Границы виртуальной любви

Глава 2. Новая команда

Правило любовной новеллы № 2:

некоторые второстепенные персонажи сильно

влияют на развитие сюжета

На утренние собрания я всегда приходила первая. Это обескураживало остальных сотрудников и лишало их возможности коротать время за обсуждением несносной меня. Так было в команде Виктории, в которой я уже привыкла видеть недовольство, тщательно скрытое под натянутыми улыбками и попытками сделать вид, что Шейлин Картер вообще нет в комнате. Они льстили начальнице, не предлагали изменений, если Виктория того не желала, и превозносили ее мнение, даже, если это могло иметь ужасные последствия.

Команда Жаклин Хобс была другой. Такой же чокнутой, как она сама, предлагающей безумные идеи и устраивающей коллективные посиделки каждую пятницу в кафе недалеко. Их совместный чат назывался «ДетиЖак», в кабинете для обсуждений висели совестные фотографии с различных мероприятий и каждый знал, когда у другого день рождения.

Они считали себя сплоченным коллективом и выглядели сумасшедшими в глазах других, потому что держались друг за друга так сильно, что некоторые даже отказывались от повышения, только чтобы остаться под крылом Жаклин.

Итог: худшего коллектива для меня нельзя было представить. Со своим послужным списком я буду здесь не просто чужой. Здесь я стану врагом номер один, которому придется постоянно оглядываться, опасаясь за свою жизнь.

Нет, я не боялась всю команду Жаклин Хобс. Меня напрягало присутствие одного единственного человека, который по чистой случайности или воле судьбы стал первым, кто в итоге открыл дверь в зал совещаний и замер у входа.

Леона Ивинг.

Проблема, тянувшаяся за мной еще с первых курсов университета, где мы попробовали быть подругами, но провалились и стали соперницами.

Леона родилась в Америке, но имела сильные корейские корни, сказавшиеся на выразительном разрезе глаз, густых черных волосах с синими переливами и стройным телосложением, на которое не влиял ни один фаст-фуд в мире. А ела она его неприлично много.

Еще со времен университета Леона ненавидела свои карие глаза, поэтому каждый день приходила с линзами или декоративными очками, уводящими внимание от лица.

Что я запомнила лучше всего? Как кривились ее губы при виде людей, которых она терпеть не могла. Наверное, поэтому я не удивилась, увидев ее физиономию именно такой, какой она бывала во время наших столкновений в коридорах или на общих собраниях.

Всем своим видом эта сногсшибательная брюнетка показывала, что не желает находится со мной в одном энергетическом поле. Я не была против. Несмотря на нашу взаимную нелюбовь, Леона Ивинг все же обладала одним качеством, располагающим к себе даже меня.

И эти качеством был здоровый пофигизм. Леона не тратила время на обсуждение других сотрудников. Была зациклена только на работе и команде, и несколько раз ясно давала понять Рошель и остальным сплетникам, что не желает состоять в их клубе.

Вместо приветствия девушка кивнула, давала понять, что не станет игнорировать присутствие нового человека в команде, и молча села с противоположной стороны. Пока она листала толстую папку, я заметила наброски и рисунки незнакомых мне героев и локаций.

Когда-то мы вместе учились на факультете сценарного мастерства, но на третьем курсе Леона подала заявку на перевод, потому что рисовала так же хорошо, как и придумывала истории. Никто не знал деталей. Никто, кроме меня.

Мы обе желали попасть на стажировку в Норладс, но туда мог попасть только один сценарист с нашего потока. Преподаватели никогда не скрывали, что этим сценаристом стану я. Поэтому Леона решила попытать удачу как художник и не прогадала.

Мы обе получили то, что хотели, но я никогда не сомневалась: Леона стала художником не потому, что желала об этом все свою жизнь, а потому что у нее попросту не осталось шансов.

Раздумывая над нашим общим прошлым, я не заметила, как в зал вошли другие сотрудники. Девушка с яркими голубыми глазами и очень длинными светлыми волосами резко остановилась, специально привлекая внимание, и прекратила смеяться. Пока она придумывала, как кольнуть меня посильнее, я пыталась вспомнить, как ее зовут.

— Часть меня надеялась, что это шутка, и что нам в команду не могли перевести знаменитую рыжую фурию.

— Как досадно, что твои ожидания не оправдались, — спокойно ответила я, хотя уже приготовилась вести словесный бой.

Девушка рядом с ней наклонилась и прошептала: «Диана, не надо».

