Границы виртуальной любви

Глава 11. Давай притворимся влюбленными

Правило любовной новеллы № 11:

если, услышав колокольчики, вы решите

избежать возможные выборы, это

не изменит ваши отношения с героями

На следующее утро я проснулась с непоколебимым желанием игнорировать всех парней, находящихся ко мне подозрительно близко.

В этот список вошел мой бывший Дастин, который вылез из черной дыры и начал заваливать меня сообщения и звонками. В телефоне он был записан как «Неудачный опыт», и я решила поверить чутье игровой Шейлин и стараться избегать его как можно дольше. Особенно учитывая, что имя Дастина было в списке возможных претендентов.

Элдана я собиралась игнорировать просто так. Пусть он был незначительным второстепенным персонажем, вчерашние мысли о нем пугали. Отношения с Элданом мне все равно ничего не дадут, а я не хотела отвлекаться и давать своему телу и разуму возможности рассматривать какие-то другие варианты.

Эммета игнорировать не получалось. Он поддерживал статус моего лучшего друга, слал мне всякие смешные картинки и свои фотки с репетиций, и ворчал, если я долго не отвечала. В одном голосовом Эммет пообещал, что ночью проберется в наш особняк и измажет меня зубной пастой как девять лет назад в лагере. Услышав это, я непроизвольно потянулась к своему лицу и вспомнила жуткое раздражение, от которого не могла избавиться еще несколько недель.

Признаться честно, я и не хотела игнорировать Эммета. Он интересовался, как прошел мой день, рассказывал о своем и создавал в личном чате и чате с Леоной комфортную веселую атмосферу, которая изначально никак не вязалась у меня с образом высокого татуированного брюнета, играющего в рок-группе, с опасными темно-серыми глазами.

В какой-то момент я поняла, что мне нравилось слушать его голосовые, смотреть на его фотки и знать, что он искренне интересуется моей жизнью. В реальности у меня не было такого друга, но я всегда о нем мечтала.

Кого мне точно не стоило игнорировать, так это Блейна. Я постоянно поддерживала с ним общение, пыталась быть не слишком навязчивой и не давать ему возможности забыть обо мне. К счастью, Блейн сам проявлял инициативу, и мы почти каждый день переписывались.

Сегодня ночью он прилетел в Деонт. Мы договорились встретиться в обед, чтобы до этого Блейн мог отдохнуть. Я специально встала пораньше и подготовила коричневое летнее платье в пол с белыми цветами, вытащила туфли на каблуке, которые никогда бы не надела в реальности, и села перед туалетным столиком, рассматривая палетки с тенями, карандаши и помады. Одна часть меня хотела понравится Блейну, но другая напоминала, что все это необходимо ради возвращения домой.

Почему-то только сейчас я заметила, что мои волосы были немного длиннее обычного. В реальности они никогда не отрастали до лопаток, потому что я всегда их постригала. Короткие волосы служили границей, выстроенной между прошлым и настоящим. Напоминанием, что я желала идти против семьи даже сейчас, когда это уже давно перестало быть актуальным.

Стук в дверь вырвал меня из мыслей.

— Госпожа. Ваши родители хотят поговорить с вами.

Я взглянула на часы. Слишком рано для обычного семейного разговора.

— Сейчас спущусь.

Я похлопала себя по щекам, разгоняя сонливость, и направилась в гостевую комнату, в которой встретила родителей после их возвращения из командировки.

— Доброе утро, родная. — Дженесса встала и крепко обняла меня. — Хорошо спала? Ночью был жуткий ветер.

— А я и не слышала, — сказала я, садясь рядом с ней на кожаный диван.

— Ты всегда очень крепко спала. Это у тебя от твоего отца.

Колинн Фридман улыбнулся, глядя на нас.

В комнате витали тепло и аромат кофе, поэтому я предположила, что они вдвоем уже какое-то время находились тут.

— Что-то случилось?

— Алан Мэнсфилд пригласил нас сегодня на ужин, — объяснил Колинн. — Нам следует обговорить дату объявления помолвки, а дальше — свадьбы.

