Счастье с доставкой на дом

Глава 8

Лада

– Ох, – приложила я губы к горячему лобику дочурки. – Что-то болит, принцесса?

– Не-а.

– Горло? Нос? Голова?

– Нет, мам, – отрицательно машет головой малышка. Вся взлохмаченная, светлые волосы по подушке разметались, а глазки красные, больные.

– Лев, а ты себя как чувствуешь?

– Слегка помятым, – пробубнил себе в нос сынок, – но это потому, что я долго спал, мам. Точно-точно! – хлюпнул носом мой мужчинка. Откуда он взял это “слегка помятый”, оставалось только гадать.

– Мамочка, это значит, что мы не пойдем в садик, да? – завозилась на кровати Маруся, до подбородка натягивая одеяло. – Можно спать дальше?

– А потом наряжать елку, – схватился за удобный случай сынок.

– Ну, какая елка, Лев. Вам нужно лежать. Отдыхать. Это все потому, что мы вчера на морозе долго пробыли вечером, – вздохнула я, кусая губы, безголовая мать. – Ничего, сейчас принесу сироп, выпьете и спать, набираться сил!

– Но, ма-а-ам, я не хочу спать! Пусть Маруся спит, а я не буду, у меня нет темпер-р-ратуры.

– А я не буду спать без Льва!

– Будешь, ты болеешь, Маруся!

– А я на тебя покашляю, и ты тоже заболеешь, ясно? – демонстративно кашлянула в сторону брата принцесса.

– Эй, так нечестно, ма-а-ам!

– Так, ну-ка хвостики прижали и лежим. Мама думает, – нахмурилась я.

Лев уже собирался что-то дерзко возразить, но меня отвлек звонок телефона.

Мама. Как чувствует, что у нас тут новая “война миров”.

– Лежать, не драться, друг на друга не кашлять. Глазки закрыли и считаем овечек!

– Я не хочу считать овечек, я буду считать фламинго, – буркнула Маруся, поворачиваясь к брату спиной.

– А я буду кактусы.

– Что? Кактусы? Они же колючие!

– Пр-рям как ты, Маруся!

– Эй! – шикнула я, – ну-ка цыц!

Синички притихли, заползая под одеяло с головой, а я вышла из комнаты, отвечая на вызов, держа курс на аптечку, в которой, кажется, у меня уже есть все лекарства на все случаи жизни.

– Мама, алло.

– Усладочка, привет, солнышко.

– Привет, мам. Ты чего так рано не спишь?

– Да звоню узнать, как ваши дела? Отвезла малышную в садик или вы по традиции решили опоздать? – по-доброму хохотнула родная женщина в трубку. – Соскучились мы с папой по вам невероятно, доченька!

Я улыбнулась, шаря по ящикам в поисках коробочки с лекарствами.

Мама ведь так и не знает, что мы переехали из квартиры Эдика. Как-то все то времени, то решимости не хватало ей сообщить. Наверняка она была бы совсем не в восторге, что нас занесло в квартиру к малознакомому мужчине, пусть даже это друг Нинель, которую мама очень любит и уважает.

– Тут такое дело, приболела наша малышня. Маруська с температурой, а Левушка с соплями. Садик у нас накрылся, – покаялась я, – и моя встреча с заказчиком тоже. Придется отменять, куда я их больных оставлю…

– Ох, простыли? – взволнованно поинтересовалась мама, – конечно, такие зверские морозы! Не мудрено! Я говорила тебе, что надо было еще неделю назад их к нам с отцом привезти, ну, подумаешь, прогуляли бы две недели садика, не велика беда. Зато сидели бы в тепле, сытые и довольные. Отец вон от безделия вечерами мается, вы как уехали, и я тут места себе от скуки на нахожу.

– Утренник. Они его ждали весь год. И готовятся выступать, танцы учат со стихами, я же не могла их лишить такой радости, мам.

– Да знаю я, знаю, Ладусь, – я прям видела воочию, как мама отмахнулась, а потом вздохнула, упирая руку в бок. – Слушай, солнце, ну, приезжайте к нам сегодня? Раз у тебя заказ сорвался, дети приболели, хоть сегодня-завтра погостите у нас, а на утренник поедете отсюда, а? У меня тут Людмила Васильевна очень просила поговорить с тобой, хочет в подарок сватам кексы твои фирменные заказать. Вот и состряпали бы… вместе.