Но Диана останавливаться не собиралась. Она подождала, пока в зал зайдут двое парней, и сказала.

— Знаешь, тебе вообще-то здесь не рады.

— Знаешь, мне вообще-то пофиг.

Диана оказалась слабее Рошель или других из команды Виктории, потому что не стала продолжать и с высоко поднятой головой направилась к Леоне. Меня чуть не стошнило от приторного приветствия и широкой улыбки, которые появились у нее на лице.

Ситуация в Норладсе не отличалась от той, что была в университете. Почему-то все стремились заполучить расположение Леоны. Она была центром всех компаний, доброй, уверенной в себе, ответственной и надежной. О таком человеке в своей жизни мечтал каждый. А я когда-то просто мечтала стать таким человеком.

Через приоткрытую дверь в коридор послышались странные гортанные звуки, которые, как стало понятно позднее, были корявым пением. Я нахмурилась и напряглась, увидев счастливые улыбки людей вокруг меня. Их реакция означала только одно.

Дверь резко открылась, со всей силы ударившись об стену и едва не слетев с петель. В проеме появилась высокая женщина сорока лет в длинном бежевом плаще и ковбойской шляпе. В обеих руках она держала подставку со стаканчиками, а на мизинце удерживала пакет из кафе на первом этаже.

— Доброе утро, мои прекрасные таланты, — почти пропела она, двигаясь по направлению к своему месту во главе стола. — Готовы к новому рабочему дню?

Я с ужасом наблюдала, как люди вокруг меня резко перестали источать недовольство и заполнили зал своей безграничной любовью к женщине, которая носила ковбойскую шляпу месте с классическим плащом под пояс и высокими сапогами.

Аромат ее пряных духов смешался с запахом выпечки и это, помимо меня, больше никого не напрягало. Я вжалась в кресло, стараясь придумать способ, как остаться незаметной. Каковы вообще были мои шансы?

Из-за людей вокруг, которые принялись активно рассказывать друг другу о своих планах на ближайшие дни, я не заметила приближение Жаклин Хобс. Женщина возникла из ниоткуда прямиком у меня за спиной и поставила на стол стаканчик с кофе.

— Доброе утро, Шейлин. — Жаклин сняла шляпу, положила ее на тумбу между двух окон и села на стул рядом со мной, который никто не рискнул занимать. — Я очень рада, что ты присоединилась к нашей команде. — Она наклонилась ниже и прошептала, чтобы никто не слышал. — Пусть и не по своей воле.

Я была обескуражена ее ярким появлением и тем, как оно изменило атмосферу в зале, поэтому просто кивнула.

— У меня на тебя большие надежды, — улыбнулась Жаклин. — И это комплимент. Я читала все твои сценарии ко всем играм, выпущенным в Норландсе. Это было просто вау!

Ее восторг был заразительным, потому что я против воли ощутила волну гордости за саму себя. Жаклин Хобс похвалила мою работу!

А потом в голову ударила мысль:

«Почему это вообще важно для меня?!».

— Предлагаю сегодня не задерживаться с приветствиями и как можно быстрее приступить к работе. — Жаклин вскочила с места и направилась к выходу. — Леона, пожалуйста, предоставь Шейлин всю готовую информацию о проекте. До обеда работаем по плану, который подготовили вчера. Часа… в три встретимся здесь и продолжим обсуждать все детали. Идет?

— Да! — хором ответили все.

«И это все?» — мысленно подумала я.

Сотрудники быстро встали и поспешили за Жаклин, продолжая обсуждение личных тем в коридоре. Я все еще пыталась понять, что происходило последние пять минут, когда Леона положила передо мной папку.

— Ознакомься со всем до обеда, чтобы на совещании ты была в теме.

— Хорошо, — ответила я, но Леона к тому времени уже ушла.

В зале больше никого не было.

Я скептически взглянула на шляпу на комоде позади себя, будто она была виновата в том, что только что произошло, и встала с места, готовая уйти. Но тут в поле зрения попал стаканчик, который Жаклин поставила перед ней.

Убедившись, что в коридоре воцарилась тишина, я взяла стаканчик и поднесла его к губам. Случайность это была или нет, но Жаклин купила мне американо с карамельным сиропом. Мой любимый.

Новые коллеги благодарено выделили мне место в самом конце стола, где я сидела на утреннем приветствии. Когда я пришла в зал для совещаний, они уже расселись на свои стулья, передавая друг другу заметки и эскизы и кратко обсуждая работу над новеллой.