— Ты все еще не против этого? — спросила Дженесса до того, как я успела переварить слова Колинна. — Милая, если ты не хочешь выходить замуж…

— Нет, все нормально. Правда. Блейн неплохой вариант. Самый лучший.

Я по очереди посмотрела на своих игровых родителей. Они не выглядели взволнованными, но внимательно следили за мной, выискивая сомнения. Это неудивительно. Я была чуть ли не единственной девушкой в светском обществе, которая так легко приняла новость о договорном браке.

— Будет здорово, если мы поужинаем все вместе, — продолжила я спокойно, хотя внутри бушевало волнение. — Чем быстрее это произойдет, тем лучше.

Колинн нахмурился.

— Ты ведь не хочешь выйти замуж только из-за желания поскорее съехать?

Какое-то время я смотрела на него непонимающим взглядом.

— Что? Боже, нет! Я…

Дженесса и Колинн переглянулись и вдруг засмеялись, посчитав эту ситуацию забавной, а я покраснела от смущения, потому что совсем не ожидала такого вопроса.

— Все в порядке, Шейлин. — Колинн встал с кресла и погладил меня по голове. — Я просто шучу.

Внутри меня все затряслось от приятного тепла, которое вызвало это прикосновение. Что будет, если я попрошу Колинна сделать так еще раз?

— Значит, ничего страшного, если я перестану быть частью семьи?

— Ты никогда не перестанешь быть частью этой семьи. — Глядя вперед, я почувствовала, как Колинн наклонился и поцеловал меня в макушку. — Несмотря ни на что, ты останешься нашей Шейлин.

— Так что не переживай, родная. — Дженесса взяла меня за руку. — Твое замужество ничего не изменит.

Я улыбнулась им, показывая, что услышала их слова, и пошла обратно в комнату. Мои руки тряслись. Дыхание сбилось. Что это было? Волнение перед ужином с семьей Блейна? Или боль от того, что я получала родительскую любовь в игровом мире, хотя была полностью лишена ее в реальном?

Особняк семьи Блейна был частично похож на наш. Разница состояла лишь в темных оттенках, отсутствии такого огромного количества зелени и какого-то уюта, к которому я успела привыкнуть.

Трехэтажный роскошный дом был подсвечен фонарями и украшен мраморными вазами с цветами. На подъездной дорожке, помимо Блейна и его родителей, были еще работники, которые вышли встречать гостей. Охрана неустанно патрулировала черные ворота и территорию дома, и позже к ним присоединились люди Колинна.

Барт тоже поехал с нами и пообещал, что будет оставаться поблизости, чтобы прийти мне на помощь. Он всегда был рядом, когда мы отправлялись в новое место и знакомились с новыми людьми. Я знала, что Барт не способен ответить на все мои вопросы, но с ним я чувствовала себя гораздо лучше.

Это было актуально особенно сейчас, когда после нас с Дженессой и Колинном из машины вылезла тетя Марисса. Я скривила губы, стоило ей выйти вперед и пойти приветствовать родителей Блейна, будто она была почетной гостьей.

Колинн тяжело выдохнул и направился к хозяевам дома, а мы с Джнессой медленно пошли за ним.

— Приветствуем вас. — Алан Мэнсфилд поздоровался с Колинном и приветливо улыбнулся нам. — Дженесса, Марисса, Шейлин. Прекрасно выглядите.

Я молча улыбнулась, пытаясь казаться дружелюбной, хотя после совместной поездки с Мариссой это было трудно.

— Здравствуйте, — поздоровался Блейн.

Мама Блейна, Нита, сдержано кивнула нам всем и пригласила в дом. Когда остальные прошли вперед, я смогла почувствовать себя чуть-чуть лучше.

— Я не знал, что родители собираются устраивать ужин, — извиняющимся голосом сказал Блейн, равняясь со мной. — Извини.

— Все в порядке. Когда-то ведь это должно было произойти.

