ВПЛАМ: Шрамы, что превратились в морщины

Глава 26

[Ияков: …]

Он снова был на стройке. Здесь кружилось всё такое же огромное количество, даже чуть больше. Помимо банальных денег, теперь многих привлекал вообще общий ажиотаж вокруг всего этого. Как-никак целый город воздвигал просто громадную лестницу на вершину громадного холма. Грандиозность этой задумки сильно будоражило мозги жителей Рибла, хотя, по факту-то, сооружение предназначалось для демонстрации того, что они были захвачены чужой страной.

Однако они были только рады: если сначала они и доверяли правительству Кеерфагена, скоро вскрылось то, что он был Линчем да и убил половину города в придачу. Последующие правительства из разбойников тоже не были особо-то умелыми и полезными для граждан, так что альтернатива с могучей империей звучала просто чудно. В конце концов, Сифиз не устраивал в городе геноцида, да и сдались они ему без боя.

[Ияков: …]

Как же они расстроятся, когда прямо на этой лестнице их нового императора унизит самый обычный голубоглазый юноша в пастушьей шляпе.

[Ияков: Хе…]

Ияков аж хорошо становилось от таких мыслей. Сейчас на стройке было настолько много народа, что и южанинов было непривычно много. Всё-таки через два дня уже была назначена сама церемония, так что и стройка кончалась уже завтра. Именно по этому поводу всякая знать империи и явилась, поглядеть на то, как продвигалась работа. Они-то больше всего и интересовали и Иякова.

[Ияков: …]

Сейчас юноша стоял в сторонке – здесь раньше лежала куча кирпичей, но её уже растаскали, так что место пустовало и здесь никого кроме него и не было.

[Ияков: …]

Он снял свою одежду и положил её под куст, оставшись абсолютно голым. Единственным его «аксессуаром» остался стальной изогнутый меч, прикреплённый ремешками к обнажённой мускулистой спине.

[Ияков: Невидимость.]

Ияков прошёлся ладонью по своему телу, и тут же его облик растворился на фоне песочных стен. Ту же процедуру он провёл и с клинком, так что он полностью стал невидим.

Очевидно, что так он собирался подкрасться к тем, кто был ответственен за визит императора, и подслушать их разговор. Было бы, конечно, круто коснуться их ладонью и на этом закончить, но их очевидно было много, а ему нельзя было раздувать панику. Если бы они доложили Сифизу, и тот бы тупо не приехал, то все планы Иякова накрылись бы медным тазом.

[Ияков: …]

Так что ему оставалось лишь сделать всё скрытно, хоть это и не совсем подходило под его планы.

[Ияков: …]

Невидимый юноша выбрался из того самого уголка и двинулся в сторону шатра, который располагался на самой вершине холма, куда и двигалась потихоньку растущая лестница.

Только вот теперь ему надо было как-то пробираться среди толпы людей, даже не замечающих его и не способных отойти в сторону…

[???: Ай!]

А, нет – это для него не было проблемой: он тупо всех распихивал в стороны. Все шарахались от его толчков, не понимая, кто это сделал, а некоторые мужички даже падали и кувырком катились вниз.

Впрочем, какая разница? Когда вообще столь посредственному и невозмутимому человеку, как Ияков, не было плевать.

[Ияков: …]

Наконец, он взобрался на верх. Шатёр был прямо-таки лиловый, словно здесь скоморохи выступали, а не прорабы сидели. Да и сами южане были одеты не менее скромно: длинные пурпурные робы, обшиты золотом, какие-то большие круглые серьги в ушах (что вообще для Иякова казалось диким – такое у них в деревнях и девушки не носили, только коровы если), кучи браслетов и очень и очень странная обувь.

Туфли у них были с каблуками – в этом и не должно было быть ничего особенного, но вот только каблуки эти располагались под носком, а не под пяткой.

Удивительно было, как они вообще передвигались.

[Ияков: …]

Ияков приблизился к самому шатру, где возилось трое очень хорошо одетых людей и около десятка стражников. Внутри, под навесом, они всё тыкали в карту, махали руками с разноцветными кольцами и что-то орали на своём языке – не понятно было ни слова.

