Израненные альфы

Глава 22

РЫЦАРЬ

Несу его.

Альфа в маске птицы.

Знаю его запах.

Резкий. Чистый.

Не первый раз встречаемся.

Помню лабораторию.

Помню его лицо за стеклом.

Притворялся богом в белом халате.

Ему там не место.

Один из альф той рыжеволосой омеги.

Странно держать его сейчас.

Обмякший.

Без сознания.

Вес для меня — ничто.

Но воспоминания тяжёлые.

Очень тяжёлые.

Луна этого хочет.

Не понимаю зачем.

Мог бы убить его во дворце.

Было бы проще.

Мне бы не понравилось.

Но проще.

Чище.

Но Луна сказала — живым.

Луна сказала — вопросы.

Поэтому несу.

Его кровь капает на землю.

Там, где Луна ударила его статуей.

Луна яростная.

Луна жестокая.

Луна — хаос в шёлке.

Альфы думают, омеги мягкие.

Слабые.

Неправда.

Луна — самая смертоносная.

Просто другие оружия.

Яд вместо когтей.

Слова вместо зубов.

Но всё равно хищник.

Всё равно убийца.

Заставляет думать.

Она хочет, чтобы я убил этого альфу?

Потом?

После вопросов?

Надеюсь, нет.

Странное чувство.

Не хочу убивать альфу в маске птицы.

Должен ему что-то.

Он и его стая были добры.

Но убью, если она попросит.

— Рыцарь, сюда! — зовёт Луна.

Её голос режет мысли.

Всегда.

Иду за ней без вопросов.

Через дворцовые сады.

Мимо идеальных цветов.

Давлю их ногами.

Стража видит нас.

Конечно видит.

Трудно не заметить великана с принцем на руках.

— Стоять! Брось⁠…

Треск.

Страж падает.

Кровь из головы.

Ещё треск.

Ещё один.

Между глаз.

Чисто.

Слишком идеально.

Оборачиваюсь.

Златоволосый альфа на стене.

Рядом беловолосый.

Прикрывают нас.

Работают вместе.

Странно.

Обычно хотят убить друг друга.

Даже волк и лев прячут клыки ради богини.

Ещё стража.

Одноглазый стреляет первым.

Закрывает Луну телом.

Но он из плоти и костей.

Я — больше.

Толкаю альфу-птицу ему.

Он ловит.

Пошатывается.

Я — лучший щит.

Металл не кровоточит.

Плоть — да.

Хватаю Луну.

Прижимаю к себе.

Она издаёт звук.

Удивление.

Не страх.

С ней никогда нет страха.

Пули бьют по камню.

Близко.

Слишком близко.

Накрываю её телом.

Металлической рукой.

Одноглазый стреляет в ответ.

Прикрывает нас.

— У них принц! Не стрелять! — кричит кто-то.

Стража колеблется.

Путаница.

Идеально.

— Идеальное время, — говорит Луна мне в грудь.

Чувствую её улыбку.

Даже сейчас.

Даже когда смерть поёт вокруг.

Она улыбается.

В груди странно скручивается.

Я умираю?

Надеюсь, нет.

Нужно жить для неё.

Одноглазый ведёт нас вокруг здания.

Знает путь.

Стреляет ещё.

И мы в деревьях.

Благословенные деревья.

Ненавижу дворец.

Ненавижу камень.

Ненавижу идеальные сады.

Деревья лучше.

Двигаюсь быстрее.

Знаю лес.

Перешагиваю корни.

Ныряю под ветки.

Альфа-птица замедляет одноглазого.

Но он не жалуется.

Уважаю.

Звуки погони стихают.

Стража не идёт в лес.

Умно.

Или глупо.

Наконец безопасно.

Ставлю Луну на землю.

Осторожно.

Всегда осторожно.

Она драгоценна.

Самое драгоценное.

— Спасибо, — говорит она.

Гладит мою руку.

Тепло разливается.

Всегда.

Шаги.

Напрягаюсь.

Готов убивать.

— Это мы, — зовёт златоволосый.

Он и беловолосый выходят.

Оба в крови.

Не своей.

Луна бросается к ним.

Трогает лицо златоволосого.

Проверяет раны.

Потом беловолосого.

Он замирает от её прикосновения.

Будто не верит.

Ревность жжёт.

Горячо.

Остро.

Давлю её.

Луна не принадлежит никому.

— Ты ранен? — её голос трескается.

Трогает грудь златоволосого.

Рука в крови.

— Не наша, — говорит он мягко.

Облегчение на её лице.

— Куда теперь? — спрашивает беловолосый.

одноглазый рычит.

— В трактир нельзя.

Смотрит на Луну укоризненно.

Хочу сломать ему лицо.

— И убежище не подготовили. Потому что это должна была быть разведка.

Луна моргает.

Невинно.

Говорит красивыми словами древних богов.

Беловолосый смеётся.

— Что это значит?

Луна улыбается.

Сладко.

Опасно.

— Это значит, — переводит златоволосый, — «кто не хватает возможность за яйца, получает её членом в задницу».

Тишина.

Одноглазый хмыкает.

— Очаровательно.

— Нужно двигаться, — говорит беловолосый. — Скоро вся армия Сурхииры будет у нас на хвосте.

Правда.

Уже слышу.

Идём глубже в лес.

— Мне тоже нужен пистолет, — говорит Луна.

Беловолосый достаёт.

Даёт.

Потом отдёргивает.

— Ты умеешь стрелять?

— Гео научил.

— Она талант. И боль в моей заднице, — бурчит одноглазый.

Луна довольна.

Проверяет оружие.

Она умеет.

Конечно умеет.

Впереди — металлическая змея.

Поезд.

Златоволосый показывает.

Всегда видит первым.

Мы залезаем внутрь.

Пусто.

Ящики.

Помогаю Луне.

Остальные за нами.

Поезд трогается.

Скрежет.

Вонь дыма.

Протягиваю руку, чтобы удержать Луну.

Она улыбается мне.

Мягко.

— Что будем делать с ним? — спрашивает одноглазый.

— Можно убить, — пожимает плечами златоволосый.

Нет.

Рычание вырывается.

Все смотрят.

— Ты пацифист? — удивляется он.

Беловолосый фыркает.

— Не был им, когда жрал моих людей.

Верно.

Жрал.

Они заслужили.

Но этот…

Другой.

Долг.

— Никто не убивает принца, — резко говорит одноглазый.

Луна встаёт.

— Расслабьтесь.

Идёт к альфе-птице.

В её глазах холод.

Лезвие.

— Никто никого не убивает. Я просто хочу поговорить.

Пауза.

Улыбка без улыбки.

— Даже если он и его клуб масок похитили меня и держали в клетке у психопатического военачальника.

Мир замирает.

Слова эхом.

Похитили.

Клетка.

Воспоминания.

Лаборатория.

Клетка.

Бой с таким же монстром.

Они спасли меня.

Были добры.

Но Луна…

Её тоже заперли.

Это они?

Они держали её?

О.

УБИТЬ.