– Ну, о чем ты, как же я синичек повезу больных на автобусе? Это час до вокзала и три в дороге, а какая трасса замороженная и автобусы деревянные.

– Так я отца отправлю! Как у него уроки закончатся у его оболтусов девятиклассников, так сразу и пошлю за вами в город, м? Соглашайся, малышка.

– Гонять папу на машине туда-обратно? Накладно, мам…

– Ничего, ради внуков можно! А у тебя вон заказ сорвался, костюмы детям еще покупать, а Людка готова сразу весь заказ оплатить.

Я привалилась попой к кухонному гарнитуру, задумавшись. Доля разумности в словах мамы и правда есть. Детям будет спокойней у них дома, а я смогу немного подзаработать. Да и кто откажется провести время в родном доме с любимой семьей? Лев с Марусей так точно будут за!

Но…

Это пресловутое “но”. В такой мороз гонять отца на нашей старенькой иномарке не есть хорошо. Мучить машину, а дорога неблизкая. А ехать на автобусе – это даже не обсуждается. Какая же я буду мать, если потащу больных детей в такой дубак на общественном транспорте в область?

– Давай так, мама, – сказал я, поразмыслив, – я сейчас позвоню Нине. Если она сможет меня с детьми докинуть к вам, то мы приедем. Если нет, то не будем гонять папу. Уж эти два дня “переболеем” дома, а после утренника, я закончу с заказами и на все новогодние праздник приеду с детьми к вам, идет?

– Вот еще, Нину будешь гонять! Зачем напрягать человека, Лад?

– Все, мам, – обрубила я все попытки мамули со мной поспорить. – Я перезвоню! Целую! – сказала быстренько и положила трубку.

Маму я люблю до безумия, так же, как и отца, но иногда она бывает очень настырной, и проще с ней согласиться, чем переубедить. Творческая натура – своевольная натура! Даже как-то отец мне сказал, что залог их счастья в семейной жизни – согласиться с матерью, а потом потихоньку сделать так, как ему удобно. Идиллия!

Напоив Марусю жаропонижающим и закапав Левушке нос, я дождалась, пока мои птички задремлют, и налила себе кружку крепкого кофе. Чувствуя, что без него просто усну. Устроилась в гостиной на диване, подогнув под себя ноги, и набрала Нине.

Подруга ответила почти что моментально, а на мою просьбу, даже не раздумывая, сказала: я сейчас что-нибудь придумаю и тебе напишу! Как обычно торопливо положив рубку. Очевидно, торопясь в офис, а может быть, и на какую-то супер-мего важную встречу. Вообще, если так подумать, они с Ромой очень похожи, что характером, что взглядами на жизнь, что отношением к работе.

Интересно, как давно они дружат?

Было ли между ними что-то?

Тпру, Услада!

Одернув себя, набрала клиентке, с прискорбием сообщив, что взяться за ее заказ нет возможности по семейным обстоятельствам, а как только положила трубку, получила от Нины сообщение:

“В одиннадцать часов будьте готовы, за вами заедут! Синичек за меня в щечки расцелуй, и скажи, что я по ним жутко соскучилась. С меня большая коробка конфет!”

“Угу, а потом сертификат в стоматологическую клинику” – ответила я, тут же отправляя следом:

“Спасибо, Нин! Я без тебя бы давно пропала!”

“Не вешать нос, прорвемся, Синичкина!” – получила я в ответ сообщение со смайликом коварного чертенка. Улыбнулась, чувствуя, как на душе моментально теплеет. Какое-то время посидела, глядя на номер Романа, решаясь набрать и попросить за вчерашний вечер прощения, но… снова пресловутое “но”.

Подремав еще час прямо на диване в гостиной, на который мы при желании и втроем с детьми влезли бы, я собрала кое-какие вещи на пару дней, а в одиннадцать часов, после сообщения Нины, что “ее машина” подъехала, я уже застегивала своей банде пуховички.