Когда мы дошли до главного входа, я шагнула поближе к Блейну, чтобы его и мои родители заметили это, и с наигранным восхищением начала спрашивать у него о поездке в Европу. Внутри я чувствовала себя идиоткой, а снаружи должна была казаться увлеченной девушкой, которая успела немного сблизиться со своим потенциальным женихом.

Блейн мне подыграл, и спустя минуту мы уже не обращали внимания на разговоры наших родителей.

Я не планировала играть на публику и притворяться, если бы за четыре часа до ужина мне не позвонил Блейн и не попросил меня об одолжении.

— Мы можем сделать вид, что стали близки?

— Насколько близки?

— Как парень и девушка, которые увлечены друг другом. Возможно, даже немного влюблены, — Блейн тяжело вздохнул в трубку, и я почувствовала, как тяжело ему давался этот разговор. — Я тебе все объясню. Обещаю.

Я издала странный мычащий звук, показывающий мою неуверенность.

— Пожалуйста, Шейлин. Мне очень нужна твоя помощь.

Разумеется, я согласилась. Во-первых, во время разговора с Блейном тихо звенели колокольчики. Какой бы выбор я не сделала — он будет совсем немного влиять на сюжет. Во-вторых, мне все-таки хотелось произвести хорошее впечатление на родителей Блейна. Я не знала, каким влиянием они будут обладать в истории, поэтому решила, что лучше перестраховаться.

Нас привели в роскошную столовую, которую вряд ли использовали для ежедневных приемов пищи. Здесь были широкие окна в пол, завешанные плотными шторами из бархата золотистого цвета. Цветы у подоконников стояли в белоснежных вазах.

Длинный стол был застелен бело-золотистой скатертью и заставлен едой. На противоположной от окон стене висели старинные канделябры со свечками. В зеркалах рядом отражался теплый мягкий свет.

Стук каблуков не был слышен из-за ворсистого белого ковра. В своем кремовом платье в пол я смотрелась довольно уместно, чего нельзя было сказать о хозяевах дома.

Вся семья Блейна была одета в наряды примерно похожих серых цветов. Из-за этого отец и сын были похожи друг на друга почти как две капли воды. Карие глаза, каштановые волосы, высокий рост и доброжелательные черты лица. Нита Мэнсфилд выделялась на их фоне светло-русыми волосами и кристально-голубыми глазами, в которых почти не было эмоций. Она обращалась с гостями вежливо, но отстраненно.

Я поймала ее взгляд, когда садилась рядом с Дженессой, и поежилась от переизбытка внимания. Она все смотрела и смотрела, заставляя меня чувствовать себя некомфортно.

Не удивлюсь, если просьба Блейна была связана с его мамой. И если это действительно так, сегодняшний вечер будет просто кошмарным.

Где-то после сорока минут мучений, игнорирования колких замечаний Мариссы и все того же взгляда Ниты Мэнсфилд, я наконец-то сдалась и незаметно пихнула Блейна под столом. Мой будущий жених все понял без слов, извинился перед родителями и предложил мне погулять по дому.

Совру, если скажу, что грациозно поднялась из-за стола и неспешно покинула зал. Нет. Я вылетела в коридор, будто у меня было несварение. Будто за мной гналась стая волков. Будто впереди меня ждала заветная дверь, через которую я могла вернуться домой.

В общем, покидала я зал быстро. И Блейн тоже.

Мы оба чувствовали себя не в своей тарелке, потому что весь ужин продолжали вести себя как парочка на первых этапах отношений, отвечали на неудобные вопросы, которые задавала Марисса, и пытались не выйти из образа.

Прикосновения Блейна, когда он «случайно» касался моего плеча, или горячее дыхание, щекотавшее кожу, когда он наклонялся к моей лицу, были приятными. Но не настолько, чтобы позволить этому меня отвлечь.

Блейн привел меня на веранду на втором этаже, которая соседствовала с гостевой комнатой и небольшой библиотекой, где хранились книги по медицине, психологии и бизнесу.

— Все в порядке? — спросил Блейн, когда я поставила локти на металлические перилла и вздохнула в ладони.

— Да, нормально.