Так что без каких-либо зазрений совести голый юноша приблизился к одному из охранников и коснулся ладонью его шеи – всего на мгновение.

[Ияков: …]

Теперь он понимал язык южанинов и, кстати, узнал предназначение такой странной обуви. Дело в том, что вся их Империя поклонялась солнцу, так что не гоже его служителям было смотреть в пол. А с такой формой туфель, глаза невольно и так пялились в небо.

[Ияков: …]

Однако никакой нормальной информации у солдата не было: ему просто сказали охранять шатёр и всё – он даже не подслушивал, о чём говорили внутри, что сильно удивило Иякова.

[Ияков: …]

Однако сейчас в кои-то веки настал момент проводить какую-никакую разведывательную деятельность.

[Ияков: …]

[Кхамир: К завтрашнему дню всё должно быть выполнено, и мне, Прадемьяр, совершенно плевать, какие именно у вас тут «непредвиденные обстоятельства». Вам, как сулхафе Императора, должно быть невероятно стыдно за такое.]

[Прадемьяр: Я дико извиняюсь за оплошность с моей стороны…]

[Кхамир: На ваши извинения мне плевать не меньше. Вам было поручено просто воздвигнуть лестницу для Великого Императора – каким образом вы вообще умудрились сбить нам сроки?]

В шатре стояло трое: Кхамир – чуть ли не правая рука Сифиза, тоже очень мощный псилактик и злой дядька с острой бородой, смуглой морщинистой кожей и полуседыми бровями; Прадемьяр – толстый мужичочек с носом-картошкой и таким же круглым, как и лицо, тюрбаном на лысой бошке, и Илимир – просто молчаливый мужик с длинными чёрными волосами.

[Ияков: …]

Следить за ними было проще некуда: шатёр был большой, а их всего трое. Кхамир то и дело бил кулаком с несколькими кольцами по столу, а Прадемьяр совершенно, к слову, не пугливо смотрел куда-то в сторону, бубня извинения себе под нос. Кхамир, судя по всему, очень часто его бранил, так что он уже не воспринимал его жалобы всерьёз.

Ну а Илимир тупо стоял. Ияков вообще был без понятия, кем он был.

[Прадемьяр: Кхамир, я же уже несколько раз объяснил тебе ситуацию.]

[Кхамир: Во-первых, обращайтесь на «вы», Прадемьяр! Во-вторых, из ваших уст я не услышал ничего кроме смутных оправданий – ни слова по делу.]

[Прадемьяр: Эхх…]

[Кхамир: Ну так?.. Что же у вас произошло?]

[Прадемьяр: На самом верху произошёл обвал. Там, видимо, раньше был колодец – в земле находится очень глубокая впадина, и мы не знаем, как это заделать в быстрые сроки.]

[Кхамир: А что сложного просто продлить лестницу через неё?]

[Прадемьяр: Мы же укладываем лестницу по земле, не соединяя её, чтоб уложиться в несколько дней. Там нам просто не на что будет ложить. Мы можем установить доски поперёк обрыва, но это будет бесполезно и опасно, так как Император может банально провалиться.]

[Кхамир: Почему вы просто не зальёте глиной отсутствующий участок?]

[Прадемьяр: Колодец очень глубокий – у нас нету столько глины, потому мы её у вас и просим, Кхамир. Вы вообще представляете сколько литров плавленной глины нам понадобится?]

[Кхамир: Гхм… И правда… А что насчёт песка?]

[Прадемьяр: В этих местах его нету совершенно – это вам не наши родные земли. Я бы попросил привезти песка из наших земель, но времени опять же нет.]

[Кхамир: Гхр… Что же делать?!]

Кхамир раздражённо взвопил и снова обрушил свой тяжёлый кулак на стол, в то время как Прадемьяр смотрел куда-то всё также изнеможжённо.

[Прадемьяр: Я знаю одного псилактика, который может нам помочь.]

