Границы виртуальной любви

Глава 3. Лучшая защита — нападение

Правило любовной новеллы № 3:

старайтесь не портить отношения с героями.

В будущем вам может понадобиться их помощь.

Во время обеда на следующий день я совершила непростительную ошибку. Вместо того, чтобы как обычно спуститься в кафе и провести свободное время с минимальным количеством знакомых лиц, мой выбор пал на кафетерий на десятом этаже, куда ходила большая часть сотрудников Норладса.

Несмотря на то, что работала я где-то с семью процентами всего коллектива, о моем послужном списке и негласном прозвище знали все. Уверена, что я услышала «рыжая бестия» раз восемь, пока шла к витринам с едой.

Полин не позволила мне остаться один на один со стереотипным мышлением людей вокруг и щебетала все время.

— Помнишь того мудака, с которым я ходила на свидание?

— Вчера он был секси эталоном, ради которого ты была готова прыгнуть с парашютом, — вспомнила я, выбирая салат.

— Пошел этот гад в задницу, — рявкнула Полин. — Он отменил наше свидание, потому что задержался на работе. А ты ведь знаешь, я не люблю попусту тратить свое время. Поэтому пошла с Келли и Адамом в бар, а там он с какой-то гадиной с пережженными волосами. Какой идиот пойдет на свидание с одной девушкой в место, в которое собирался идти с другой?

— Тот, которого выбрала ты.

Полин обреченно посмотрела на работницу кафетерия, когда та предложила нам выбрать десерты. Я без зазрения совести взяла два куска клубничного торта и пошла дальше. А для Полин, которая неделю назад села на жесткую диету из-за своего парня, решение далось трудно. Вернее, я так подумала.

Обернувшись, я увидела, что Полин тоже взяла два куска и с гордо поднятой головой последовала за мной.

— Не собираюсь гробить свое психическое и физическое здоровье из-за этого мудилы.

Я бы поаплодировала ей, если бы Полин приняла такое решение раз и навсегда, и больше не позволяла потенциальным кавалерам контролировать свою жизнь.

«Это до первого красавчика».

Я услышала свое имя и еще несколько слов, сказанных приглушенным голосом, и еще до того, как обернуться, узнала Рошель и Диану. Было не сложно догадаться, что у образования их тандема была только одна причина. И это я.

— Шейлин! — воскликнула Рошель, сделав удивленный вид. — Не видела, что ты здесь.

Я не стала ничего отвечать, хотя очень хотелось.

— Как тебе в новой команде? — продолжила Рошель, каким-то образом подвинув людей и оказавшись рядом со мной и Полин. — Говорят, не очень хорошо.

— Интересно, кто говорит? — спросила я, глянув на Диану.

На этот раз она не сжалась и не отступила. Видимо, присутствие Рошель добавляло ей уверенности.

— Какая разница? Информация в Норладсе расходится быстро, ты же знаешь.

— Не без твоей помощи.

Полин громко усмехнулась. Рошель мое замечание не понравилось, но она скрыла это за натянутой улыбкой. Благодаря этому я снова убедилась, что ее искусственные губы выглядели просто ужасно вблизи.

— Виктория так надеялась, что смена обстановки пойдет тебе на пользу. Будет жаль сообщать ей такие грустные новости.

— Как будто это на что-то повлияет, — вставила Полин. На недоуменный взгляд Рошель кузина пояснила. — Все знают, что ваша команда преуспевала все время, потому что Шейлин потрясающий сценарист. Ты еще пожалеешь, что выкурила ее.

Рошель громко засмеялась, выдавливая звуки, но вместо нее ответила Диана:

— Незаменимых людей нет.

— Говори себе это почаще, — ответила я, забирая порцию курицы с витрины. — В ближайшее время я наглядно покажу тебе, что эти слова правдивы.

— Я ведущий сценарист Жаклин.

— Которого легко можно подвинуть в сторону, — спокойно ответила я.

