Счастье с доставкой на дом

Глава 21

Лада

Я заметила ее, еще когда выходила из машины.

Просто сделали мы это одновременно. Почти что синхронно. Только если я выходила из старого потрепанного местного такси, то незнакомка, за которую у меня зацепился взгляд, грациозно выплыла из дорогого белоснежного седана.

И вроде бы фиг бы с ней!

Я тороплюсь к Роме, и все мысли у меня только о Роме…

Но меня что-то покоробило. Будто чуйка “дернула”.

Я зависла.

Смотрелась женщина на этой парковке ночью, у обшарпанного и не самого презентабельного отеля до боли чужеродно. Так же не к месту, пожалуй, смотрелся тут только белый внедорожник Ромы. Дорого и контрастно.

Столица.

Что от машины Бурменцева, что от незнакомки веяло роскошью. Обычно в наши далекие дали такие дамочки не заглядывают. Городишко у нас скромный, и похвастаться нечем. Единственные, кто мог бы позволить себе такую шубку и машинку, это жены и любовницы местных чинуш, но даже это не объясняло, почему я стою и провожаю ее взглядом.

Залипла.

Женщина, будто почувствовав внимание к своей горделивой осанке, обернулась.

И вот прокол, Услада. Вовсе-то она не женщина. Девушка. Может, на три-четыре года младше меня. А по спине-то и не скажешь. Как там говорят? Поступь царицы, а взгляд львицы. Светской. Знающей себе цену. Насмотрелась я на таких в Москве за последние полтора года…

Не увидев во мне ничего примечательного, девушка отвернулась.

Я же, все еще продолжала стоять столбом, гадая, почему я вообще на пути к Роме зависла на таком неожиданном “моменте”. Может, потому что в сердечке что-то кольнуло при виде нее? И внутренняя язва напомнила, что мне, Синичкиной, такое властное высокомерие и не снилось! С моим-то среднестатистическим пуховичком, удобными кроссовками без всякого намека на каблук и шапкой…

Кстати, о ней! Ощупала макушку и только сейчас сообразила, что забыла ее в такси. Охнула, вздрогнула, услышав:

– Девушка, вы остаетесь или как? – от водителя. – Дует.

Дурында, Лада!

– Остаюсь. Да. Спасибо, – протараторила. Нырнула в салон, хватая с заднего сиденья шапку за помпон, и вынырнула, закрывая дверь. Взглядом ощупав крыльцо отеля, заметила, как удивившая меня незнакомка скрылась в здании. Припустила следом, торопливо перебирая ногами и время от времени проскальзывая на льду.

Внутри все еще колыхалось малопонятное мне предчувствие чего-то, чего я даже себе не могла объяснить.

Вот вечно у тебя все через одно место, Лада!

Ну, подумаешь девушка!

Ну, подумаешь из Москвы в нашем областном задрюпинске!

Ну, подумаешь…

Да мало ли куда!

Да мало ли к кому!

Или не “мало ли”?

К горлу подкатил ком. Меня слегка залихорадило. Окатило волной иррационального, необъяснимого страха.

Примечательно, что после знакомства с Ромой да и до сих пор я бы не удивилась, если бы он себе в подруги выбрал кого-то такого… подобного этой дамочке, от которой за версту несет дорогим парфюмом. Не меня, Усладу Синичкину, с двумя детьми и кучей комплексов, а вот ее – знающую себе цену, в стильном полушубке и сапогах на убойном каблуке стоимостью, как вся моя жизнь.

Ее. Не меня.

Так и что, если она приехала к… Бурменцеву?

Ну, очень эта незнакомка не к месту в этом городе и в этом отеле! Поверить в то, что это совпадение и дамочка просто заблудилась? Потерялась? Попутала дорогу? Встречным ветром занесло? В ночь перед Рождеством? Серьезно? Нет. Что, если моя интуиция сработала как никогда, кстати, и эта стильная дамочка здесь неспроста?

Меня от макушки до пят раскаленной лавой обожгло. Пальчики в кулаки сжались. Изнутри острыми иголками по коже пробежало совершенно новое для меня чувство. Ревность. Никогда не думала, что могу так быстро закипать. Но случилось, что случилось, и меня буквально начало потряхивать на месте. А когда, оказавшись в теплом лобби отеля, я краем уха услышала, как девушка елейным, до зубного скрежета нежным голоском интересуется, в каком номере остановился Роман Бурменцев – сомнений не осталось. Чуйка, Синичкина, великая вещь!

