Счастье с доставкой на дом

Эпилог. Рома

Спустя год, после событий в прологе…

Какая удивительная штука – жизнь.

Казалось бы, год – триста шестьдесят пять дней. Что это, в масштабе целой жизни одного человека? Пшик. Незначительный отрезок времени, который пролетает быстрее реактивного самолета.

На первый взгляд.

Но при детальном “рассмотрении”, как разительно за этот год может поменяться жизнь. Как глобально могут сместиться приоритеты и привязанности. И сколько всего раньше недоступного и непонятного тебе может, за эти триста шестьдесят пять дней, стать важным и значимым. Центром твоей личной Вселенной.

Подумать только, еще в прошлом году, за неделю до Нового года, точь в точь двадцать четвертого декабря, я летел из командировки в столицу. Точно так же, как сейчас, смотрел на огни приближающегося ночного города в иллюминатор и не подозревая, что сидя почти в таком же салоне частного бизнес-джета год спустя я буду уже… отцом и мужем. У меня на руках будет заразительно посапывать своим крохотным курносым носиком новорожденный сын – Тимофей Романович Бурменцев – наше с Ладой сладкое чудо четырех недель от роду. Кряхтящий, сопящий, требовательный кроха, пахнущий счастьем, молоком и любовью. Самым ее чистым и откровенным проявлением в этом мире. На моем плече будет сладко дремать любимая жена, смешно сморщив нос, а чуть поодаль, на диване, будут смачно причмокивая, уплетать за обе щеки свежую клубнику двое моих сорванцов: Лев Романович и Мария Романовна. Уже официально – мои. Бурменцевы.

Семья.

Ухмыляюсь, качая головой.

Кто бы мог подумать, правда? Наверное, человеку, у которого семья была всю его сознательную жизнь, и для кого родные люди не подарок свыше, а данность, тяжело понять, какие в голове пожизненного одиночки происходят удивительные коллаборации. Как быстро и крепко строятся привязанности. Год назад я барахтался один, а теперь у меня есть целых четыре смысла жить дальше. Целых четыре человека, ради которых хочется открывать каждое утро глаза, сворачивать горы и ловить звезды. Расти и совершенствоваться, учиться и быть каждый день чуточку лучше чем вчера.

Мои Синичкины – Бурменцевы.

Я улыбнулся, целуя свою любимую в макушку. Вдыхая уже въевшийся на подкорку сознания любимый аромат, любимой женщины. Не надышаться!

Лада завозилась, крепче обхватила своими ладошками мою руку, но и не подумала проснуться. Умаялась совсем моя Синичкина. Ну ничего, еще часа-два и мы будем дома…

В конце октября мы намеренно улетели в Штаты. За месяц, до предполагаемой даты появления нашего киндер-сюрприза на свет. Роды в хорошей клинике, и в приятном климате, с солнцем и свежим воздухом, в просторной вилле на берегу океана – самое меньшее, что я мог устроить для Лады, которая все девять месяцев мучилась почти в одиночку, вынашивая нашего богатыря сына.

Месяц “до” и месяц “после” – время пролетело стремительно. Правду говорят: счастливые часов не наблюдают.

Роды были непростыми, но все прошло хорошо. Пару дней в клинике, и Ладу с малышом выписали. Тогда то и начались первые недели, которые для нас, как для многодетных родителей, оказались тот еще атас…

Мы с Синичкиной тысячу раз пожалели, что не смогли уговорить Ирину Васильевну полететь с нами, но боязнь самолетов – дело такое. В итоге, спали мы с Ладой по очереди, урывками и абы как. Ели тоже в перерывах между штудированиями “мамско-папских” книжек и долгих часов умиления над люлькой. Тряслись, в общем, над ребенком, опасаясь и вздрагивая при каждом шорохе и вздохе сына, все еще свыкаясь с мыслью, что теперь на нас лежит ответственность за еще одного маленького человечка, появившегося в этом мире.

Благо Лев с Марусей, понимая всю серьезность ситуации, вели себя тише мыши и со рвением помогали, хватаясь за любое поручение. Да и вообще, смотрю на наших двойняшек, они с появлением Тимоши будто резко выросли. Уже не те смешные малые, которые встретили меня на пороге собственной квартиры год назад, а серьезные, ответственные, деловые “старшенькие”. Брат и сестра. Меньше ругаются, больше строят друг друга и время от времени нас с Синичкиной. А как они ждали, когда Тимофей родиться? Это надо было видеть! Это особый вид прекрасного. Как они болтали с животом Лады, рассказывая младшенькому сказки – запомню на всю жизнь. А ритуал с наглаживанием и десятикратным “спокойной ночи, братик” животу, перед сном – это было очаровательно.

Нет, половина жизни ожидания точно стоили того, чтобы встретить своих птичек “залетных”.

– Пап, – подкрадывается Лев, – а можно мы возьмем конфеты, м?

