Янтарная тюрьма Амити

Глава 27

Мы стояли и смотрели друг на друга как два дурака. Не знаю, о чем думал он, но я думала о том, что за всеми событиями сегодняшнего дня забыла хоть раз показаться ему на глаза.

Столкнулись мы случайно перед входом в Большой зал. Ну, как случайно… Я возвращалась из теплиц, где под строгим надзором Майроуз кормила Мушеньку. В этот раз профессор по травологии почему-то решила присутствовать во время трапезы ее питомицы, поэтому гигантская венерина мухоловка не рискнула мена сожрать, а только иногда пугала. Особенно, когда Майроуз на что-то отвлекалась. В итоге я успела освободиться ровно к ужину, а уже у входа в Большой зал услышала его имя, обернулась и заметила, как он стремительно ко мне приближается.

Его глаза пылали пламенем, губы сжимались все плотнее, плотнее и плотнее… Совсем не предвещая ничего хорошего.

— Вы позволите мне пройти, Флоренс? — вдруг изрек он, а я растерялась:

— А… Да-да, конечно… Проходите, профессор…

И отступила, пропуская в зал Реджеса, рядом с которым шел профессор Габриэл Люмус. И если Реджес миновал меня с присущим ему равнодушием, то губы Габриэла растянулись в мимолетной улыбке, что не укрылось от преследующих его старшекурсниц. Они тут же зашептались бросая на меня подозрительные взгляды, а я, вспомнив вчерашний перфоманс с оголением в кабинете Реджеса, покраснела и еще раз мысленно обругала питомца Майроуз. Чтоб ей майский жук поперек глотки встал. Мушеньке, конечно.

Стыдливо опустив голову, я чуть ли не бегом бросилась к столикам, как вдруг меня окликнули:

— Лав!

— Сенжи? — узнала голос звавшего и резко обернулась.

Мой румянец мгновенно схлынул, стоило увидеть Сенжи в окружении других некромантов, которые в отличие от него выглядели не только бледными, но и мрачными. Его улыбка и то, как радостно он махал мне рукой — совсем не вязалось с царившей атмосферой некромантского столика. Однако не это изумляло больше всего, а количество световых амулетов на его шее. Пять штук! Их было целых пять штук! И пока Сенжи махал мне рукой, они сверкали и гремели, точно волшебные игрушки на новогодней елке, из-за чего хмурился белокурый куратор — тот самый, кто помогал проводить практику с нежитью в подземелье и сейчас сидел справа. А слева от Сенжи с мечтательным видом улыбалась Церара.

— Но как?.. — прошептала я, чувствуя давление от взглядов десятка некромантов, что холодом проникли под кожу, когда Сенжи меня позвал.

Я поспешила нацепить на лицо улыбку и махнула в ответ, после чего жестом показала, что мне нужно идти за один из столиков. Сенжи понимающе кивнул и с той же улыбкой сел обратно, а я, стиснув зубы, продолжила искать ребят.

«Что происходит? — с тревогой подумала я. — Еще утром директор говорил, что не выпустит Сенжи из заточения, пока не убедится в безопасности!»

Чувствуя неладное, я огляделась в поиске друзей и подметила, что сегодня заняты почти все места, как в первый день обучения. Во главе самого дальнего стола, который был в основном занят молчаливыми серьезными парнями, можно было увидеть огромную фигуру Холлера. Там же, но подальше, находились Раст, бритый Эдиль, Брэм.

За вторым столом от входа я заметила Силику и Анику с их свитой. Рядом с Принцем так и щебетали девчонки с других курсов, бросая игривые, но бесполезные взгляды — он их полностью игнорировал. Остальные ребята были разбросаны между столами, но я быстро нашла почти каждого из них, потому что на их лицах было одинаковое выражение, и все они смотрели туда, где сидел Сенжи.

— Лав, мы здесь! — услышала я сквозь шум толпы голос Мэй.

Заметив ее, Ника, Лекса, Хоста, Тоба, Юджи и Дамиана, я тут же выдохнула и направилась к ним.