Я повыдираю ей волосы!

Кто она, что она, какого вообще…

Так, спокойно, Синичкина!

Следом за злостью на незнакомку поползли мои распрекрасные родные комплексы. Неужели у Ромы кто-то есть? Неужели он меня все это время обманывал?

Опять ехидный голосок напомнил: вообще-то он мужик не железный и раз ты играешь в недотрогу, то Рома быстро нашел кого посговорчивей…

Но я этот “голосок” задушила. Изощренно и с наслаждением! Заставила биться его в конвульсиях. Ну, нет! Это же бред! Нет, и все тут! Не верю, что из Ромы такой прекрасный актер и он так умело меня обманывает всю последнюю неделю! Зачем ему это? Столько сил и времени угробить на меня и детей, чтобы что…?

Не верю!

Он же…

Мы же…

Эх.

Тогда кто она и зачем здесь? А если бы я не приехала в эту ночь? Чем бы эта встреча закончилась? Бизнес-партнер или коллега? Так время почти десять! Совсем не рабочее, надо сказать.

Без паники Лада. Главное, без паники.

И не реветь!

Не реветь, я сказала!

Я поджала губы. Девушка, “выпытав” за шоколадку у администраторши, в какую сторону ей цокать своими стильными сапогами, потопала к лифту. Я и без администратора распрекрасно знала, где тут находится номер Ромы. Заходили как-то с детьми.

Вот только зачем я туда иду и что будет дальше, когда мы столкнемся с этой фрей на пороге номера Бурменцева, я даже не подумала. Я просто шла. Шла к своему мужчине! А куда шла эта мамзель, понятия не имею.

Шла я решительно. Я вообще сегодня вечером решительна так, как никогда не была за всю свою жизнь!

Шла, переступая со ступеньки на ступеньку. Поднималась по лестнице. Правда, чем ближе к номеру, тем медленней переставлялись ноги. Оказавшись на лестничной клетке перед дверью с табличкой “второй этаж”, я замешкалась. Положила руку на ручку и задумалась. В голову влезла шальная, абсолютно незрелая и дурная мысль.

А что, если я подслушаю?

Уф! Стыдно, Услада! И совсем тебе не по годам такая шалость!

Но… зато все сомнения либо развеятся, либо получат свое подтверждение. Второе не хотелось бы. Это вновь разобьет мне сердце. И страшно, и волнительно, и вообще своему мужчине нужно доверять, ибо без доверия отношения не построишь.

Но!

Доверяй, но проверяй, ведь так?

Помявшись на месте в нерешительности еще пару долгих секунд, кусая губы, сжимая и разжимая пальчики и разрываясь от сомнения, я все-таки, укротив своих “тараканов” в голове, выбрала вариант быть плохой девочкой. В конце концов, все в нашей жизни не случайно.

Выйдя в коридор, не дыша, на цыпочках, я подкралась к углу, за которым находилась дверь в номер Бурменцева. Да как раз в тот момент, когда девушка постучала.

Сначала раз. Нерешительно. Замялась. Мне на мгновение даже показалось, что она передумала и сейчас уйдет. Но потом, будто опомнившись, постучала снова. Уже уверенней. Громче.

Секундная заминка. Мне кажется, наравне с бьющимся у меня в ушах пульсом, я слышу и шаги Ромы по номеру. А потом щелчок.

Дверь открывается.

Мое сердце замирает…

Рома

– Привет, Ром…

Стеф первая нарушает тишину. Глазами своими щенячьими на меня смотрит снизу вверх, только что хвостом не виляет.

Резкий контраст с той, что не так давно меня пыталась “охмурить” в кафе, и той, что стоит сейчас перед дверью моего номера, нервно теребя в руках ключи от машины.

– Что ж, похоже, мне пора перестать удивляться и гадать, как вашей семейство умудряется найти меня везде, где бы я ни был.

Стеф потупила взгляд.

Виноватой себя почувствовала?

Правильно, девочка. Сколько можно тыкать их с братом, как котят носом, носом в личные границы, которые они лихо раз за разом перемахивают?!

– Как ты здесь оказалась?

– Приехала, – взмахнула ключами девчонка.

– Ночью?

Плечами пожимает.

