Каллахан

Глава пятьдесят шестая

Лэйни

На суде над Бесс выяснилось, что она видела, как Эрл и Джо — племянник Эрла, скрывавшийся на ферме Шиллингов, — наблюдали за мной через скрытые камеры.

Она, очевидно, боялась Эрла и решила, что лучшим выходом будет попытаться запугать меня, чтобы я уехала. Бесс добровольно передала мне здание пекарни в полную и безоговорочную собственность, и судья приговорил её к уже отбытому сроку и испытательному сроку.

Джо повезло меньше.

К счастью, он пошел на сделку со следствием, по которой его упекли на пятнадцать лет, так что мне не пришлось давать показания. Или знать, что видео со мной обнаженной выставят в суде на всеобщее обозрение.

Полиция провела осмотр моей квартиры и сняла все скрытые камеры, но мне всё равно было жутко там находиться, поэтому мы с Конором переехали к Адаму, а квартиру я сдала.

Благодаря отсутствию арендной платы и доходу от сдачи квартиры у меня появилось гораздо больше пространства для маневра, и я смогла нанять больше помощников. Это позволило мне проводить больше времени дома с Конором, к некоторому неудовольствию Терезы и Хью. Поэтому у нас с Адамом было твердое правило: каждую пятницу мы ходили на свидание, чтобы «бабуля» и «дедуля» О'Брайен могли посидеть с внуком.

И, по настоянию Адама, я начала носить кольцо Шона на правой руке. Он объяснил, что это кольцо свело нас вместе, и было бы обидно хранить его в шкатулке. Я согласилась и надела его.

Адам обнял меня и прошептал:

— Обещаю, я подарю тебе кольцо и для левой руки.

Я посмотрела на него и улыбнулась:

— Я не тороплюсь.

— Я тоже. Но как думаешь, когда мы сможем начать планировать братика или сестренку для Конора?

— Наверное, когда ему исполнится год.

Адам

Я сделал ей предложение на следующий день после первого дня рождения Конора, и в ту же ночь мы приступили к делу.

Эпилог

Брайан

Сначала я услышал писк.

Затем почувствовал характерный запах.

Я знаю этот запах. Откуда я его знаю?

Но открыть глаза стоило огромных усилий. Я заставлял веки подняться, но тщетно.

И, блядь, как же хотелось пить.

Наконец, слипшиеся глаза приоткрылись, и зрение сфокусировалось.

И там была она. Женщина, по которой я тайно сох больше года — сестра Лэйни, Джейд.

Мне это снится?

Я огляделся и понял, что нахожусь в больничной палате. Посмотрел вниз и увидел, что пациент здесь я.

О нет, только не это.

Она заметила, что я шевелюсь, и улыбнулась.

— Привет. С возвращением.

Где я был?

Я попытался спросить об этом, но во рту было сухо, словно там напихали ваты. Джейд тут же подошла ближе и поднесла к моим губам ложку с ледяной крошкой. Гордость велела отказаться от кормления с ложечки, как младенца, но пересохшее горло победило. Я втянул лед в рот. Влага мгновенно принесла облегчение.

Тут в голову пришла другая мысль: Я что, голый под этим халатом?

Я попытался невзначай нащупать рукой свое хозяйство, что было непросто со всеми этими трубками, подключенными ко мне.

Да, так я и думал. Голый.

Значит, мой зад будет на виду у всего Хейвен-Спрингс каждый раз, когда я буду вставать с кровати.

— Почему я здесь?

— Тебя ранили в бедро, когда ты спасал мою сестру. Пуля задела бедренную артерию. Ты только что после операции. Там в приемном покое толпа народа, все рвутся тебя увидеть.

Уф. Я помнил, как в меня выстрелили, но дальше — провал. Могу только гадать, что я нес и делал под наркозом.

Одно было ясно: я не хотел, чтобы она видела меня таким — беспомощным и слабым.

— Ты не можешь быть моей медсестрой, — выпалил я.

Она наклонила голову и нахмурилась.

— Вообще-то, у тебя здесь нет права выбора.

— Нет, — настаивал я. — Ты должна взять самоотвод. Это конфликт интересов. Меня подстрелили, когда я спасал твою сестру.

— Медсестры не берут «самоотвод». Это не зал суда, Брайан. В медицине такие правила не работают. И даже если бы работали — с чего бы это уход за человеком, спасшим мою сестру, стал конфликтом интересов?

Я не знал, что ответить, но всё же…

— Мне плевать.

Она уперла руку в бок.

— В чем твоя проблема?

— Моя проблема — ты! Я не хочу, чтобы ты была моей медсестрой!

— А я тебе говорю: у тебя нет выбора.

— В меня выстрелили при исполнении. Чэд мне не откажет.

Чэд был генеральным директором больницы.

— Брайан О'Шонесси — ты самый невыносимо красивый пациент, который у меня когда-либо был!

Её глаза округлились, и она быстро попыталась поправиться:

— Раздражающий! Невыносимо раздражающий!

Я почувствовал, как на лице расплывается улыбка.

— То есть ты считаешь меня красивым?

С этим можно работать.

— Нет! Я же сказала — ты меня раздражаешь!

— Но сначала ты сказала «красивый».

Она резко развернулась на каблуках и направилась к выходу.

— Ты куда?

Обернувшись, она смерила меня взглядом с ног до головы на больничной койке.

— Искать тебе новую медсестру.

— Но я уже не хочу новую.

— Поздно. А я хочу нового пациента.

Переводчик: mercenary files

Также ищи меня в ВК