Щеки Дианы вспыхнули от гнева.

— А ты все та же дрянь, — улыбнулась Рошель. — Неудивительно, что ты попала именно к Жаклин. Идеальное место для такой психованной, как ты.

Диана дернула головой в сторону Рошель. Было видно, что эти слова ее задели, но она не встала на защиту своей команды. Вместо этого Диана решила проглотить оскорбление.

Я злобно улыбнулась.

— Удачи, Рошель. Месяц без премии будет тяжелым.

Рошель фыркнула, будто это было настоящей глупостью, но мы с ней обе понимали, что слова Полин имели смысл. Команда Виктории преуспевала, потому что игры, над которыми мы работали, занимали первые места и получали награды за высокий рейтинг. И неоднократно это происходило из-за увлекательного сюжета. Сюжета, который создавала я.

Полин показала Рошель и Диане язык, и потянула меня за свободный столик у дальнего окна. Я села спиной к стене и поймала взгляды некоторых особо любопытных.

— Что за невоспитанные сучки? — продолжила возмущаться Полин. — Как можно столько времени и сил тратить на обсуждение других?

Я хотела ответить, но тут мое внимание привлек столик недалеко от нас. За ним сидели звуковики, с которыми работала Полин. Некоторым из них было абсолютно все равно, что происходило вокруг, но другие перешептывались и поглядывали в нашу сторону. В мою сторону.

— Не смотрит на них, — твердо произнесла Полин.

— Я никогда не думала, что из-за родства со мной у тебя могут быть проблемы.

— Нет у меня никаких проблем! — воскликнула кузина с набитым ртом. — Если честно, в компании полно тех, кому все равно на слухи, которые распространяет Рошель. И еще столько же, кому плевать, даже, если это правда.

Не понимаю, почему это вдруг начало волновать меня. Возможно, мне не очень хотелось создавать проблемы для Полин, которая была единственным человеком, настроенным дружелюбно.

— Кстати, ты звонила своим родителям?

Я обожала свою кузину, потому что она не зацикливалась на проблемах. Но бывали моменты, когда Полин двигалась вперед без тормозов и забывала держать свой язык за зубами. Например, сейчас.

— Нет.

— Они все еще не перестали злиться на тебя?

— Они всегда будут злиться на меня.

К счастью, Полин кто-то позвонил и избавил меня от дальнейшего неприятного разговора.

Я строго приказала себе не зацикливаться на больной теме и с треском провала задание. Тягучее неприятное чувство вновь распространилось по всему телу, приглушило все недавние счастливые моменты и вернуло меня на шесть лет назад, в тот самый день, когда я отказалась от мечты, которая мне не принадлежала. Я с легкостью могла вести курсы «Как разочаровать родителей» и, вероятно, получила бы несколько премий как специалист в этой области. Потому что мне удалось не просто испортить отношение, а стать совершенно чужим человеком для тех, кто назывался моей семьей.

«Неблагодарная идиотка, готовая разрушить свою жизнь из-за мимолетного увлечения» — последние слова, которые я услышала от своего отца.

То самое мимолетное увлечение сделало меня первоклассным сценаристом со множеством наград и благодарственных писем, которое подняло мое имя в списке лучших сотрудников Норладса и уже который год удерживало его в десятке лучших.

Я добилась успеха в направлении, которое родители считали пустой тратой времени. Они обесценивало мое хобби, а я взяла и превратила его в работу своей мечты. Я доказала им, что смогла взобраться наверх там, где они сулили мне одни неудачи. Но даже этого было недостаточно, чтобы родители признали свою ошибку и пошли на мировую.

Мой дядя, отец Полин, последние три года вел ожесточенную борьбу со своим старшим братом и неоднократно призывал его помириться со своей дочерью. Он в красках рассказывал о моих достижениях и всегда получал напряженную тишину в ответ. Какое-то время я надеялась на дядю, а потом перестала.