Прохожусь по ладной фигурке в шубке взглядом. С удивлением подмечаю, что в сердце теперь совершенно ничего не екает. В приятном смысле. А вот обратного – хоть отбавляй. Раздражение клубится. Навязчивость семейства Ростовцевых в последний месяц переходит все морально дозволенные рамки. К сожалению для них, у моего терпения тоже есть предел. Я больше не собираюсь строить из себя джентльмена и распинаться. Говорю, едва сдерживая тон:

– То есть сотня неотвеченных вызовов тебя не остановила?

Взгляд исподлобья, Стеф теряется. Пищит:

– Нам надо поговорить.

– Я тебе уже все сказал по телефону.

– А я нет!

– Каким образом на этот раз?

– Что?

– Нашла меня.

– А что, был какой-то другой “раз”?

– Не заговаривай мне зубы, Стефания. Ты прекрасно знаешь, что со мной это не прокатит. Я не твои зеленые дружки из универа. Им ты можешь строить глазки и краснеть. Я дяденька, умудренный опытом.

Стеф фыркнула. Поморщилась. Заявив:

– А ты изменился, Ром. Всего за пару недель стал другим человеком. А я-то не верила.

– Совсем нет. Я всегда таким был. Резким и холодным, когда дело касалось моих интересов. А ты была всегда слишком маленькая, чтобы это понять.

– Ты так скалишься на меня, как будто я сделала что-то ужасное! – топнула ногой принцесса. – А я всего лишь потратила чертову кучу времени, чтобы найти тебя и доехать до этого богом забытого городка! И, между прочим, ради тебя! Ты ко мне несправедлив!

– А ты меня спросила, мне нужны такие твои “жертвы”, Стеф? – рыкнул я, чуть наступая. – И я скалюсь, возможно, потому, что теперь мне есть что терять, не думала об этом? Вы раз за разом с ноги вышибает с братцем дверь в мою личную жизнь, а я должен это молча проглатывать? Хватит. Наелся. Поэтому еще раз спрашиваю: каким образом вы умудряетесь вечно выскакивать на моем пути, как черти?

Грубо? Вероятно. Сам себя ненавижу за такие слова. Но я уже сказал: в этот раз мне есть чем и кем дорожить. Спокойствие Синичкиной и мое спокойствие мне гораздо важнее. Старые чувства – это старые чувства. Но я не готов предать доверие Лады. У нас с ней только все вышло на прямую дорожку, и еще раз оказаться вне зоны ее доверия – не хочу. Не могу себе позволить ее потерять.

– Может, оденешься и все-таки уделишь мне пару минут? – вздернула бровь девчонка, кивая на мой голый торс и полотенце, которое я наскоро наматывал на бедра после душа. – А я пока пройду и… – рванула в проход между мной и косяком.

Я заступил дорогу.

В нос ударил, обжигая рецепторы, знакомый приторный аромат духов, я и не подумал с места сдвинуться. Упер руки в бока. Заслонил собой весь проем.

– Что это значит? – вскинула возмущенный взгляд.

– Что в номер ты не попадешь. А я все еще не получил ответ на свой вопрос.

– Почему?

– Все. Детство закончилось, Стефания. Хочешь играть, давай по-взрослому.

Стеф надула щеки. Натурально. В данный момент все больше напоминая ту самую девчонку из прошлого. Капризная принцесса, которая всегда получала то, что хотела. Вот только со мной матрица ее жизни дала сбой. Хоть кто-то же должен был ей ее “хочу” отрикошетить в лоб, для усвоения урока?

– Грубиян. Я могу и обидеться.

– Ради бога. Показать, где выход? Там, – махнул рукой в сторону лифта у нее за спиной.

Девчонка возмущенно запыхтела. Весь столичный лоск слетел.

– Ладно, – вздохнула “гостья”, примирительно поднимая руки. – Я не ругаться и не спорить приехала. И мериться с тобой в язвительности тоже не хочу. Куда мне! Я подслушала разговор Степы. Узнала, что ты уехал. Узнала, в какой город, ну, а дальше так, дело техники. В этом Светлово не так уж и много приличных гостиниц, а я сильно сомневаюсь, что ты остановился бы в каком-нибудь обшарпанном мотеле.

Значит, вот кто у нас следопыт недоделанный? Гад Ростовцев. Видать, плохо до него мой “посыл” дошел через сломанный нос. Нужно повторить.

– Допустим.

– И я приехала не просто так, а с новостями, которые тебя точно заинтересуют.

– Если я скажу, что ты все же ошиблась и мне дела нет до твоих новостей, ты сядешь в машину и уедешь?

