Final Kill

Глава тридцать третья

Натали

Как только агенты вошли, комната для допросов ФБР будто стала меньше, словно стены подбирались ближе. Мерцающий верхний свет не помогал: он отдавал знакомой мне тревожной дрожью.

В таких комнатах я бывала много раз. Но сейчас всё было иначе. Сейчас они охотились за ней. За женщиной, вытащившей меня из ада. За той, что убила монстра.

Я должна держаться. Ради ангела, которого Бог послал мне.

Меня никогда не арестовывали, но меня допрашивали, и я врала копам столько раз, что и не сосчитать, всегда прикрывая других девчонок. Смогу и сейчас. Должна.

Я отпила из стаканчика кофе, который принесла с собой. Уличная смекалка. Никогда не бери угощение от копов.

Мы все знали этот трюк. Они смахнут мою ДНК и привяжут к чему-нибудь из подвала Карра.

Напротив меня сидели двое агентов. Один — под сорок. Тёмные волосы и ещё более тёмные глаза. Агент Лиам Рихтер. Его присутствие было странным — спокойным и успокаивающим.

Рядом — агент Тео Маккорт, которого я уже знала. Светловолосый. Помоложе. От него исходила беспокойная энергия. Готов был действовать прямо сейчас.

— Тебе не жарко? — спросил Маккорт, кивая на мои перчатки.

Я покачала головой.

— Хочешь ещё попить? — он глянул на мой кофе.

Я снова качнула головой и сунула пустой стаканчик в карман пальто:

— Я сдаю на переработку, — соврала я. — Глобальное потепление.

Он вздохнул — раздражение выдало его.

— Итак… — начал Маккорт. — Знаешь, почему мы тебя позвали?

Рихтер скосил на него взгляд и снова повернулся ко мне, голос у него был теплее:

— Спасибо, что пришла так поздно, Натали. Знаю, у тебя дома малышня. И, на всякий случай: это не арест. У тебя нет проблем. Мы просто хотим поговорить. Посмотреть, сможешь ли ты помочь спасти жизни.

Я повела плечом:

— Полагаю, это снова про того серийного? Про которого агент Маккорт сказал, что он в бегах?

Рихтер кивнул:

— Карл Карр.

Агент Маккорт подвинул по столу фотографию — того самого монстра, державшего меня запертой в своём подвале неделями. Мужика, который творил со мной такое, от чего дьявол бы поморщился.

Грудь сжалось, сердце застучало, когда я уставилась на него. Ублюдка, который вырезал из меня куски плоти, пока я была жива. Чтобы их есть.

Мои руки в перчатках сжались на коленях. К горлу подступила желчь. Меня сейчас вырвет?

— Я знаю, тебе страшно, Натали, — сказал Маккорт, внимательно следя за мной. — Но там, снаружи, есть другие женщины, которые могут стать следующими. Нам нужна твоя помощь, чтобы остановить его. Сейчас. Пока он не навредил ещё кому-то.

Если бы Карр был жив, я бы запела как птичка. Но я знала: он не жив. Благодаря ей. Женщине, которая сделала то, что не смог никто: спасла меня. Я была ей всем обязана. Я не предам её.

Я откинулась, выровняв голос:

— Очень надеюсь, что вы его найдёте, — сказала почти небрежно. — Но не знаю, чем могу помочь.

Глаза Маккорта сузились, и он подвинул ещё одну фотографию. Красный пикап, припаркованный в тёмном переулке.

— Знакомое место? — спросил он.

Как свои пять пальцев. Ферги-авеню. Переулок, где клиенты парковались, чтобы найти нас.

— Нет, — солгала я. — Не думаю.

Его губы сжались:

— Давай помогу. Это грузовик Карла Карра. Припаркован буквально за углом от того места, где ты работала той ночью. В ночь твоего исчезновения.

— Сбежала с мужиком, — поправила я. — Очередной лузер, обещающий мир, а по факту — куча дерьма.