Моим родителям было все равно. Они никогда не простят мне того, что я пошла против их воли и выбрала что-то настолько ущербное, как сценарное искусство, когда для меня были открыты двери в лучшие факультеты экономики и политики по всему миру.

Два года назад, во время рождественских каникул, мне позвонила мама. Она напилась со своими подругами и только поэтому набралась смелости связаться со мной.

— Ты предала наше с отцом доверие и отказалась от всего, что мы тебе дали. Самая неблагодарная дочь из всех досталась именно нам. Ты хоть представляешь, как много мы работали, чтобы ты жила в роскоши и ни в чем не нуждалась? Те курсы сценаристов оплатили мы, и я жалею, что позволила тебе пойти на них. Они все испортили. Ты все испортила.

Я внимательно слушала ее триаду, глядя в стену, пока звонок не прервался. И даже тогда у меня не получилось сдвинуться с места. Я сжимала телефон в руках, позволяя дрожи захватить тело.

Неблагодарная дочь.

Такой я была в их глазах. Такой я останусь до самого конца.

Неблагодарная дочь, которая просто хотела заниматься тем, что ей очень нравилось.

— Папа сказал, что ты обязательно должна приехать на это Рождество к нам, — снова начала Полин. Он сказал, что не желает видеть дядю. А во время последнего звонка он вообще послал его в задницу со своими обидами.

Я не сдержала улыбку.

— Твои родители придают мне уверенности, — сказала я, зная, что и мама Полин яро защищала меня в глазах родителей.

— Потому что ты большая молодец. — Полин взяла меня за руку и крепко ее сжала. — Продолжай работать и идти к своей цели, хорошо? Настанет день, когда твои родители сильно пожалеют о своих словах и приползут извиняться. А простим мы их только после того, как хорошенько помучаем.

В этот момент я почувствовала, насколько гнилой и темной было мое нутро. Пока Полин создавала идеальное будущее, где мои родители извинялись, я мысленно молилась, чтобы этого никогда не произошло.

В своем идеальном будущем мне хотелось, чтобы родители просто обо мне не вспоминали.

В послеобеденное время работа над новеллой продолжилась. «Вероятность истинной любви» приобрела новые краски, обзавелась примерными набросками современного города, в котором будут происходить события и который представлял собой смесь Нью-Йорка и Парижа.

Нужно отдать Леоне и другим дизайнерам должное. Они создали красивую притягательную картинку одной из улиц, на которой происходила часть действий.

Так же Жаклин сообщила, что на протяжении всей игры игроков будет сопровождать голосовой помощник Барт, которого создали для подсказок и наставлений во время прохождения.

— Предлагаю поговорить о нашей дорогой главной героине. — Жаклин опустила круглые очки почти на самый кончик носа и оглядела присутствующих. — Диана, на счет твоего предложения о родителях мисс Фридман…

Диана подскочила так быстро, будто сегодня был последний день, когда она могла внести свой вклад в историю всего мира.

— Да-да. Я уже расписала последствия травмы, которую главная героиня получит после смерти родителей и…

— Мы решили отказаться от этой идеи, — мягко начала Жаклин.

Диана замерла.

— Мы?

— Я попросила Шейлин посмотреть некоторые из наших идей и прокомментировать. Ей понравились почти все, но с этой возникли проблемы. И после объяснений я была вынуждена согласиться, что гибель родителей не совсем подходит нашей истории.

Я почувствовала, как пылкий взгляд Дианы переместился на меня. Как послушный сотрудник она должна была молча согласиться с решением Жаклин и сесть на свое место. Такой исход вполне мог произойти, если бы человеком, внесшим правки, была не я.

— Могу я узнать, почему тебе не понравилась эта идея?

— Потому что это скучно, — ответила я, не поднимая головы.

Вот здесь стоило остановиться. Правда. Жаклин тоже попыталась продолжить тему истории главной героини, но Диана не стала отступать.