– Нет.

– Решительно, – покачал я головой. – Вот только доверия у меня к тебе нет, принцесса, и желания тратить время на пустую болтовню тоже нет. Прости, но ты зря проделала такой путь, Стеф.

Я потянул за ручку двери, собираясь ее закрыть прямо перед вздернутым носом блондиночки. Но девчонка, будто с цепи сорвавшись, запричитала:

– Нет, стой. Ром, стой! Я правда не с плохими намерениями! – хватаясь за косяк и запихивая руки, не давая мне ту самую дверь закрыть. – Клянусь! Просто выслушай меня!

– Стеф, не о чем…

– Послушай! Степа задумал какую-то гадость!

– С чего бы мне тебе верить?

– Я не на его стороне. Честно!

– Стороне? А у нас уже есть “стороны”?

– Ну…

– Стефания, что происходит? Чувствую себя дураком! Вы с братом последний месяц, как с луны свалились. Я старался, но до сих пор не понимаю такого обостренного внимания к своей персоне. Пять лет назад я вашему семейству был не нужен. Так сейчас-то что за черт?!

Девчонка стушевалась.

– Это длинная история.

– Очевидно, раз ты приехала, то готова мне ее поведать?

Стеф потупила взгляд, упирая его в пол, себе под ногами. Выражение лица растерянное. Обиженное. А я только сейчас сообразил, что обозлился на фактически ребенка. Ребенка, который точно ни в чем не виноват.

Вымещать злость на той, которая почти вдвое младше? Класс, Бурменцев!

Ниже только дно!

Я обвел бесцельно взглядом коридор. Выдохнул. Успокоился. Молча рыкнул, и потер переносицу, спросив:

– Если ты не на стороне брата, то что за ерунда была тогда в ресторане перед Новым годом? Что за флирт, Стеф?

– Тебе было неприятно? – подняла на меня свои щенячьи глазки.

– Дело не в этом. А в том, что та девочка, которая клеила меня за столиком ресторана – была не ты. Или я дурак и чего-то упустил?

– Не я, – вздохнув, покаянно согласилась гостья. – Степа сказал, что это ты проявил инициативу и хочешь… ну… что у тебя по-прежнему ко мне есть чувства, Ром. А я поверила, вот и все.

– Глупо.

– Знаю. Теперь, – покраснели щеки Стеф. – После того ужина мне стало предельно ясно, что Степа в очередной раз меня обманул.

– В очередной раз?

– Это по его “предложению” родители вернули меня из Италии. Мне он сказал, что это временно.

– Вернули? Ростовцев сказал, что ты досрочно закрыла сессию и готовишься к диплому. Ты мне это в ресторане подтвердила.

– Обманула, – поморщилась собеседница. – Он так попросил. Ничего я не закрывала. Но это не суть. После того ужина, когда ты дал мне отворот-поворот, Степа чуть ли не в бешенство впал. Тогда-то я и узнала, что им с отцом нужен наш с тобой брак.

– Чего?! Это розыгрыш какой-то?

– Да нет же! Вот они и суетятся. Носятся со своими коварными планами, как наседки. Это противно…

Честно говоря, от такого заявления я опешил. Все в моей жизни было. Но чтобы под меня насильно кого-то подкладывали…

Ах… слов приличных нет!

Ну, Ростовцев, ну ско…льзкий тип!

– Зачем им этот брак?

– Я… – замежевалась.

– Давай, Стефания. Не время трусливо уши поджимать, – надавил я. – Если ты не скажешь, я один черт до правды докопаюсь!

– Дела с бизнесом отца совсем плохи. А ты вроде как…

– Выгодная партия, надо полагать? – подсказал я.

– Прости.

– Шикарно просто! – чертыхнулся, от души долбанув кулаком по косяку. Тяжело было сдержать фырканье и рвущийся поток трехэтажного мата. Но я сдержал. Где-то глубоко внутри я что-то подобное и подозревал. Значит, совсем дела Ростовцевых пошли по наклонной.

– Поэтому тебя вернули в Россию. Ты бросила универ? – догадался я.

Стеф молча кивнула.

Зашибись, что тут сказать? И девке жизнь сломали, и мне чуть…

И ведь если бы ни Синичкины, то я с вероятностью девяносто процентов из ста повелся бы! Если бы Лада своим появлением не открыла мне глаза – капкан Ростовцевых захлопнулся бы на моей шее. Фиг бы я потом из него выпутался.