Жар у Марси чуть спал, и малышка уже чувствовала себя значительно лучше. И подозреваю, это даже не потому, что подействовал сироп, а потому, что дети были переполнены воодушевления, когда я сказала им, что мы едем к бабушке с дедом.

Прихватив свои рюкзачки, малышня взялась за руки и вышла из квартиры. Я, все тщательно проверив, чтобы нигде не оставить включенной технику, воду или свет, забрала спортивную сумку с нашими вещами и закрыла на ключ дверь, и тут проверяя, дернув ручку дважды, чтобы уже наверняка!

Спускались мы, тихонько переговариваясь, Лев с Марусей опять о чем-то увлеченно спорили, а когда вышли из подъезда, я оглянулась в поисках человека, который, по словам Нинель должен нас уже ждать, да вот взгляд наткнулся только на одного такого мужчину…

У подъезда стоял, привалившись к капоту своего внедорожника, Рома.

Рома

Утром я уже был на полпути к Синичкиным, когда Нина позвонила. Собирался, вопреки ожидаемым мною капризам Лады, отвезти их с детьми в сад. Хоть убейте, но мотаться, меняя по три маршрутки, в утреннюю давку и мороз – не дело! Вариант с водителем отмел сразу.

Однако все сложилось, как сложилось.

Нинель попросила отвезти Усладу с детьми в небольшой городок в области. К родителям девушки. Попутно обмолвившись, что двойняшки разболелись. Естественно, я не стал отказываться. Только попросил подругу не говорить, с кем синички поедут, а то гордая девушка может и взбрыкнуть. Тем более в свете вчерашних событий.

Ну, а судя по тому, что Лада изначально замерла в дверях, как фарфоровая статуэтка, увидев меня – обещание Нина сдержала. Личность водителя для птичек оказалась сюрпризом.

Синичкина неловко передернула плечиками и нехотя приблизилась к машине, когда я усадил детей и придержал для нее дверь. Подошла медленно, словно ноги в кандалах. Это кольнуло. Даже больше, чем нечитаемая маска на ее личике из дикой смеси смущения и возмущения.

– Доброе утро, Лада, – сказал я.

А после секундной заминки, бросив тихое ответное:

– Доброе утро, Роман, – Лада тут же проворно юркнула в салон, отнекиваясь, когда я попытался сам пристегнуть ее ремень безопасности.

Села и притихла.

И до сих пор сидит рядом со мной на пассажирском сидении тише мыши. По-моему, даже дышит через раз, лишь бы о своем присутствии не напоминать. Хотя мы уже успели выехать из города, и впереди был только снег и минимум час, а то и два сплошной трассы.

Ладно, хоть детям, как мне показалось, было за радость еще раз прокатиться на машине в моем присутствии. Они и разгоняли неловкое молчание своим щебетом с задних сидений.

– Как ваше здоровье, малышня? – спросил, бросая взгляд на брата с сестрой в отражении зеркала.

– Мое хор-р-рошо! – старательно протягивая “р”, гордо приосанился Лев. – Это вон Маруська р-р-разболелась, а я крепкий, да, мам?

– Угу, сынок.

– Я тоже уже не болею, я выпила сироп, – показала брату язык принцесса.

– Ну и что, а я вот не пил.

– Вот в следующий раз, когда ты будешь болеть, – сощурила глаза Маруся, – я тебе… тебя… бе-бе-бе, я обиделась, Лев, вот! – насупилась малышка, сложив ручки на груди, демонстративно от брата отворачиваясь.

Вот казалось бы, поругались мелкие, а улыбнуло, когда Лев начал первый виноватым голоском звать сестру, дергая за рукав и приговаривая:

– Мар-р-русь… а, Марусь? Я больше так не буду, честно-честно! Мир-р-р? – протянул мизинчик находчивый малый.

И почему же у взрослых все так сложно? Может, тоже Усладу за рукав подергать, мизинец протянуть и заявить, что я тоже больше так не буду? Хотя нет, вот с последним пунктом заминка. Не могу обещать, будучи в своей выдержке неуверенным. Целовать эти пухлые, надутые губки мне понравилось до одури! А вот мизинец… чего бы и нет? А то что она сидит ни жива ни мертва?