[Кхамир: О ком идёт речь?]

[Прадемьяр: Об Ануиле.]

[Кхамир: НИ ЗА ЧТО!]

[Прадемьяр: В таком случае я не знаю, что делать.]

[Кхамир: Ануил – предатель родины и главный враг Империи. Не уж то вы, Прадемьяр, думаете, что мы освободим его из-за какой-то сраной ёбаной лестницы?!]

Видимо, эта тема была достаточно щекотливой для Кхамира, раз он аж трясся, когда в шатре звучало имя «Ануил». Прадемьяру оставалось только вздыхать, Иякову – наблюдать, а Илимиру – тупо стоять.

[Прадемьяр: Ну может у вас получится как-нибудь… Не знаю… Вытащить его на денёк?]

Пухлый мужичок слегка прищурился, но его собеседник лишь ужасно побледнел и втянул лицо к бровям, находясь в абсолютнейшем шоке.

[Кхамир: Вы предлагаете МНЕ в тайне от Императора освободить Ануила?!]

[Прадемьяр: Вам, кому ещё. Вы понимаете, что мы иначе просто не сделаем лестницу. Можно перенести её в сторону, но на разборку и возобновление работ уйдёт неделя.]

[Кхамир: …]

[Прадемьяр: Если Ануил просто поможет нам, а потом вернётся обратно в темницу, ничего не случится! А вот если у нас Император провалится под землю и умрёт, то вы вместе с Ануилом будете на одной виселице болтаться!]

Прадемьяр уже еле сдерживался от крика и ругательств, буквально переходя на ор. На его лице прямо-таки выпирали вены – этот вопрос они судя по всему обсуждали уже так долго, что можно было бы и лестницу в другое время успеть перенести.

[Кхамир: …]

[Прадемьяр: …]

[Кхамир: …]

[Прадемьяр: …]

[Кхамир: Для начала, сулхафа императора не должна себя так вести…]

Голос Кхамира сильно поутих – он был напуган и потерян, причём от самой ситуации, а не тона его собеседника.

[Кхамир: А во-вторых… Вы в некотором роде правы… Как будто бы у нас больше и не осталось альтернатив…]

[Прадемьяр: Господи! Слава господу, что вы это, наконец, поняли!]

[Кхамир: Однако как это сделать максимально скрытно?]

[Прадемьяр: Я могу по…]

[Кхамир: Вашим людям я не доверяю… Отправлю лучше Фокла…]

[Прадемьяр: Вам виднее, Кхамир… ]

[Кхамир: Но об этом не должен знать никто! Вы понимаете?!]

[Прадемьяр: Я не самоубийца – конечно, я всё понимаю.]

[Кхамир: Ваши стражники ничего не расскажут?]

[Прадемьяр: Они нас даже не слушали – это мой прямой приказ. Этих парней ничем не завлечь, кроме как хорошей битвой.]

[Кхамир: Надеюсь, потому как на кону наша с вами жизнь.]

[Прадемьяр: Я тоже не горю желанием болтаться в петле, Кхамир, можете мне не объяснять.]

[Кхамир: В таком случае я пойду вечером в «Ардигайл»… Свяжемся в дальнейшем о деталях «встречи».]

[Прадемьяр: Свяжемся.]

[Кхамир: Пройдёмте, пока покажите что уже сделали.]

[Прадемьяр: Эх, пошли.]

Толстый мужичок свернул карты и, вытерев рот от не пойми чего, вышел из шатра вместе с уже очень спокойным Кхамиром.

[Ияков: …]

Голый Ияков всё также стоял в углу. Здесь было довольно тепло, так что замёрзнуть за время их беседы у него не получилось. Он многое услышал, и, в принципе, у него был план, надо было только…

[Ияков: …]

[Илимир: …]

Мускулистый юноша неожиданно обнаружил, что Илимир всё ещё был здесь. Нет, он не начал вести себя как-то странно, он всё также тупо стоял, только вот.

[Ияков: …]

[Илимир: …]

Он смотрел прямо в глаза Иякова. Пристально, мертвецки, неотрывно.