Мое появление сочли нужным проигнорировать, и это было в разы лучше, чем тяжелое молчание, которым меня каждый раз награждала команда Виктории.

Я опустилась на свое место и вытащила папку Леоны. Сказать, что она мне не помогла — ничего не сказать. Я должна была ознакомиться с информацией, которой практически не было. Но глядя на оживленное обсуждение остальных и упоминание имен и фамилий, мелькавших в папке, я подумала, что мне, скорее всего, предоставили на все данные.

«Вероятность истинной любви» — сомнительный «шедевр» от Жаклин Хобс, из которого я должна сделать реальный шедевр, чтобы вернуться к своему любимому экшену и приключениям.

Про эту новеллу в компании почти никто не говорил, потому что история была на начальном этапе разработки. Но я не знала, что на столько начальном.

Таблица основных, второстепенных и незначительных героев была прописана наполовину. Самое интересное, что примерные эскизы внешности добавили почти ко всем персонажам, кроме главных.

На электронной доске за местом Жаклин вывели таблицу с основными моментами, где наверху перечислили ключевые фразы истории: золотая молодежь, влиятельные семьи, любовные треугольники, предательства, измены.

Какой отстой.

У меня даже не было сил внедряться в обсуждение и пытаться разобраться в сюжете, ведь документы Леоны мне в этом вообще не помогли.

Что интересовало больше всего, так это одно имя на первой странице документа, где перечисляли причастных к созданию новеллы сотрудников.

Сценарист: Диана Уолс.

Я посмотрела на девушку, все так же сидящую рядом с Леоной и активно рассказывающую людям рядом о идеях, которые пришли ей в голову сегодня ночью. Неудивительно, что она была первой, кто выразил несогласие от моего появления здесь. Она значилась сценаристом истории и не желала видеть соперников.

Злорадство само охватило все мои мысли, и я старательно сдержала довольную улыбку. Приятно, когда в тебе видят угрозу. Появляется желание сделать все возможное, чтобы самые ужасные предположения на мой счет оказались верны.

Я заметно расслабилась и принялась ждать Жаклин. Она появилась спустя пять минут, уже без шляпы, но в широких штанах клеш с цветной каёмкой, которые я не заметила ранее из-за плаща.

— Предлагаю отмотать немного назад и начать сначала, чтобы Шейлин могла легко погрузиться в работу, — предложила Жаклин.

Унылые кивки она встретила с широкой улыбкой и радостно хлопнула в ладони.

— Диана, пожалуйста, коротко расскажи о основной задумке новеллы.

Диана скривила губы, будто ее оскорбляла просьба рассказать что-то мне.

— «Вероятность истинной любви» — это наш способ раскрыть известные сюжетные тропы с новой стороны. Освежить их и внедрить в историю так, как это видим мы.

— И вы не боитесь, что измены, любовные треугольники и золотая молодежь уже потеряли свою актуальность.

Диана хмыкнула, явно ожидая от меня этот вопрос, и что-то щелкнула на компьютере. Тут же на экране позади Жаклин появилась статистика.

— В течение прошлого месяца мы анализировали запросы в интернете, проводили опросы и выкладывали цепляющие цитаты на нашем форуме, чтобы понаблюдать за реакцией читателей. Они довольно позитивно откликались на популярные и даже немного избитые тропы.

— Журналы, освещающие игровую индустрию, писали, что нет ничего страшного в переосмысление чего-то старого, — невозмутимо добавила Леона, но выглядело это так, словно она уже сейчас начала защищать эту историю.

Словно знала, что ее нужно защищать передо мной.

Я задумчиво нахмурилась. Анализ аудитории в течение целого месяца говорил о многом. Например, что команда Жаклин, действительно, хотела выдать успешную историю. Закинув удочку в интернете, они даже активировали журналы, на мнение которых в последнее время многие обращали внимание.

— Сегодня утром мы анонсировали выход «Вероятности истинной любви» и рейтинг ожидания на сайте за три часа составил восемьдесят пять процентов. И это только среди американских пользователей.

Я не сдержалась и приподняла бровь.

Кто-то передал мне скрин страницы из сайта, чтобы я могла удостовериться в правдивости слов. Вся эта ситуация продолжала выглядеть так, будто люди вокруг пытались убедить меня в сто процентном успехе новеллы, но они могло просто показать мне эту статистику.

Популярность новелл в Норладсе определялась не так, как популярность компьютерных или онлайн-игр. Потенциальный успех могли определить еще на этапе анонсов и, если мне не изменяла память, рейтинг ожидания этой новеллы превышал рейтинги ее предшественников. Иначе говоря, восемьдесят пять процентов — это много. Очень много.