Подумал и, перехватив удобней руль левой рукой, поставил локоть на подлокотник и протянул к притихшей матери семейства синичкиных ладонь, оттопырив мизинец. Улыбнулся, мимоходом бросая взгляд на удивленную девушку и сказал по примеру Льва простое, но емкое:

– Я прошу прощения, Лада, за вчерашнее. Может… мир?

Лада еще больше округлила свои глаза, таращась на меня, как на сумасшедшего. Я и сам начал думать, что конкретно двинулся! Но всего пара ударов сердца, легкий испуг, что меня сейчас со своим “миром” пошлют далеко и надолго, один мой вздох и бесконечно долгое мгновение, за которое у меня, по ощущениям, случился микроинфаркт, и… девушка улыбнулась.

Сначала робко и неуверенно, едва потянув уголки губ. А чем дальше, тем ярче на лице Лады расцветала улыбка. Невероятная. Сногсшибательная. Дух захватывает. А эти ямочки? Еще пару взглядов, оторванных от дороги, и я забуду, как рулить. Да что там! Свою душу буду готов продать, только бы почаще видеть эти ямочки на ее щеках вкупе с озорством, блеснувшим в карих глазах.

– Я тоже была неправа и наговорила много глупостей, – вздохнула и сказала тихо девушка, стягивая с пальчиков перчатку, – прошу прощения, Рома, – кивнула Услада и перехватывая своим мизинцем мой, проговорила:

– Мирись, мирись и больше не дерись…?

– А если будешь драться… – подхватил я.

– Я буду кусаться! – услышали мы дружное от детей.

– А вы что, тоже пор-р-руглись, да? – поинтересовался Лев. – Мама говорит, что мириться должен первый тот, кто был не прав. Ты был не прав, дядя Рома?

– Был, – кивнул я. – И очень сожалею.

– Ты маму обидел? – охнул защитник.

– Нет, солнце, – вступилась Лада. – Совсем нет!

– Пр-р-равильно! Нельзя нашу маму обижать, дядя Рома, а то я умею др-р-раться!

– И я! Я тоже умею! – поддакнула воинственно Маруся.

– Я запомнил, дети, – кивнул я на полном серьезе, – маму не обижать.

– Защитники вы мои, – растроганно вздохнула Лада. – Никто меня не обижал. Просто мы с дядей Ромой не поделили… – глянула на меня Лада в поисках поддержки, – эм… ну… – замялась.

Вот только у меня в голове полный ступор. Шестерни заклинило. Благо, на помощь раньше меня пришла Маруся:

– Конфету? – подсказала девчонка. – Мы тоже с Левушкой один раз чуть не подрались из-за конфеты, представляешь, дядя Рома? Нам бабуля с дедулей подарили… – не дожидаясь ответа матери, пустилась в рассказ Маруся, в красках (разумеется, насколько способен ребенок) расписывая их с братом бой за любимую Марусину “Коровку”. История, в которой Лев оказался джентльменом и уступил даме. А дама настоящий дипломат: откусила половинку и вторую отдала брату.

Я молча слушал, честно ловил каждую деталь, озвученную Марией, понимая, что дети в таком возрасте достаточно щепетильны, а современные уж тем более, могут через неделю вспомнить такую мелочь, которая нам – взрослым – и не снилась. Дочь друга тому живой пример. А сам не сразу понял, что смотрю на дорогу и улыбаюсь. Просто по-дурацки, расслабленно улыбаюсь. Скорость почти что черепашья, хоть и дорога относительно пуста, а я наслаждаюсь каждой секундой и каждым километром, проведенным в машине с Синичкиными. Кайфую при этом, так и не отпустив из захвата пальчики Лады, лениво их поглаживая, перебирая. Чувствуя нежную кожу девушки и согревающее до самого сердца тепло. Больше даже не от того, что ее ладонь в моей руке, а от того, что она ее не убрала и позволила хоть так, хоть немного, но стать с ней ближе.

Я мудак, я говорил? Сколько еще раз повторю это самому себе, не знаю. Но теперь-то, ночи мне хватило, чтобы понять, что с такой, как Услада Синичкина, все по-другому. Совершенно новый опыт, совершенно новый для меня характер женщины, совершенная для меня загадка. Девушка, с которой надо постепенно. Шаг за шагом. Приручать, как спесивого недоверчивого котенка.