— Твоя тетя всегда такая… бестактная?

— Ты так вежлив. Я вот выбираю слова похлеще, чем «бестактная».

Он улыбнулся и встал рядом, расстегивая пуговицы на пиджаке и открывая вид на белую рубашку, обтягивающую накаченный торс.

«Прекрати на него пялиться».

Я посмотрела на огромный бассейн, подсвеченный специальными подводными фонариками и разделенный на несколько дорожек.

— Кира, жена моего брата, профессиональная спортсменка по плаванию, — объяснил Блейн, проследив за моим взглядом. — Они недавно были в гостях у родителей, и она попросила сделать это, чтобы почувствовать атмосферу соревнований.

— У твоей мамы с ней хорошие отношения?

— Почему ты спрашиваешь?

— Мне показалось…

Я закусила губу, пытаясь подобрать слова.

— Твоя мама как будто сканировала меня весь вечер. Наблюдала за мной пристальнее, чем я думала. Поэтому я решила, что она не особо рада мне, как будущей невестке.

Блейн нахмурился и увел взгляд за пределы территории дома, на небольшое озеро, которое соседствовало с парком и другими шикарными домами.

— Ты попросил притвориться из-за нее?

— Да.

— Почему?

Блейн провел пальцами по волосам, нарушая идеальную укладку. Теперь некоторые пряди свисали на уши и лоб и делали его вид по-своему бунтарским и привлекательным. Богатенький мальчик, который устал от этой жизни, от обязательств, который просто хотел немного отдохнуть.

— Договорные браки — обычная вещь в нашем городе. Это понимает большинство семей, большинство наследников, которым приходится связывать свою жизнь с теми, кого выбирают родители. Но этого не понимает моя мама. Когда Джареду предложили жениться на Кире, мама надеялась, что он пойдет против отца. Станет первым, кто нарушит эту систему. Но он был не против этого. Джаред видел в этом необходимость, не мог подставить отца и семью и поступить как хочется ему. Маму это сильно расстроило, и она понадеялась, что Кира и Джаред влюбятся друг в друга.

— Они влюбились?

— Нет. — Блейн грустно улыбнулся. — Они в браке уже четыре года, и я не думаю, что они стали близки хотя бы как друзья. Договорные отношения стали основной их жизни. Они относятся друг к другу как партнеры. Как коллеги. Не как муж и жена.

— А как же…

Я вовремя прикусила язык, чтобы не задать вопрос о детях и сексе. Однако и в этот момент Блейн оказался понимающим. Он глянул на меня сверху вниз с этой его милой улыбочкой.

— С этим у них проблем нет. Но не из-за чувств, а из-за долга. Джаред первый сын, и к появлению ребенка он тоже относится как к чему-то, что он должен сделать.

— И Кира тоже?

Блейн кивнул.

— Что ж. Думаю, это не самый худший вариант. Когда два человека смотрят на жизнь одинаково, это избавляет их от проблем.

— Это заставляет их планировать каждый день каждую минуту, чтобы все было идеально.

— Тебе такое не нравится? — спросила я, склоняя к Блейну голову.

— Не знаю. Я никогда не задумывался над этим, но…

Блейн опустил голову и посмотрел мне прямо в глаза.

— Точно представлял себе совместную жизнь по-другому.

«Он на что-то намекает?».

Из-за нервов я икнула и быстро закрыла рот. Блейн улыбнулся.

— Прости, я не хотел поставить тебя в неудобное положение.

— Да все нормально…

«Не продолжай свою мысль».

— Я просто переела.

«Идиотка».

— У вас чудесный повар. Еда восхитительная.

— Согласен, — ответил Блейн, не обращая внимания на мое покрасневшее от стыда лицо.

Я повернула голову немного в сторону, чтобы закатить глаза и возвести молитвы к тому Богу, который сделал меня такой нелепой. После второго курса университета и переосмысления некоторых ценностей, которые оградили меня от близкого общения с другими людьми, я практически никогда не попадала в неловкие ситуации. Тем более, так часто.