Жаклин может взять эту несчастную бумажку, заявится к начальству Норладса и попросить рекламную компанию, которая будет работать в течение всего месяца на территории Соединенных штатов круглосуточно. Жаклин могла заявить, что смогла каким-то образом заинтересовать восемьдесят пять процентов аудитории всего сайта. Речь шла не только о потенциальных игроках любовных новелл, а о всех, кто был зарегистрирован на сайте и играл хотя бы в одну созданную нами игру.

— Это очень хорошие показатели, — сказала я, не видя смысла скрывать очевидный факт. Диана не сдержала самодовольную улыбку. — Но я не понимаю, почему вы не договоритесь с рекламным отделом и не анонсируете игру по всему миру?

Часть сотрудников продолжила смотреть на меня, но некоторые не удержались и покосились в сторону Жаклин. Значит, этот вопрос уже поднимали ранее.

— Я хочу быть уверена, что новелла получится идеальной. Преждевременный успех игры может пагубно повлиять не только на мою работу, но и на работу всего отдела.

В зале наступила тишина.

Некоторые сотрудники переглянулись, явно смущенные поднятой темой. Жаклин продолжала удерживать на губах улыбку, но я слышала в ее голосе твердость. Несмотря на ее легкий подъем, она не позволит кому-либо диктовать условия.

— Продолжаем.

Убеждать меня в том, что эту историю ждет успех, больше не было смысла, поэтому Диана вывела на экран следующие слайды, к информации на которых у меня было больше всего вопросов. Точнее, вопросов к отсутствию какой-либо информации.

Главные герои новеллы — гласил заголовок.

Когда Леона дала мне папку, я рассчитывала увидеть там проработанных, хотя бы главных героев.

«Значит, они не зажали информацию. Ее просто нет».

— Полагаю, здесь тебе тоже есть, что сказать, — предположила Жаклин.

— Почему вы до сих пор не прописали внешность не всех главных героев.

— Мы все еще работает над этим, — ответила девушка справа, поглядывая на Жаклин.

— Внешность героев не так важна.

— Возможно, так и есть, — согласилась я, но сдаваться не собиралась. — Но важен характер, привычки. Это влияет на сюжет игры. Вы даже не придумали им имена, ограничившись только фамилиями.

— С этим можно разобраться и потом, — встряла Диана.

— С этим нельзя разобраться потом, — ответила я. — Удивлена, что слышу подобное от ведущего сценариста. Если ты этого не понимаешь, то я не удивлена, почему меня перевели сюда.

Диана возмущено ахнула. Жаклин с интересом склонила голову, разглядывая меня.

— Любая мелочь может повлиять на сюжет. Даже имя. С его помощью можно создать несколько ситуаций с одним из фаворитов. Придумать прозвище, например. Такая незначительная вещь располагает к себе. Это может в корне поменять отношение игроков к героям новеллы.

Диана усмехнулась, возмущенно выдыхая.

— Мы не делаем ничего, что противоречило бы задумке Жаклин. Или ты думаешь, что она позволит нам совершить ошибку или допустить пробел в истории?

Слова Дианы показались мне интересными.

— Весь сюжет разрабатываете вы? — удивлённо спросила я у Жаклин.

Та кивнула, не убирая улыбку. Руководители редко принимали непосредственное участие в создании игр. Если им приходила идея, они посвящали в нее своих заместителей или сразу сценаристов, чтобы сотрудники могли сразу приступить к работе над историей.

Виктории было важно, чтобы у игры оставалась первоначальная задумка, но она никогда не вмешивалась в процесс. Не предлагала идеи для развития второстепенных героев или дополнительных развилок. И что уж там, Виктория иногда даже не знала, чем закончилась история для большинства героев.

Для нее был важен конечный результат. Если точнее — хорошие цифры, которые игра в итоге принесла. Количество игроков. Рейтинг. Сумма донатов.

И я, признаться честно, уже привыкла, что мы всегда работали на результат. В первую очередь думали о том, что игра должна быть успешной.

Несмотря на то, что Жаклин тоже неоднократно говорила о успехи новеллы, я подозревала, что дело было только не в этом.

Вот, почему ее команда, отвечая на мои вопросы, сначала смотрела на нее. Жаклин руководила всем. Действительно руководила. Она решала, как будут звать героев. Как они будут выглядеть и какое влияние окажут на сюжет. Жаклин не смотрела со стороны. Это был контроль «от» и «до», и для сотрудника из другой команды это выглядело пугающе.