— Для меня этого объяснения недостаточно.

Я обреченно выдохнула и подняла взгляд. Щеки Дианы раскраснелись от злости, глаза заблестели от гнева. Она со всей силы сжала собственные заметки и возвысилась надо мной, обещая расправу за вмешательство в ее работу.

— Гибель родителей в автокатастрофе — самый избитый и скучный сюжетный поворот из всех, что можно придумать. Если хочешь узнать подробности, прочитай мои комментарии к документу.

— Этот сюжетный поворот может раскрыть героиню с новой стороны.

— И упростить твою работу, — резко ответила я. — Не так ли?

— О чем ты?

— Хочешь создать чудесных понимающих родителей, а потом убить их? Банальный способ вывести игроков на сильные эмоций в самом начале истории, от которого вообще не будет толка. Главная героиня начнет страдать, а другие герои — жалеть ее и поддерживать? Скукота полнейшая. Люди устали от этого.

— Потому что так решила ты? — со злобной усмешкой спросила Диана.

Я молча вытянула распечатку из своей папки и протянула Диане.

— Два месяца назад мы проводили опрос среди игроков. Какой сюжетный поворот кажется вам самым скучным? Знаешь, что они ответили?

Девушка рядом с Дианой заглянула в распечатку и прочитала:

— Смерть родителей.

— В подавляющем большинстве случаев характер героини после такой трагедии развивается одинаково. А еще она становится, в своем роде, свободной от внимания родителей. Почему нельзя придумать что-то интереснее? Плохие взаимоотношения. Недопонимание. Семейные тайны. Почему бы не создать трудности, которые реально будут добавлять сюжету красок и развивать не только главную героиню, но и второстепенных персонажей? Почему бы не попробовать выполнить свою работу хорошо, а не попытаться сделать все быстро и удобно для себя.

Последние слова были сказаны с заметным упреком. Я просто не смогла не произнести их.

— Я хорошо делаю свою работу! — прикрикнула Диана.

— Ты злишься из-за того, что Жаклин приняла шесть твоих идей и отмела одну единственную? Знаешь ли ты, что некоторые сотрудники работают долгие месяцы, чтобы их предложения хотя бы рассмотрели, и так и не достигают успеха? Неужели так сложно принять тот факт, что что-то придуманное тобой не подходит для истории?

— Девочки, пожалуйста…

Жаклин никто из нас не услышал.

— Все мои идеи подходили, пока не появилась ты.

— К счастью, для всей команды, — улыбнулась я. — Очевидно, что ты не способна сделать что-то действительное стоящее для этого проекта.

Меня вела злость, которую я испытала во время обеда. Довольная Диана, поддакивающая Рошель, все никак не выходила из головы.

«Вы знаете, что она ничего не сделала, когда Рошель оскорбляла команду Жаклин?» — хотелось крикнуть мне.

— Жаклин сказала, что ты придумала все эти сюжетные повороты за один вечер. Полагаю, ты гордишься тем, что так быстро создаешь банальщину.

Диана разозлилась так сильно, что от собственных эмоций не смогла ничего сказать. Она взирала на меня, готовая в любой момент наброситься.

— Скорость — последнее, что важно для работы над игрой, — продолжила я. — Вы хотите сделать из новеллы шедевр. Так почему ты так безответственно относишься к созданию сюжета. Почему ты не хочешь заморочиться и подумать, что реально может быть интересно для игроков? Или у ведущих специалистов в этом отделе настолько низкая планка?

— Да как ты можешь упрекать меня в этом?! — Диана наконец-то нашла в себе силы ответить. — Ты? Рыжая бестия, которая выносит мозг всем сотрудникам? Теперь я понимаю, почему тебя выгнали из той команды. Ты просто ужасна!

— Достаточно, — твердо сказала Жаклин, вставая с места.

Диана послушно замолчала, но не стала больше терпеть мое общество и выбежала из зала. Все, кроме меня, посмотрели ей в след.