— Сегодня так много учеников, — подивилась я, проигнорировав свободное место рядом с Дамианом, отчего тот расстроился, и села между Ником и Мэй.

Бросив быстрый взгляд на стол с преподавателями, я подметила, что там были все, кроме директора. Даже Реджес пришел.

— Буфет закрыт, вот все сюда и повалили, — ответил Ник.

— Библиотека тоже, — заметил Хост, отчего мы все на него покосились. — Что? Я иногда вместо ужина готовлюсь к занятиям.

— Вижу-вижу, гранит науки у тебя прекрасно усваивается! — потрепал его за пухлую щеку Дамиан.

— Да пошел ты, — отмахнулся Хост.

— О-о-о, наш червячок отрастил зубки, уважаю…

— Кто-нибудь слышал, почему все закрыли? — поинтересовалась я, пока ребята друг на друга рычали. Точнее, рычал Хост, а Дамиан лишь посмеивался.

Лекс пожал плечами:

— Вроде какое-то объявление важное готовится.

В конце столиков поднялся шум, после чего нас всех сильно потеснило. Ник выругался и оперся ладонью на стол, чуть полностью на меня не навалившись. Хрупкая Мэй рядом со мной пискнула и оказалась зажата между мной и Юджи. А Юджи густо покраснел, когда Мэй оказалась прижата к его груди, потому что в этот момент он обернулся на шум в конце стола. И, заикаясь, вымолвил:

— М-м-мэй?

— Прости, Ю! Я… Я сейчас, — послышался ее голос и возня, после чего ребята оба охнули и притихли.

Найдя повод, я отвернулась от Ника, чье лицо сейчас было близко-близко — я даже ощущала его дыхание на своих губах, а от взгляда синих глаз по коже побежали мурашки. И поинтересовалась у Мэй:

— Ты там как?

Уткнувшись в пиджак Юджи, она сдавленно ответила:

— Все хорошо! Просто… немного неудобно.

Ю покраснел еще сильнее и попытался немного отстраниться, но Торбальт за его спиной недовольно заворчал.

— Эй… Эй! Вы там офигели что ли? — раздался гневный голос Лекса.

Ощущая, как от дыхания Ника по шее растекается тепло, я старалась не краснеть. К счастью, Чарлин заметила переполох среди учеников и встала со своего места. Ее руки засветились зеленым огнем, который быстро охватил все столы и скамейки, и те начали на глазах вытягиваться, добавляя свободных мест. Ощутив свободу и все еще чувствуя смущение, мы все быстро друг от друга отодвинулись. Розовощекая Мэй отстранилась от Юджи, поблагодарив его за терпение, а тот все еще красный, нервно рассмеявшись, почесал затылок и ответил: «Пустяки».

Странное чувство чужого внимания шевельнуло волоски на затылке, поэтому я искоса глянула на Ника, однако он с хмурым и серьезным видом смотрел в сторону преподавательского стола.

— Что-то случилось? — поинтересовалась я, пошевелив плечами и сбрасывая странное ощущение.

— Ничего, просто показалось, — улыбнулся мне Ник.

Не поверив, я тоже оглянулась, но ничего необычного не заметила. Большинство преподавателей о чем-то тихо переговаривались. Декан, иногда кивая, тоже внимательно слушал профессора Чарлин. Белобородый профессор Джулиус сидел прямо, но чуть покачивался — похоже, опять задремал с открытыми глазами. Возраст… Профессор Яд сидел с каменным и бесстрастным выражением лица. Октавия что-то щебетала профессору Люмусу и, не глядя на Джулиуса, взмахнула пальцами, посылая к тому мыльный пузырь, который коснулся кончика его носа и лопнул, пробудив профессора. А Люмус… Люмус, заметив мой взор, улыбнулся. Я тут же отвернулась и крепко стиснула зубы.

Вдруг все ученики и преподаватели резко притихли. Я вскинула голову, как раз тогда, когда со стороны второго выхода из зала появился директор. Его черная мантия колыхалась, твердые шаги раздавались гулким эхом, частично сливаясь с ударами моего сердца. Когда он остановился напротив стола с преподавателями и развернулся — я затаила дыхание.