Вновь наступившую тишину разрушила Леона:

— Предлагаю сейчас сконцентрироваться на сюжете.

Игрокам предстояло играть за таинственную мисс Фридман двадцати трех лет — наследницу из богатой семьи, которая живет себе припеваючи, пока родители не объявляют о ее помолвке с Блейном Мэйнсфилдом — наследником другой неприлично богатой семьи.

Это был один из немногих фактов, которые не поддавались изменению. История уже начиналась с того, что главная героиня просыпается почти обрученной. Дальше, судя по спутанному графику, Жаклин рассматривала тридцать пять различных вариаций сюжета, пять из которых приводили к свадьбе, где мисс Фридман шла под венец влюбленной в своего жениха, и один с похожим развитием сюжета, но без любви.

Блейн Мэнсфилд стоял на первом месте, поэтому я предположила, что он может оказаться главным фаворитом новеллы. В графе с внешностью оставили заметки: светло-каштановые волосы, голубые глаза, родинка на левой щеке и шрам на правой ноге, который, судя по примечанию ниже, появился в результате аварии.

У главной героини была лучшая подруга, мисс Кид, которая тоже родилась с золотой ложкой во рту, и друг детства, Эммет Гарнер, который от этой самой ложки отказался и ушел из семьи, чтобы жить бедно, но счастливо.

В случае, если главная героиня не выбирала Блейна, между этими тремя мог развиться любовный треугольник. В случае, если выбор падал на Блейна, любовный треугольник все равно может состояться, только место мисс Фридман занимает кто-то другой.

Диана и Жаклин тщательно раскрывали все сюжетные повороты, над которыми уже успели поработать, придумывая и обсуждая детали прямо на ходу. Я смотрела на изобилие концовок и медленно сходила с ума.

К концу рабочего дня моя голова болела так сильно, что сил принимать участие в обсуждении уже не было. Я щурилась, пытаясь разглядеть буквы на экране и постоянно пила кофе из автомата.

Меня тошнило от всего: от романтики, которой был пропитан каждый сюжетный поворот, от недопонимай в семье, от зависти, от драмы, от секси парней, которых художники пообещали сделать «просто улетными».

— Я скомпоную всю информацию за сегодня и вышлю в общий чат на форуме, — сказала девушка, которая постоянно ошивалась рядом с Дианом. Она посмотрела на меня и прикусила губу. — Тебя же туда уже добавили?

Я кивнула.

— Может, оставишь свой номер, чтобы мы добавили тебя в наш личный чат?

Не успела я сказать, что в этом нет необходимости, как Леона, походя мимо, произнесла:

— Не нужно.

В глазах остальных эти слова, возможно, прозвучали грубо. Леона не заметила, как некоторые вопросительно посмотрели ей в след. В этот момент я сделала два вывода.

Во-первых, несмотря на мой послужной список, большая часть команды Жаклин осознала мое присутствие и не видела смысла меня игнорировать.

Во-вторых, Леона вновь подтвердила статус самого внимательного человека в моей жизни. Еще со времен университета я никому не давала свои личные контакты, купив рабочую сим карту и телефон, которые обезопасили всю мою жизнь. В прошлом случилась одна ситуация, превратившая меня в подобие параноика. И я не знала, как относится к тому, что Леона это помнила.

Пока я размышляла на эту тему, из зала все вышли. Почти все.

Жаклин вновь посмотрела на меня тем самым взглядом, который я ловила на себе целый день. Внезапно появившийся интерес к моей персоне пугал. Особенно интерес со стороны Жаклин.

— Знаешь, Шейлин, я ведь действительно рада, что такой талантливый сценарист присоединился к моей команде.

— Пытаетесь лестными словами сгладить углы? Не стоит. Я знаю, что ваша команда против моего участия.

— Иногда стоит посмотреть на ситуацию с разных сторон, — тихо сказала Жалкин.

— Что вы имеете в виду?

Вместо ответа Жаклин улыбнулась какими-то своим мыслям, молниеносно нацепила плащ и шляпу и поспешила к выходу.

— К завтрашнему вечеру я вышлю тебе на почту всю информацию о главных героях.

Я не сразу сообразила, о чем она говорила.

— Вы придумали, кем они будут?

У двери Жаклин помедлила.

— Да. Только что. — И снова этот взгляд, слишком пристальный, чтобы просто так его проигнорировать. — Хорошего вечера, Шейлин.