Я покосившись на Синичкину, чувствуя, что мне потом уши открутят за свою слабость, и неумение устоять перед “щенячьими” глазками детворы, кивнул:

– Только тихо и маме не слова.

Левушка приложил пальчик к губам:

– Секр-рет!

И похихикивая, потопал на носочках в сторону заветных сладостей. Добытчик.

Тимоша завозившись на руках, сладко зевая, открыл свои ясные глазки. Совсем уже осознанный взгляд устремился на меня, сынок сонно покряхтывая, улыбнулся. Наш маленький “кипишёр”.

– Ой, мы проснулись? – слышу сонное от Лады, которая выпрямляется в соседнем кресле и сладко потягивается.

– Проснулись.

– Чего не разбудил?

– Он только открыл глаза, спокойно мамочка, у папы все под контролем.

– Я даже не сомневалась. Настолько под контролем, что еще неделька, и я могу выходить в кондитерскую, правда?

Я аж слова все растерял. А моя хитрая лиса, издевательски поинтересовалась:

– Как на счет декретного отпуска, дорогой?

– Не настолько! Пожалей, Синичкина!

При всей моей безграничной любви к сыну, но я до сих пор даже дышать в его сторону опасаюсь. При мысли, что придется остаться с Тимом один на один, больше чем на полчаса, да еще и без Синичкиной в соседней комнате, в холодный пот бросает. Где я, а где это хрупкое создание? Он же такой маленький и совершенно, абсолютно неконтролируемый!

Собственно, кого-то мне это напоминает…

Кошусь в сторону жены, которая перехватив мой взгляд, заламывает хитро бровку и спрашивает подозрительно:

– Ты чего?

– Чего?

– Улыбаешься так загадочно. Как будто что-то очень хочешь мне сказать.

– Тебе показалось.

– Хм, ну ладно…

Дабы снять любые подозрения передаю сына в руки жены и подмигнув, чмокаю ее в щечку.

– А вообще знаешь, хочу. Сказать, что люблю тебя, родная.

– И почему мне кажется, что ты заговариваешь мне зубы… родной? – беззлобно интересуется Услада, улыбаясь, сверкая своими очаровательными глазками.

– Не представляю, – посмеиваюсь я, и чтобы не мешать Ладе кормить ребенка, перебираюсь на диван к Левушке с Марусей, который с распростертыми объятиями встречают протянутой самой большой ягодой и дружным:

– Ты с нами будешь мультики смотреть, пап?

***

Через полчаса самолет заходит на посадку. Столица встречает нас обильным снегопадом и приятными, для здешних мест, “минус пять” на градуснике.

Я, подхватив Тима в люльке, выхожу на морозный декабрьский воздух, а следом Лада, в сопровождении Льва и Маруси. Разобраться с контролем и документами – дело минутное, и уже в начале десятого мы дружным семейством шагаем по огромному зданию аэропорта.

Кручу головой – вокруг все как всегда, что невольно вызывает улыбку. Елки, гирлянды, мишура и неизменный Frank Sinatra. Атмосфера буквально пропитана приближающимся грандиозным праздником. Уютным, семейным, теплым. И если раньше я думал, что ничего особенного в этой ночи нет, то сейчас, ловлю себя на мысли, что и сам, как мальчишка, внутренне замер в ожидании тридцать первого декабря. Наш дом, снег за окнами, потрескивающие в камине дрова, пышная ель, наряженная детьми, нарезающий по гостинной круги Рич, Тим в нарядном “бодике”, Лада в сногсшибательном платье и Левушкой с Марусей шуршащие своими подарками – разве может быть в этой жизни что-то идеальней? По мне так нет.

– Мам, а мы когда поедем покупать костюмы на утренник? – интересуется Маруся, подхватив Ладу за руку.

– А вы уже выбрали, какие костюмы хотите?

– Я буду Человеком Пауком, – деловито заявляет Левушка.

– Классный выбор, – подмигиваю я сыну.

– А я принцессой хочу, можно?

– Ты будешь самой очаровательной принцессой, Марусь.

– Круто!

Лада посмеиваясь, треплет хвостик Маши.

– А Тимоше мы тоже купим костюм? Он пр-ридет к нам на утр-ренник?

– Тимоша еще маленький, Левушка. Но в следующем году – обязательно!

Пока семья переговаривается, обсуждая, какой наш притихший Тимоша выберет костюм на следующий праздник в саду у брата и сестры, я неожиданно утыкаюсь взглядом в знакомое красно-зеленое платье и колпак с колокольчиком. Смешной и несуразный знакомый костюм. С шага сбиваюсь, притормаживая, услышав:

– Не желаете загадать новогоднее желание…

Эльф!

Память на лица у меня всегда была отличной, и я больше чем уверен, что эта та же самая девчонка, что год назад поймала меня в супермаркете. Как ее там звали? Бон-Бон, кажется.

Улыбка сама собой на губы наползает. Надо же, как все в этой жизни циклично.