— Угу, — протянул агент Маккорт саркастично. Он добавил ещё снимок — я у круглосуточного, покупаю кофе и шоколадный маффин, прямо перед тем, как всё случилось. — Это ты?

Я пожала плечами:

— Не помню, — откинув волосы, показала струп там, где Карл Карр саданул меня ломом. — В ту ночь я споткнулась. Дурацкий случай. Ударилась головой. Потом какое-то время всё было расплывчато.

Комната наливалась напряжением, заполняя пространство, как невидимый груз.

— Это он сделал, Натали? — спросил агент Маккорт.

Я покачала головой.

— Я знаю, тебе страшно, но ложь федеральному агенту — преступление, верно, Натали? — сказал Маккорт, переключаясь в «плохого копа».

— Агент Маккорт… — в голосе Рихтера прозвучало тихое предупреждение.

— А ложь мне значит, что Карл Карр продолжит делать то, что делает, Натали. С другими.

— Маккорт, — уже жёстче сказал Рихтер.

Маккорт глубоко вдохнул, едва держась в руках:

— Тогда спрошу ещё раз, — он постучал пальцем по фото Карра. — Ты когда-нибудь встречала этого человека?

Я отказалась снова смотреть на снимок монстра. Уставилась прямо на Маккорта.

— Зачем его защищать? — продолжил он. — Если ты боишься, мы поможем. Поможем получить колледж. Поможем обеспечивать детей. Поможем держать их в безопасности.

Сердце колотилось, взгляд упал на стол. На мгновение я подумала, не рассказать ли всё. А если они всё же раскопают, и мне прилетит за ложь? Я годами была вне системы, работала на улице, и теперь наконец всё начало устраиваться. Рисковать всем?

— Натали, — уже мягче сказал Маккорт. — Я здесь, чтобы биться за тебя. Дай мне помочь тебе и твоей семье, — его палец повис над фото Карра. — Пожалуйста. Ты когда-нибудь встречала этого человека?

Тишина повисла в комнате. Может, я не такая сильная, как думала. Может, это нормально — позволить кому-то другому вести этот бой. Нести тяжесть этой тёмной тайны.

Рот сам раскрылся, прежде чем я успела остановиться.

— Нет, — сказала я ровно. Меня удивила твёрдость моего голоса.

Ладонь Маккорта ударила по металлическому столу, заставив его дребезжать.

— Ты лжёшь! — рявкнул он. — Я вижу это по твоим глазам.

Голос Рихтера рассёк напряжение:

— Тео! На пару слов, — он кивнул на дверь, вставая и распахивая её настежь.

— Мне очень жаль, Натали, — сказал агент Рихтер мягче. — Выдались тяжёлые дни. Нам просто нужно найти этого человека, прежде чем он причинит зло ещё кому-то.

Я заставила себя встретиться с ним взглядом:

— Я понимаю. Не беспокойтесь.

Его губы на миг сжались в молчаливом признании, и он отступил в сторону:

— Поздно. Уверен, вы устали.

Не раздумывая, я поспешила в тускло освещённый коридор. Там стояла мама — лицо исчерчено тревогой, руки раскрыты навстречу. Пальто висело на ней свободно, когда она заключила меня в тёплые объятия. Глаза жгло слезами. Я пыталась сдержаться, но ужаса от того, что снова увидела Карла Карра, оказалось слишком.

— Пойдём, мой Орешек, — тихо сказала она, уводя меня к лифту.

Мы вошли. Когда двери начали закрываться, я впервые подняла взгляд с тех пор, как вышла из комнаты.

В конце коридора стоял агент Тео Маккорт и смотрел на меня, как ястреб, прищурившись. Он даже не взглянул на Рихтера, который всё ещё отчитывал его.

Двери сомкнулись, и по спине пробежал холодок.

Он знал.

Он, чёрт возьми, знал.

И сдаваться он не собирался.