Жаклин постучала пальцами по столу и встала со своего места.

— Предлагаю взять перерыв до завтрашнего дня. Я вышлю вам на почту всю информацию. Дизайнеры, поработайте над внешностью главных фаворитов истории. Учтите пожелания, которые мы сегодня обсуждали. Анна, составь техническое задание для отдела маркетинга. В следующем месяце нам нужно будет выпускать рекламу

Все кивнули и хором попрощались с Жаклин. Я, как всегда, решила уйти последней, поэтому в течение нескольких минут по порядку складывала свои заметки в папку, пока остальные участники команды покидали зал.

Напряжение возросло до такого уровня, что становилось тяжело дышать.

На какое-то время наступила обманная тишина. Я быстро сообразила, что один единственный человек так и не ушел из зала.

— Хочешь мне что-то сказать? — спросила я у Леоны.

Моя бывшая подруга смотрела куда-то поверх моего плеча и явно о чем-то размышляла. Не удивлюсь, если она окатит меня ругательствами за то, что я публично занизила способности Дианы.

— Знаешь, никто в нашей команде не считал твой перевод чем-то ужасным.

— Неужели? — скептически спросила я.

— Диана сценарист. Неудивительно, что перевод другого сценариста, который отметился немалыми достижениями в компании, смутил ее.

Я закончила собирать документы и встала. Леона не выглядела как человек, который собирался закончить свою триаду.

— Чего ты от меня хочешь?

— Сегодня утром некоторые из нас обсуждали идею с гибелью родителей и пришли к тому же выводу, что и ты. Никто не стал бы упрекать тебя в желание внести изменения в сюжет. Но ты, разумеется, не подумала об этом.

С моих губ сорвался смех.

— Я почти полтора года проработала в команде, которая упрекала меня за любые идеи. Считай, что отстаивать свои задумки — моя вторая специализация.

— Это не должно быть проблемой для тебя, — продолжила Леона, когда я остановилась рядом с ней. — Каков процент принятых идей, принадлежавших тебе? Восемьдесят пять? Девяносто процентов? Другие сотрудники могут завидовать твоим успехам.

— Я все еще не понимаю, к чему ты клонишь.

Леона поправила черную сумку с длинным ремешком и сложила руки на груди, глядя на меня тем самым взглядом «я продолжаю говорить с глупым человеком».

— Только полный идиот будет игнорировать твои навыки и не замечать, как много ты работаешь и сколько делаешь для Норладса. Ты талантлива. Ты упорна. А еще ты бестактна. Неужели было сложно объяснить свою позицию, не занижая навыки других? Неужели тебе так нравится защищаться?

— Мне нравится нападать в ответ, — уверено ответила я и оставила Леону в зале одну.

Никто из их команды не был настроен против меня? Полный бред. Идею поменять сюжетный поворот, придуманный Дианой, поддержали бы? Никогда в это не поверю.

Суть команды заключалась в том, что все сотрудники напоминали слаженный механизм, который работал на взаимопонимании и доверии. Главная загвоздка заключалась в том, что я никогда не могла стать одной из деталей, имеющей значение. За время работы в Норладсе меня переводили из команды в команду, потому что налаживать отношения с другими — не лучшая моя сторона. В команде Виктории я работала дольше всего только потому, что моя начальница не была готова отказаться от моих навыков. Поэтому-то она всегда и вставала на мою сторону и закрывала глаза на все конфликтные ситуации.

Ей было важно добиться успеха. Частично успех зависел от меня. Виктория без зазрения совести поставила на мне невидимое клеймо, из-за которого другие руководители даже не пытались предложить мне перевод. Возможно, никто из них их не хотел. Не все были готовы терпеть выходки «рыжей бестии» ради успеха игр.

Размышления прервал звук приехавшего лифта.

Где-то в отдалении я услышала стук каблуков и не успела вовремя нажать на кнопку, когда из-за угла показалась Рошель. Этот рабочий день не мог закончится еще ужаснее.