– Прости, – прозвучало еще раз тихое.

Между нами снова повисло напряжение.

Спокойно, Бурменцев.

Думай, черт бы тебя побрал!

Я пытался включить здравый рассудок и хоть мало-мальски проанализировать полученную информацию. Прикинуть, что делать дальше. А Стефания нервно мялась на пороге, не зная, куда еще бы спрятать свой взгляд.

– Знаешь, чего не пойму? – наконец подобрал я слова. – С чего бы тебе идти против семьи? Обида на то, что не дали закончить универ?

– Универ тут не при чем! – взвизгнула упрямо малышка. – Я им не кукла! – ощерилась, вспыхнув, как спичка. – Я не игрушка, которую можно продать ради их дурацкого бизнеса! Я… то есть ты хороший мужчина, Ром. И я правда была бы счастлива, если бы у нас… но, в общем, – вздохнула Стефания. – Мне обидно. Я-то вижу, что я тебе не нужна! А вступать в брак по расчету, тем более, когда такими мерзкими способами к нему ведут, я не собираюсь! Я хочу замуж за человека, который меня будет любить, а не обеспечивать клиентами отца.

– Почему ты ничего не сделала, Стеф? Раз на то пошло?

– Сам подумай. Я пыталась остановить Степана, когда он поплелся к твоей Синичкиной на катке, но кто младшенькую станет слушать? Пыталась поговорить с отцом, намекнуть, что лучше бы они поговорили с тобой честно и открыто, а не вот так… Тот же результат. Только и слышала по кругу: “не лезь, Стеф” и “ты ничего не понимаешь, Стеф”.

– Тогда почему не пришла и не рассказала мне обо всем?! Сразу. Честно!

– Сначала я думала, что и ты хочешь этой свадьбы! Степа мне так сказал. Намекнул… А после ресторана мне было просто неудобно лезть к тебе напрямую. Ты предельно четко указал мне мое место.

– Это просто театр абсурда какой-то!

– После того, как ты подправил Степе нос и намекнул на увольнение, он вообще с цепи сорвался. Это я тебе и пыталась сказать по телефону! Поэтому я и здесь, чтобы предупредить тебя. Я плохо в ваших бизнес-делах разбираюсь, но из того, что я слышала, поняла, что перед уходом Степа хочет стащить у твоей фирмы клиентскую базу и слить текущие проекты. Они в очередной раз проворачивают с отцом какую-то аферу, и мне это не нравится! Он в бешенстве и хочет мести. Степа плохо понимает, что сам же себя и закапывает…

– Вот же с… – вовремя заткнулся я.

– И он не один, Ром.

– Что? Кто еще?

– Помнишь того программиста? Не помню, как его зовут. Светловолосый такой. Протеже моего брата. Не так давно он ему помог к тебе на фирму устроиться. Красков? Краснов? Крас…

– Красильников? – подсказал я, скрежеща зубами.

– Да, точно, он!

И этот ползучий тут. Почему я не удивлен? Теперь картинка встала на место. И почему эти двое в выходной день тридцать первого декабря ошивались парочкой на фирме, тоже стало ясно.

Я бы заметил это. Придал бы этому значения. Если бы на тот момент меня не накрывала единственная проблема – Синичкина.

Упустил. Теперь фиг его знает, что они успели натворить вдвоем. Бони и Клайд недоделанные…

Ляпнуть рвущийся с языка нелестный эпитет об этом самом Красильникове я не успел. Человек, бросивший своих детей, априори не может быть хорошим. Но и эту мысль додумать я не успел.

Как гром среди ясного неба, по пустому коридору, отскакивая от стен, пронеслось:

– Красильников?! – знакомым, звонким, возмущенным до предела голоском. – Ты сказала, Красильников?!

На мгновение показалось, что у меня на фоне открывшейся информации поехала крыша. Глюкнуло. Но потом я выглянул из номера. Выглянул и в натуральную, совсем не по ситуации обомлел.

Из-за угла выскочила моя разъяренная Синичкина. Глаза пылают огнем, губы искусанные поджала, волосы растрепаны, щеки полыхают, кулачки свои грозно сжимает. Несется к нам со Стеф, как метеор, и, судя по выражению на ее кукольном личике, Усладу разрывает от желания убивать…

Я моментально все Ростовцеву простил. Ибо, кажется, у него получилось вытащить из моей трусливой тихони дьявола…

Чертовски сексуального дьявола!