Израненные альфы

Глава 43

РЫЦАРЬ

Белые стены.

Яркий свет.

Слишком яркий.

Не так не так не так.

Жжет глаза.

От него болит голова.

Воспоминания обрушиваются как волны.

Не здесь.

Снова там.

Привязан к столу.

Металл впивается в запястья.

Не могу пошевелиться.

Не могу дышать.

Врачи в белых халатах кружат как стервятники.

Их лица размываются.

Меняются.

Становятся масками.

Нет.

Не масками.

Лицами, которые улыбаются, когда делают мне больно.

«Объект 0663 хорошо реагирует на нейронные ингибиторы».

Очнись.

Это не тогда.

Сейчас.

Но запахи.

Антисептик.

Химикаты.

Те же, что в месте боли.

В лаборатории.

Точно такие же.

И звуки… Писк приборов.

Гудение.

Слежение.

Попытайся сосредоточиться.

Попытайся вспомнить, где я.

Дворец.

Сурхиира.

С Козимой.

Сердце бьется о ребра.

Она здесь.

Она на столе.

Столе.

Ужас пронзает так остро, что не могу дышать.

Она лежит там, как лежал я.

Как заставляли меня.

Привязанная, беспомощная, пока они… Нет нет нет.

Она выбрала это.

Она хотела этого.

Разве нет?

Не могу вспомнить.

Не могу думать.

Слишком много голосов накладываются друг на друга.

Настоящее и прошлое сливаются воедино.

Уже, блядь, не могу разобрать, что из этого реально.

«Нам нужно откалибровать ингибиторы, прежде чем продолжить».

«Держите его. Он снова сопротивляется».

Остановитесь.

Пожалуйста, остановитесь.

Боль.

Прожигает череп.

Через позвоночник.

Кричу, но звук не выходит… затем страх Козимы пронзает нашу связь душ.

Связь душ, которая у нас всегда была.

Ясно.

Остро.

Безошибочно.

Не мой страх просачивается.

Ее.

Она боится.

По-настоящему боится.

Что-то не так.

Что-то идет ужасно не так не так не так…

Азраэль кричит позади меня.

Стражники двигаются.

Пытаются сдержать его.

Пытаются не пустить его к ней.

— Остановите процедуру! Вы убьете ее! Остановите немедленно! — кричит он, отбиваясь, вырываясь, сражаясь, чтобы добраться до нее.

Слова врезаются в меня.

Убьете ее.

Они убивают ее.

НЕТ!

Рев вырывается из меня.

Одно слово.

Первое слово.

Единственное, которое имеет значение.

«КОЗ… И… МА!»

Когти полосуют.

Стражник кричит.

Падает.

Кровь брызжет на белую стену.

Другой стражник бросается в атаку.

Металлическая рука ловит его.

Швыряет его в оборудование.

Хруст кости.

Скрежет металла.

Не имеет значения. Только она имеет значение.

— Рыцарь, стой! У тебя флешбэк!

Голос Гео.

Гео пытается схватить меня.

Стая.

Не хочу причинять боль стае.

Но он на пути.

Между мной и Козимой.

Между мной и парой, которая умирает.

Отшвыриваю его в сторону.

Сильнее, чем задумывал.

Его колено подгибается.

Он шатается.

Ругается.

Цепляется за оборудование.

Опрокидывает его.

Николай движется на периферии зрения.

Бью по нему когтями.

Предупреждение.

Он уворачивается.

Едва.

Они не понимают.

Никто из них не понимает.

Она УМИРАЕТ.

Они, блядь, УБИВАЮТ ЕЕ.

Снова реву.

Пытаюсь заставить их услышать.

Пытаюсь объяснить.

Но есть только одно, блядь, слово.

«КО-ЗИ-МА! КО-ЗИ-МА!»

Она не отвечает.

Не может ответить.

Седативное слишком сильное.

Но могу чувствовать ее через связь.

Угасает.

Нет нет нет…

Азраэль все еще дерется со стражей.

Теперь их четверо, они удерживают его.

Он кричит.

— Рыцарь! — кричит Азраэль. — Останови эту гребаную машину!

Азраэль знает.

Азраэль понимает.

Бросаюсь к машине.

К столу.

К ней.

Должен остановить это.

Должен… Стражник бьет меня по лицу дубинкой.

Сильно.

Моя маска.

С грохотом летит по полу.

Воздух бьет по обнаженной плоти.

Холод.

Неправильно.

Открыт.

Не могу быть без маски.

Небезопасно без маски.

Они наказывают без маски.

Руки взлетают вверх.

Инстинкт.

Спрятать лицо, пока они не увидели.

До того, как придет наказание.

Не помню, как я выгляжу.

Но когда люди видят меня, начинается боль.

Кровь течет по моему лицу.