Юноше стало не по себе. Он оглядел себя, но нет: всё было в порядке, и невидимость с него никаким образом не спала. Тем не менее, волосатый мужчина продолжала сквозить его взглядом.

[Илимир: …]

Наконец он посмотрел куда-то в сторону и молча вышел из шатра, оставив Иякова наедине со своими опасениями.

[Ияков: …]

«Он что-то увидел что ли за мной?.. Ничего не понимаю – чё он на меня тырил… Хотя похуй, не так важно... Просто совпадение походу… Главное, что у меня появился план».

[Ияков: …]

Ияков довольно ухмыльнулся и вышел на улицу, двинувшись к своим вещам. Уже сегодня ему надо было кое-куда отправиться.

***

[Ияков: …]

Ияков сейчас находился в том самом «Ардигайле», в который и направился Кхамир. Мускулистый юноша предполагал, что это была какая-та таверна или гостиница, но нет.

[Ияков: …]

Это был бордель.

[Ияков: …]

[Маман: Молодой человек, вы уже закажете кого-нибудь, наконец?]

[Ияков: Я думаю.]

[Маман: Вы уже полчаса думаете. У нас тут не постоялый двор: нужен кров – поищите его где-нибудь подальше.]

[Ияков: Гхрр…]

Ияков взглянул в листовку в своих руках: некое меню. Здесь было написано множество женских имён (которые, в большинстве своём, были псевдонимами по типу «Кошечки» и «Зайки») и услуг, которые они предлагали, причём в таких красках и деталях, что посетитель мог обкончаться ещё на входе.

Тем не менее, юноше надо было кого-нибудь выбрать, чтоб не особо не светиться. Толстая женщина с чересчур напудренным лицом уже начинала нервничать, помахивая веером за стойкой.

[Ияков: Дай мне… Мокрую Фиалу.]

[Маман: Давать тебе будут шлюхи в переулке, а у нас приличное заведение.]

[Ияков: Да хоть священное, мне вообще похуй – дай… Приведи мне уже эту Фиалу!]

[Маман: Что за грубиян! Если бы не мои принципы, вы бы уже давно валялись за порогом.]

[Ияков: Да на здоровье, могу и сам уйти отсюда.]

[Маман: Нет-нет-нет, что вы?! Мы всегда рады новым платёжеспособным клиентам!]

[Ияков: Ну и где эта ваша Фиала. Я её щас прямо здесь в прихожей выебу, если ты ещё будешь медлить.]

[Маман: Что за нетерпеливый жеребец… Ужас, что за времена… ФИАЛА!]

Из-за угла неожиданно вышла девушка с подкрашенными кругами вокруг глаз и длинными ресницами. У неё были лиловые (явно крашенные) волосы и голубые глаза. Ничего примечательного-то толком и не было: всё, что можно было, уже давно обвисло от издержек профессии, да и изначально фигурка была так себе – с Лузой не сравнится.

[Фиала: Это ты тут меня прямо тут выебать собрался?]

Она отчего-то разговаривал как-то слишком уверенно и нахально: видимо, так хотел раззадорить клиента. Ияков, однако же, в таких заигрываниях не нуждался.

Он тяжёлыми шагами очень быстро приблизился к проститутке и схватил её за руку.

[Ияков: Пошли.]

Её взгляд помутнел, и она молча повела его куда-то, даже не пытаясь сопротивляться – всё, очевидно, из-за его способности.

[Ияков: …]

Когда они вошли внутрь комнаты – уже не важно с какой планировкой и мебелью, Ияков посадил Фиалу на кровать, попросту лишив её какого-либо сознания, и начал прислушиваться к стенам. Где-то здесь должен был быть Кхамир и какой-то Фокл, который как раз и нужен был Иякову.

Однако понять это было пока что тяжело.

[Ияков: …]

Сначала мускулистый юноша приложил ухо к одной стене и услышал ничто иное, как женские стоны и мужское пыхтение – ничего неожиданного для борделя.