Мысленно я напомнила себе уходить с работы через черный вход, если Жаклин вдруг снова отпустит нас пораньше.

Рошель довольно улыбнулась, постучала пальцами по кнопкам лифта и только потом нажала на нужный этаж.

— Вчера во время обсуждения игры мы говорили о тебе, — начала она. — Признаюсь честно, это были ужасные пару минут.

— Удивлена, как ты это выдержала.

— Оказывается, Жаклин похвалила тебя на собрании руководителей. Я впервые слышала, чтобы кто-то считал твои недостатки достоинствами.

Предательское чувство благодарности смешалось с подозрением, которое преследовало меня на протяжении всей работы в Норладсе. Я не позволила ни единой эмоции проступить на лице, раздражая Рошель еще больше, а сама пыталась понять, зачем Жаклин хвалить меня? Я работала в ее команде только пару дней.

— Она поблагодарила Викторию, что та перевела тебя. Я не знала, что Жаклин уже давно хотела переманить тебя в свою команду.

«Знаешь, Шейлин, я ведь действительно рада, что такой талантливый сценарист присоединился к моей команде».

— Это совсем неудивительно, что ты приглянулась той неуравновешенной. — Рошель усмехнулась, разглядывая слишком длинные красные ногти. — Никогда не забуду, как она заставила своих сотрудников участвовать в благотворительной акции против вырубки лесов и выйти на улицу с плакатами.

Пока Рошель вспоминала безумные выходки Жаклин Хобс за последние месяцы, я старалась сдержать внезапно возникший гнев внутри. Может, новый руководитель произвел на меня слишком хорошее впечатление? Может, я не ожидала, что Жаклин ждала моего появления в своей команде и даже хвалила на собрании?

Никто никогда не делал для меня чего-то такого.

— Эй, Шейлин. — Рошель вдруг оказалась почти вплотную ко мне. — Ты сегодня оказалась права. Без тебя вся наша команда останется без щедрого вознаграждения, поэтому не забывайся, понятно? Мне было приятно получать премию, пока ты надрывалась сверхурочно и выпрыгивала из штанов, чтобы хорошо выполнить свою работу. Так что быстрее делай из ущербной любовной новеллы шедевр и возвращайся к нам. — Рошель понизила голос, когда двери лифта начали открываться. — Наша команда, так и быть, потерпит твои выходки в будущем.

Я не позволила Рошель сказать мне что-то еще, выскочила из лифта и поехала домой на такси, не переставая сжимать лямки сумки ни на минуту. Сегодняшний день по праву считался самым отвратительным из всех за последние три месяца. Он мог стать днем, когда меня посадили бы в тюрьму за двойное убийство. Нет. За тройное. Вместе с Рошель и Дианой следовало бы избавиться и от Жаклин Хобс, которая вводила меня в заблуждение своим поведением и выбивала почву из-под ног.

Дома я выпила бокал вина залпом, бросила в рот кусок сыра и снова прооралась в подушку. Лучшего способа избавиться от внутреннего напряжения не было. Через минут пять бокал снова наполнился вином, а моя голова — мыслями о довольно ущербной ситуации, в которой я оказалась.

Так и хотелось позвонить маме и сказать: «Видишь, я работаю в компании своей мечты. Работаю с людьми, которые меня ненавидят».

Я уселась на кровать с ноутбуком, желая потратить энергию на работу, но случайно открыла папку со старыми фотографиями. Ладно. Возможно, это было не случайно. Иногда я специально просматривала снимки со времен старшей школы и университета, чтобы напомнить себе, что осталось позади.

И речь шла не о длинных насыщенно рыжих волосах, которые уже третий год едва опускались ниже плеч. И не о зеленых глаза с блеском, присущим наивной дурехе, не знающей жизни. Речь шла о людях, воспоминаниях, возможностях. О старой версии меня, которая сломалась. Которую сломали.

