

Ниневия "город великий у Бога, на три дня ходьбы", прекрасно укреплённый, с населением около 300 тысяч человек, площадью в 750 га. Её защищали главные силы ассирийской армии и не зря называли "Логовом львов", Ниневию населяли свирепые и сильные люди и драться они собирались насмерть. Осада города продолжалась долгих три месяца непрерывных боёв. Разбив ассирийцев в трёх жестоких сражениях, союзники овладели системой передовых укреплений и дамб, через которые вода подавалась во рвы. Осушив их, они вплотную подошли к 20 метровой стене и в дело вступили тараны. Ассирийцы защищались решительно и умело, устраивая завалы и возводя новые стены на месте проломов, контратакуя нападающих и делая вылазки.

Город был взят хитростью, союзники отвели воды реки Хуцур во рвы и ворвались в Ниневию по руслу реки через речные ворота. Для ассирийцев настал час расплаты. Зло, которое они сеяли в течение столетий, теперь обрушилось на них самих. Жуткие сцены насилия разыгрывались на улицах обречённой столицы. "Горе городу кровей!.. Несётся конница, и блестит меч, и сверкает копьё — и множество сражённых, и груды трупов. Без конца тела, спотыкаются о тела убитых… И даже младенцы его разбиты на перекрёстках всех улиц, а о знатных его бросали жребий, и все вельможи его окованы цепями." (книга пророка Наума). Ассирийский царь Син-шарру-ишкун не желая сдаваться в плен, погиб в пламени своего дворца. В его развалинах оказалась погребённой и знаменитая библиотека Ашшурбанипала, найденная при раскопках спустя тысячелетия.

Ниневия была разрушена полностью, та же участь постигла и другие ассирийские города. Несметной добычи хватило для всех победителей. Большая её часть и коренная территория Ассирии досталась скифам — новым хозяевам Передней Азии.

Остатки ассирийской армии закрепились в Харране, здесь они избрали нового царя — младшего брата Ашшурбанипала, они надеялись на помощь Египта. Против этого осколка империи выступил Набопаласар, с мая по ноябрь 610 года опустошая окрестности города, в ноябре к нему присоединились скифы, узнав об этом, ассирийцы и египтяне в ужасе бросили город и бежали за Евфрат. Харран был разграблен, причём скифы сожгли его знаменитый храм бога луны Сина.

В 609 году фараон Нехо во главе своей армии двинулся походом на Харран. У Мегидо (Армагеддона) его путь неожиданно преградил иудейский царь Иосия со своим войском. Началось сражение, в самом начале которого Иосия получил в горло египетскую стрелу и захлебнулся кровью, иудейское войско разбежалось. Не останавливаясь, египетская армия спешно двинулась на север. Соединившись с ассирийским царём Ашшур-убаллитом, фараон перешёл Евфрат и осадил Харран. Вавилонский гарнизон мужественно защищал город всё лето, в сентябре, получив подмогу от мидян, к нему на выручку двинулся Набопаласар, узнав об этом, фараон Нехо снял осаду и отступил за Ефрат к Керкамишу.

В 605 году вавилонский царевич Навуходоносор при поддержке мидян разгромил в битве при Керкамише объединённое ассиро-египетское войско.

С этого времени ассирийцы, и их царь навсегда исчезают со страниц истории, их язык был забыт, а остаток народа ассимилирован.

"Горе строящему город на крови и созидающему крепости неправдою!" Падение и гибель империи, этого страшного дракона, столетиями терзавшего окружающие народы, с великой радостью было встречено во всём тогдашнем цивилизованном мире, связанном караванными и морскими путями, как бы сейчас написали "всем прогрессивным человечеством".

Слова пророка Наума на это событие вошли в Библию: "…О тебе, Ассур, Господь определил: не будет более семени с твоим именем…празднуй Иудея…ибо не будет более проходить по тебе нечестивый: он совсем уничтожен…Разграблена, опустошена и разорена она… Где теперь логовище львов — лев похищающий…и задушающий для львиц своих, и наполняющий добычею пещеры свои и логовища…? Не будет более слышен голос послов твоих… Спят пастыри твои, царь Ассирийский, покоятся витязи твои; народ твой рассеялся по горам и некому собрать его. Нет исцеления для раны твоей, смертельна язва твоя. Все услышавшие весть о тебе, будут рукоплескать о тебе, ибо на кого не простиралась беспрестанно злоба твоя?"

Не было ликования лишь в стане самых последовательных врагов Ассирии, больше всего сделавших для её падения.

В многочисленных вавилонских надписях лишь глухие намёки на величайшую победу в их истории. А царь Набонид, спустя пятьдесят лет, даже прямо утверждал, что вавилоняне не принимали участие в уничтожении ассирийских городов, а Набополасар лишь молился богам и в знак печали спал не на ложе, а на земле. Вавилоняне понимали, что своей победой они главным образом обязаны варварам — мидийцам и скифам. И что в кровавой борьбе они истребили своих братьев, оставшись наедине с усилившимися чужаками — бывшими союзниками и будущими врагами.