За другой же стеной отчётливо слышался диалог.

[Женщина: Да не сюда вставляй, ниже!]

[Юноша: Сюда?]

[Женщина: Блять, ты мне в жопу тычешь! А ну дай его сюда!]

[Юноша: Ааа!]

[Женщина: Ты издеваешься что ли? Почему он упал?]

[Юноша: Так вы так резко схватили – я испугался.]

[Женщина: Господи… Не обращайся ко мне на «вы», мы всё-таки трахаемся как-никак.]

[Юноша: Простите…]

[Женщина: Мда… Так мы тебя никогда девственности не лишим.]

Ияков с озадаченным лицом отслонился от стенки и теперь уже припал к третьей.

Там просто висело молчание: видимо, комнату никто не занял.

[Ияков: Эгх…]

Мускулистый юноша снова докоснулся до Фиалы и внутренне приказал ей беспрерывно стонать и голосом изображать половой акт, дабы ни у кого в коридоре не возникло подозрений.

[Ияков: …]

Он выбрался из комнаты и прошёл в соседнюю – как раз туда, где было не занято. Дверь выломать было легко – особенно в с его-то способностями.

[Ияков: …]

Вот здесь уже разговоры были слышны, хотя он даже не припадал ухом к стене. Судя по всему, говорящие специально забронировали соседние комнаты, чтобы никто не мог их подслушать.

Голос Ияков узнал сразу же, да и по языку догадаться о личности беседующих было не сложно.

[Кхамир: Фокл, я до сих пор не понимаю, зачем ты сюда ходишь. У тебя же…]

[Фокл: Вы за этим ко мне пришли?]

[Кхамир: Гх… Нет. Мне срочно нужна твоя помощь. Дело максимально ответственное и секретное.]

[Фокл: Слушаю.]

[Кхамир: Ты должен тайно вызволить Ануила из темницы, привести его ко мне до завтрашнего полудня и заточить его обратно. Ни стража Императора, ни кто либо иной не должен об этом узнать.]

[Фокл: Ануил – это псилактик, который убил всю родословную Императора?]

[Кхамир: Да. За это он ослеплённый на вечность заточён в Дир-Ханбай.]

[Фокл: Какую степень вреда я могу причинить ему и стражникам?]

[Кхамир: НИКАКУЮ! Всё же надо сделать скрытно и секретно! О каком вообще вреде идёт речь?!]

[Фокл: Я вас понял, Кхамир. Я всё сделаю.]

[Кхамир: Правда, ты успеешь?]

[Фокл: Да. Сегодня же отправлюсь от сюда на лошади.]

[Кхамир: Ты оставил лошадь у борделя?]

[Фокл: Мы разговариваем не об этом.]

[Кхамир: Да-да-да… Прости.]

[Фокл: Я всё сделаю, не волнуйтесь. Всё пройдёт максимально гладко и в сроки.]

[Кхамир: Надеюсь на это.]

Ияков вышел из комнаты и двинулся к выходу из борделя: нельзя было попадаться кому-либо из них на глаза, но и уходить позже тоже – мало ли бы Фокл ускакал бы раньше, чем затаившийся юноша покинул бы это заведение.

[Маман: Ну что ты, жеребец? Столько тут выкобенивался, а в итоге за минутку всё и закончил! Ха!]

[Проститутка: Это ещё нормально, а вот у меня…]

Как только Ияков приблизился к выходу, как его тут же окрикнула та самая расфуфыренная упитанная женщина. Правда, теперь рядом с ней стояла ещё какая-та девушка лёгкого поведения, причём с такой потерянной гримасой, будто она здесь была не по своей воле.

[Маман: Что у тебя случилось, дорогушечка.]

[Проститутка: Это ужас… Клиент южанин был. Мало того, что я не понимаю его ни черта, так у него ещё и в штанах… Ну… Нету ничего.]

[Ияков: …]

«Интересно».

[Ияков: …]

Мускулистый длинноволосый юноша услышал шаги в коридоре и выскочил под облазуривающееся лоно сумерек.