Зачем это мне? Пока и сам не пойму, но к ней тянет. К ней и детям. И сопротивляться этой тяге я не намерен.

Лада

Всю дорогу до дома родителей я ехала ни жива ни мертва. В горле ком, а в животе порхание гигантских бабочек! Все мои чувства и ощущения сосредоточились только на одной детали: на ладони Ромы, которая крепко в захвате держала мою. Пальцы мужчины лениво, даже кажется, машинально путешествовали по моей ладошке, поглаживая каждую костяшку, каждый изгиб, тактильно изучая, подбирались к запястью, пуская от макушки до пят новые волны опаляющего жаром тепла.

Мурашки, мурашки, мурашки…

Сердце мое в груди частило, будто я не в машине еду, а бегу на своих двоих. Щеки по ощущениям были краснее самого красного помидора, а на губах улыбка. Нарисовалась… не стереть! Даже мои фирменные мысленные подзатыльники самой себе не помогли! Поплыла Услада Синичкина и собираться обратно в здравомыслящую девушку не собиралась…

Рома о чем-то тихо переговаривался с детьми, время от времени обращаясь и ко мне, а я даже и не вспомню, что говорила в ответ. Все мысли были о мужчине, и чем дальше мы были от столицы, тем дальше ползли и мои фантазии. Решив бессовестно не ограничиваться представлением рук Ромы на моих руках, я мысленно переместила его ловкие пальцы на мою талию…

Неимоверно сильно хотелось ощутить, как, едва касаясь, мужчина проведет костяшками указательного пальца по моей спине. Лаская, проследует вдоль позвоночника, спускаясь все ниже, на бедра…

Крепко прижимая своими сильными руками к своей мощной фигуре, ущипнет за…

– Так, Лада, сориентируй меня, куда поворачивать?

Вовремя!

Очень вовремя меня вырвал из моих постыдных фантазий голос водителя. Я даже на месте подскочила от неожиданности, выдергивая ладонь и роняя под ноги шапку, уставившись на Рому округлившимися, испуганными глазами, как на привидение.

Да видать, очень они были большие, потому что мужчина поинтересовался:

– Все хорошо? Или я проехал?

– А?

– Ну, ма-а-ам, ты что, спишь? – возмутился Лев.

О нет, мама не спит, у мамы гормоны решили взбунтоваться.

– Нет-нет, кхм… – откашлялась я, – все правильно, первый поворот налево, и мы на месте. Первый подъезд. Пятый этаж. Квартира двадцатая… зачем я тебе это говорю?

Рома ухмыльнулся, пожимая плечами:

– Кто знает, вдруг когда-то, да пригодится.

– Дядя Рома, а ты пойдешь с нами в гости к бабуле и дедуле? – поинтересовалась Маруся. – Моя бабуля печет вкусные плюшки. Ты любишь плюшки? С повидлом… м-м-м.

– Да, мы тебя плюшками угостим, пойдем! – поддакнул брат сестре.

– В гости? – переспросил Рома и на меня посмотрел, притормаживая у нужного подъезда. – Не думаю, что это хорошая идея.

– Почему? – подняла я шапку, отряхивая и натягивая на макушку.

Перестаралась. Она самую малость съехала на глаза, а поправить я ее не успела. Сама. Это сделал водитель, отстегнув ремень и повернувшись ко мне в пол-оборота, Рома ловко сдвинул мою деталь гардероба с помпоном чуть выше, мне на макушку. Мимолетно касаясь пальцами моей щеки, отодвигая упавшую на лицо прядь, улыбнулся:

– Неудобно как-то. Что я вам там буду мешаться.

– Неудобно спать на потолке, – высунула мордашку между сидений Маруся. За ней рядом и Левушкин носик-курносик появился любопытный.

– Маруся, откуда ты такого нахваталась? – охнула я.

– Не знаю, – пожала плечиками дочурка.

– А знаешь, почему неудобно? На потолке спать? – подмигнул Рома Маше.

– Не-а.