Забыл про когти.

Всегда забываю.

Больше не руки.

Больше не человек.

Просто оружие.

Мои когти рвут мою плоть.

Боль взрывается.

Горячо.

Остро.

Кровь течет с моих когтей.

Густая.

Ослепляет меня.

Отшатываюсь.

Зрение размывается.

Все красное.

Улавливаю движение в хромированном оборудовании.

Сквозь всю эту кровь.

Там что-то есть.

Монстр.

Слишком близко к Козиме.

Я реву.

Он ревет.

Я бросаюсь вперед.

Атакую машину.

Когти прорезают хром. Прорезают оборудование.

Летят искры.

Машины умирают.

Но монстр, блядь, не умирает.

Продолжает пялиться в ответ.

Истекает кровью.

Ревет.

Ворон кричит в страхе.

— Рыцарь, стой! Ты навредишь Козиме!

Голос Гео присоединяется к нему.

— Это просто твое отражение! Это ТЫ!

Я?

Я замираю.

Монстр замирает.

Нет… Хуже, чем монстр.

Монстры — это что-то целое.

Это… Куски.

Куски, которые не должны быть живыми.

Сшитая из лоскутов кожа.

Немигающие синие глаза.

Разорванные, покрытые шрамами веки.

Часть носа оторвана.

Оскал, полный острых зубов.

Обнаженная мышца челюсти.

Нет губ.

Нет щек.

Плоть разорвана.

Искромсана.

Я не просто монстр.

Я… Отвратителен.

Не могу пошевелиться.

Не могу дышать.

Не могу…

— Нет! — кричит Ворон.

Почему он кричит?

Мое лицо?

Я?

Я…

Что-то вонзается мне в бок.

Электрическое копье.

Разряд взрывается по всему телу.

Знакомо.

Слишком, блядь, знакомо.

Место-боли.

Электричество.

Наказание.

Тело сводит судорогой.

Условный рефлекс.

Разряд означает «замри».

Замри, иначе придет еще худшая боль.

Но борюсь с этим.

Должен бороться.

Козиме нужно, чтобы я, блядь, боролся.

Вырываю копье.

Швыряю его.

Бросаюсь вперед.

Когти во что-то вонзаются.

Кто-то кричит.

Стражник.

Отшвыриваю его в сторону.

Подбираюсь ближе.

Должен быть ближе.

Где она?

Не вижу.

Слишком много крови.

Снова тру глаза.

В отчаянии.

Больше крови.

Больше ран.

Зрение просто красное.

Просто кровь.

Движущиеся силуэты.

Стражники между мной и ней.

Не вижу, сколько их.

Еще один разряд.

Сильнее.

Ноги подкашиваются.

Цепляюсь за оборудование.

Оно с грохотом падает.

Тянет за собой другие машины.

Воют сирены.

— Не делайте ему больно! — умоляет Ворон. — Он просто напуган…

Азраэль рычит.

— Он пытается спасти ее! Послушайте его!

Наваливается больше стражников.

Кровь течет быстрее.

Теплые реки по лицу.

В глаза.

Не вижу.

Ни хрена не ВИЖУ.

Кровь размазывается перед глазами.

Все красное.

Силуэты размываются.

Снова копья.

На этот раз в грудь.

Тело скручивает.

Мир белеет.

Не могу дышать.

Прекрати сопротивляться, или будет хуже.

Все равно борюсь.

Отбиваюсь.

Стражники становятся тенями.

Не могу разобрать, где они.

Знаю только, что они между мной и ней.

Бросаюсь на них.

Слишком много.

Облепили меня как муравьи.

Прижимают руки.

Прижимают ноги.

Больше электричества.

Больше цепей.

Нет нет нет…

Что-то острое пронзает мою шею.

Голос Азраэля, сорванный от крика.

— НЕТ! — ревет он.

Ворон плачет.

Седативное заполняет мои вены.

Вкачивают через яремную вену.

Продолжаю биться.

Продолжаю сопротивляться.

Не могу оставить ее.

Не могу…

Зрение уже меркнет.

Теперь не только из-за крови.

Наркотики тоже.

Не могу отличить красное от черного.

Больше не вижу ее.

Где она?

Тянусь к ней.

Когти скребут по полу.

Все ускользает.

Николай рычит.

— Пырни его еще раз, и я, блядь, выпущу тебе кишки.

Голос Гео присоединяется к нему.

Почти как лай.

— Он стая. Отъебитесь на хер.

Рука на моем плече.

Не знаю, чья.

Плевать.

Все угасает.

Пытаюсь снова произнести имя Козимы.

Пытаюсь позвать ее.

Пытаюсь сказать ей, что я все еще борюсь.

Выходит как сломанный рык.

Сломанный, как я.

Я подвел.

Я подвел ее.