Мысль в голову прокрадывается подойти и сказать “спасибо”, но я ее давлю. Глупость это. Если уже кого и надо благодарить за появление Лады с детьми в моей жизни, так это Нинель, а не девчонку из супермаркета, но тем не менее. Этот забавный эльф меня практически научила верить в чудо.

– Ром, ты чего? – приобнимает Лада, заметив мою заминку.

– Видишь вон ту девочку, – киваю в сторону Бон-Бон.

– Угу.

– Ровно год назад, Синичкина, эта она заставила меня загадать желание в супермаркете у дома.

– О-о-о, правда?! Надо подойти!

– Что? Зачем…

Но мои протесты уже улетели в небытие. Лада с детьми припустили в ее сторону, активно перебирая ногами. Мне не осталось ничего другого, как пойти за ними следом. Уже на подходе услышав, с каким воодушевлением эльф вещает “пойманной в сети” молодой паре, что их желание всенепременно исполниться, стоит только очень сильно захотеть.

Пара кивает, послушно выполняет просьбу девочнки и ретируется. Бон-Бон, явно за год повзрослевшая, оборачивается и заприметив меня, подозрительно щурится. Замирает. Вскидывает пальчик, топает ногой и долгие мгновения молчания спустя, вскрикивает:

– Точно! Это же вы тот дяденька с синичкой! Я вас помню!

Я улыбаюсь и киваю.

– Ну здравствуй, Бон-Бон.

Девчонка пробегает глазами по моей фигуре, по люльке с уснувшим Тимошей и смотрит на Ладу с детьми. Явно оценив ситуацию верно, расплывается в улыбке, когда Синичкина очаровательно улыбнувшись, говорит:

– Здрасте! Мы очень хотим загадать желание.

– Конечно! Вот, вот возьмите, – протягивает три бумажки и карандаш Ладе с детьми, девчонка. – Вы загадываете, а мы его исполняем! Ну то есть не мы, мы то так, посредники, но передадим ваши записки Деду Морозу. А уж он, будьте уверены, постарается!

– Настоящему?!

– Пр-рямо живому Деду Мор-розу?!

Охают дети.

– Самому что ни на есть настоящему и живому! – загадочным шепотом сообщает детям эльф.

– Кр-руто!

Лада стрельнув глазами в мою сторону, вместе с Левушкой и Марусей отходят, и о чем-то тихо шушукаются, а я остаюсь в сторонке, наблюдая за любимым трио. Стою и улыбаюсь, как дурак, пока семейство пишет свои пожелания на клочке бумаги, и не сразу замечаю, что тихо, бочком, Бон-Бон подкралась ко мне:

– Не сочтите за грубость, но я могу полюбопытствовать?

– Ну, попробуй, Бон-Бон, – усмехаюсь.

– Ваше желание… оно исполнилось? Ну мало ли. Хотя оно, конечно, было самым странным из всех, что я видела, но чудеса случаются. А как показывает практика, как минимум половина загаданного в канун Нового года – невероятным образом воплощается в жизнь. Это я вам как работник фирмы с трехлетним опытом говорю!

– Я же говорил тебе, что не верю в чудо, – напоминаю.

– И тем не менее! – топнула ножкой девчонка. – Ну скажите, ну исполнилось же? – звучит требовательно-обиженное.

Я оглянулся. Нос сморщила и нахмурилась. Смешная, наивная, искренне верящий в чудо ребенок, который однажды разбудил своим напором и ребенок внутри меня. Невольно в груди разливается отеческое тепло по отношению к этой удивительной малышке, что я улыбаюсь и киваю:

– Исполнилось. А знаешь как? Знакомься, Услада, Лев и Мария Синичкины, – кивнул я в сторону Лады с детьми.

– Вы шутите?! – округляются глаза эльфа. – Правда?! Не врете?!

Какой на лице девчонки загорается детский восторг – словами не описать. Появилось ощущение, что она еле сдерживает себя, чтобы не начать скакать от радости.

– Нет, не вру. Ровно в тот же день, что ты заставила меня загадать желание, у меня дома появились целых три очаровательных представителя семейства “синичкиных”. И знаешь? Спасибо, Бон-Бон.

– Мне то за что?

– Просто “спасибо”. Тебе и твоей вон, – киваю на бейджик, – фирме “Счастье с доставкой на дом”. Ты была права, этому миру определенно не хватает чуточку волшебства и веры в лучшее.

Девчонка смущенно потупила взгляд, неловко заламывая руки. И только когда Лада подошла к нам, решилась спросить у меня:

– А вы не желаете загадать еще одно новогоднее желание?

– Нет, – отрицательно качаю головой, ловлю взгляд Синичкиной и улыбаюсь. – Спасибо, но теперь у меня в этой жизни есть все, и даже больше…

Целую в висок свою любимую “синицу”, перехватывая ее полный нежности взгляд и думаю о том, как сильно я пропал.

Официально – с потрохами продал душу этому ангелу, которая сделала меня не просто самым счастливым мужем на всем белом свете, но и самым счастливым отцом троих очаровательных детей.