– Потому что одеяло падает.

Дети расхохотались, оценив шутку, а я спросила:

– Тебе нужно на работу сегодня?

– И да, и нет. Я сам себе начальство, могу и прогулять, – потянул уголок губ в ленивой улыбке мужчина.

– И встреч никаких нет?

– Ты ищешь повод от меня законно избавиться, Лада?

– Я? Нет! Наоборот! – смутилась я, потупив взгляд. – Хотела сказать, раз ты свободен, зачем сразу уезжать. Дорога не близкая, а мои родители всегда рады гостям. Тем более, друзьям, – ляпнула да тут же добавила торопливо, – Льва и Маруси. Поэтому… может, зайдешь на чай?

– С плюшками?

– С ними.

– Ну, только если с повидлом! А если честно, я только “за”, всю дорогу надеялся получить приглашение, – разулыбался Рома.

Радости детей не было предела.

Вот только мы едва успели выйти из машины и открыли багажник, чтобы сумку с вещами забрать, когда мобильный мужчины начал трезвонить. Рома нахмурился, бросив взгляд на экран, и тут же ответил:

– Слушаю, – собранно и по-деловому. От того тона, которым он сюсюкался с моими синичками, и следа не осталось.

Мы с детьми топтались чуть в стороне, кидая друг в друга снежки, пока Рома внимательно слушал собеседника, хмурился и поглядывал на меня. Судя по всему, что-то стряслось. И это “что-то” явно мужчине не по душе.

– Понял вас. Скоро буду.

А вот последняя брошенная в трубку фраза уже не понравилась мне. Внутри все будто оборвалось. И как только Рома спрятал телефон в карман пальто, я не сдержала себя и спросила:

– Что-то случилось?

– Случилось, – вздохнул Рома, – я помогу вам занести сумку и поеду. Остаться на чай, к сожалению, не получится, – видно, что решение мужчине и самому не нравилось, но похоже, другого выбора не было.

– Л-ладно… сумка не тяжелая, я могу и сама занести, не проблема, если не хочешь с родителями вст…

– Я не сбегаю, Лада, – устало потер переносицу мужчина. – Клянусь.

– Да я и не думала.

– ЧП в поселке, в котором у меня дом. Сейчас звонили из администрации. Из-за снега произошел обрыв линии электропередач. Похоже, мы там все на Новый год остались без света и без тепла. Надо что-то с этим решать…

Без света? Это как: Новый год без света и тепла? В темном холодильнике сидеть что ли? А тут еще и квартира нами оккупирована. Неудобно как-то получается…

Я уже собиралась открыть рот и сказать, что может, стоит мужчине переехать к себе в квартиру, а нам воспользоваться предложением Петра, да не успела. Рома меня опередил, сказав:

– Ладно, разберемся. А вам хороших выходных, птички, – подмигнул синичкам, отбивая по очереди пять. И уже мне:

– Когда вы вернетесь? Может быть, вас забрать?

– Послезавтра утренник у детей в саду. Не стоит беспокоиться, мы на автобусе приедем.

– Дядя Рома, а ты придешь к нам на утренник? – спросил Лев.

– Лев, – одернула я сына, – ну, когда же дяде Роме ходить по нашим ут…

– Приду, – не дал договорить мне Рома, на корточки присаживаясь. – Обязательно. Если хотите.

– Да-да! – заголосила шпана.

– Очень хотим! – кинулась к Роме на шею Маруся. – Мы будем ждать!

– Договорились, принцесса.

– Все, синички, давайте домой, а то замерзнете! – поторопила я детей, чувствуя себя крайне неловко за то, что мои проныры вынудили Рому оторваться от важных дел ради детского утренника в саду. Ну, какой ему интерес? Наверняка для мужчины это будет пустой тратой времени, но отказать детям не смог.

– Лада, если что, мой номер у тебя есть, да? – перед тем как разойтись, спросил Рома.

Я кивнула.

– Спасибо, что подвез.

– Вам спасибо.

– За что?

– Да за все. Хороших выходных, и до встречи на утреннике, – улыбнулся мужчина и, дождавшись, когда мы откроем подъездную дверь, сел в машину и уехал, помахав на прощание.