Ближе к восьми часам вечера мне вдруг позвонила Жаклин. Я слегка перебрала с алкоголем и попыталась сделать так, чтобы новый руководитель ничего не заметил.

— Слушаю.

— Шейлин, прошу прощение за поздний звонок. Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете? Я не думала, что ситуация с Дианой выйдет из-под контроля.

Я глянула на пустую бутылку вина и новую рядом и подумала, что в данный момент ситуация тоже особо не была под контролем.

— Все в порядке.

— В качестве извинений, я кое-что отправила вам. Курьер скоро должен приехать.

Своим пьяным мозгом я не успела ничего предпринять: в дверь позвонили. На пороге стоял молодой парень с небольшой коробочкой в руках. Пока я криво расписывалась, Жаклин решила рассказать мне о своем внезапном подарке.

— Это символ всех сотрудников, которые работают под моим началом. Буду благодарна, если завтра вы наденете его. Возможно, таким образом у нас получится помирить вас с Дианой.

«Я не хочу мириться с Дианой. Мне ничего от вас не нужно».

Я не успевала за словами Жаклин, а когда пришла пора отвечать, начальница уже отключилась. Она снова ворвалась в мой пузырь спокойствия и все там переворошила.

Внутри коробочки лежала тонкая цепочка с кулоном в форме ключа, а под ними — записка.

«Я открою последнюю дверь».

Жаклин ничего не сказала про таинственное послание, которое не задержалось в моей голове даже на несколько секунд. Я отставила коробочку в сторону и направилась к кровати, по пути натягивая цепочку на шею.

«Зачем тебе это, Шейлин? — думала я, залезая под одеяло. — Ты же не хочешь быть частью команды».

Или хочешь…?

Я позволила усталости захватить тело. Фотографии на ноутбуке, которые перелистывались в формате слайд-шоу, продолжали мелькать на экране. Какое-то время я непрерывно смотрела на прошлую себя в окружении жестоких людей, а потом замоталась в одеяло и закрыла глаза.

«Пока мир плохо относится к тебе, относись к нему плохо в ответ».

Глупое убеждение, которому я следовала, когда-то изменило мою жизнь. Оно избавилось от всех людей, которые пытались воспользоваться мной. Вернее, оно избавилось вообще от всех людей. Я осталась одна в своем собственном мире и никогда не сожалела о своем выборе. Но сейчас, в эту самую минуту, пока сон медленно затягивал меня в свой мир, я испытала легкое сожаление.

«Неужели мне следовало отказаться от всего на свете, чтобы быть счастливой?».

Когда я открыла глаза ранним утром, с потолка на меня смотрел нежный цветочный рисунок в оранжевых и красных оттенках. В комнате пахло сладким ненавязчивым ароматом. Через приоткрытое балконное окно слышался звук газонокосилки.

Голова жутко болела после вечерней попойки. Следовало хотя бы позвать Полин, чтобы не чувствовать себя алкоголиком неудачником, который не может вовремя остановится.

Перекатившись к тумбочке, я хотела посмотреть на время, но тут моя рука замерла.

Во-первых, на потолке в моей комнате не было цветочного рисунка. Я ненавидела цветы. Во-вторых, у меня не было балкона, а под домом росли только деревья и кусты, которые не нуждались в газонокосилке. В конце концов, моя кровать не была настолько большой, чтобы я могла перекатиться на ней до тумбочки и с грохотом не рухнуть на пол.

Я медленно обвела взглядом гигантскую комнату, разделенную на части сквозными стеллажами и колоннами, уделила внимание углу с цветами и туалетному столу, заставленному косметикой. Взгляд цеплялся за настенные картины, книги, вещи, аккуратной стопкой лежащие на белом комоде, за гирлянду, украшавшую фотографии над рабочим столом.

Какой вывод из этого следовал?

Вывод был таким, что я, каким-то невообразимым образом, проснулась не у себя дома.