Эта игра сама по себе была неловкой ситуацией. Здесь я не могла быть той Шейлин Картер, которой привыкла быть в реальности.

— Знаешь, думаю, я бы смог влюбиться в тебя, Шейлин Фридман, — сказал Блейн как ни в чем не бывало. Поймав мой ошарашенный взгляд, он мягко засмеялся. — Не переживай. Я не собираюсь этого делать. Не сейчас.

Я должна была его поблагодарить? Зачем он вообще сказал мне нечто подобное, когда я стараюсь держать его и свои чувства на комфортной дистанции?

— Ты не замерзла? — спросил Блейн.

— С чего ты взял?

— У тебя мурашки на коже.

Я посмотрела на руки. Могут ли мурашки появиться от смущения?

Блейн снял пиджак и галантно накинул мне его на плечи. Больше мы не обменивались смущенными взглядами и не говорили про замужество. Блейн сказал, что не планирует уезжать в ближайшее время из-за объявления помолвки. Когда он сказал, что для этого соберут всю Эльтерру, я поежилась и стиснула края пиджака. Мне еще не довелось побывать на собрании, куда родители иногда брали своих наследников. Членов Эльтерры я видела издалека во время приема у Леоны, и, если честно, старалась держаться подальше от групп людей, состояние которых переваливало за миллиарды долларов. Привычка, пришедшая ко мне из реального мира.

— Не хочешь прогуляться в саду? — спросил Блейн.

Звон колокольчиков раздался прямо у уха. Я дернулась, но Блейн этого не заметил, потому что отвернулся, уже готовый уйти.

На что повлияет мое решение? Я поддержу наши хорошие отношения? Или переведу их на другой уровень? Этот разговор на террасе как будто подталкивал нас к чему-то… новому.

— Давай, — неуверенно ответила я.

Когда мы прошли через коридор и подошли к лестнице, я специально задержалась на верхней ступеньке, сделав вид, что рассматриваю семейные снимки. Меня почему-то била дрожь от неизвестного исхода, к которому мы с Блейном постепенно приближались.

У главного входа я заметила Барта. Он стоял с невозмутимым лицом и нахмурился, заметив меня. Я знала, что Барт тоже слышал звон колокольчиков, и желания подбежать к нему с новыми вопросами было так много, что я не сразу заметила появление прислуги позади.

Низкая девушка тихо поприветствовала меня и направилась вниз, держа в руках какую-то коробку. Я смотрела ей вслед, как завороженная, сминая пальцы за спиной. Мне казалось, что прямо сейчас должно было произойти что-то важное.

Предположения оказались верными.

Блейн ждал меня на середине лестницы, и, когда девушка прошла мимо него, ее нога подвернулась. Хрупкое тело полетело вниз. Я вскрикнула, зажимая рот ладонями, а Блейн, Барт и еще один охранник подбежале к девушке, которая громко стонала от боли.

— Ливи, ты как? — обеспокоенно спросил Блейн.

— Все в порядке, господин, — ответила она. — Только рука…

На шум из гостевой комнаты вышли родители Блейна и Дженесса с Колинном. Алан Мэнсфилд оказался перед девушкой и хмуро осмотрел ее повреждения.

— Нужно вызвать скорую. У тебя может быть перелом.

Перелом…

Значит… Это я могла оказаться на месте этой девушки? Иначе, почему колокольчики зазвонили именно сейчас? Предвестниками какой ситуации они должны были стать?

В голове появился сценарий этой ситуации. Вот я падаю с лестницы и получаю растяжение или перелом. Попадаю в больницу, куда меня приходит навещать Блейн. Я оказываюсь на территории его семьи, получаю больше возможностей взаимодействовать со своим женихом и, скорее всего, внимание с его стороны, которое непременно привело бы к развитию романтических отношений.

Если бы меня попросили придумать главную переменную, рубеж, ставший основной причиной перехода от дружбы до романтики, то эта ситуация подошла бы идеально.

Я поймала взгляд Барта и увидела в нем понимание. Он думал о том же. И он тоже подозревал, что на месте этой девушки могла оказаться я.