— Прежде чем мы начнем трапезу, я хотел бы обратиться ко всем присутствующим, но сначала приветствую вас, дорогие ученики, — склонил голову он. — И преподаватели.

Все за преподавательским столом тоже слегка поклонились.

— Еще с древних времен наша Академия, будучи крепостью, считалась самым надежным оплотом для магов. Здесь рождались и росли дети. Взрослые находили дом и не боялись попасть в руки инквизиции. Старики спокойно доживали свои дни и уходили с миром. Непреступное убежище! Так называли нашу Академию. И я рад, что даже сейчас, в непростое время, вы и ваши родители продолжаете в нее верить. В то, что даже спустя века она продолжает защищать всех волшебных созданий. Мы же…

Директор обвел всех серьезным взглядом, а преподаватели за его спиной поднялись со своих мест.

— Обещаем вам сделать все, чтобы не случилось новой трагедии.

Мое сердце пропустило удар, и я нашла глазами декана, стоявшего с руками за спиной и военный выправкой, которая сильно выделяла его на фоне других преподавателей.

— Я не стану кривить душой и обещать невозможного, однако, Академия — мой священный дом, и все, кто здесь находятся — моя драгоценная семья. Поэтому я, Рамэрус Грей, четвертый директор Академии и пятнадцатый глава крепости, как некогда мои предшественники, даю клятву, — сверкнули черные глаза директора, — любой ценой защищать свой дом и свою семью.

Послышались редкие хлопки, которые вскоре переросли в бурные аплодисменты, но директор поднял ладонь, вновь призывая всех к тишине.

— Отныне в Академии вводится комендантский час. После девяти часов вечера все ученики будут обязаны находиться в своих комнатах, либо в сопровождении кого-то из учителей. Также я и весь преподавательский состав будем поочередно патрулировать коридоры Академии, из-за чего ваше привычное расписание может меняться, поэтому всегда держите при себе сопроводительную карту, чтобы быть в курсе событий. В ней же будут появляться экстренные оповещения.

Словно по команде, у некоторых учеников — преимущественно первокурсников, из карманов посыпались золотистые искры. Хост был в том числе. Охнув, он поторопился вытащить сложенную карту, где красовалась красными буквами надпись: «Внимание!»

— Если кто-нибудь из вас заметит что-то подозрительное, вам будет достаточно коснуться карты и оставить магическую метку. Ближайший к вам преподаватель отправится на выручку. Можете проверить, — предложил директор.

Ученики тут же принялись оставлять магические метки. И от множества карт мгновенно отделилось несколько десятков светлячков, которые с невообразимой скоростью ринулись к каждому из преподавателей и замерли перед ними золотистым сиянием.

— Это Огни Каперга. Если все помнят историю Академии, то Каперг Светоносный был первым главой крепости Амити. Именно он изобрел тревожные огни, чтобы оповещать обитателей крепости об опасности. Директора Академии продолжали добавлять это заклинание на экстренный случай, но до сегодняшнего дня никто им ни разу не воспользовался. И мне жаль, что спустя столько веков спокойствия, нам приходится к нему вернуться. Надеюсь, в итоге оно не потребуется никому из вас.

Директор печально вздохнул.

— Мы обязательно постараемся не допустить новой трагедии, но, к сожалению, не можем забыть уже о том, что случилось.

На мгновение он встретился со мной взглядом, и я стиснула кулаки.

— Две наши ученицы покинули этот мир. Мэри Омэри и Ванессия Мальвин. Они были чьими-то дочерьми, подругами и любимыми. Впереди у них была целая жизнь — своя история, о которой мы больше никогда не узнаем и не услышим. Их нить жизни так внезапно оборвалась…

Я вздрогнула, когда Мэй коснулась моего кулака, а Ник — плеча, и вяло улыбнулась, видя на лицах ребят скорбь, поддержку и сочувствие. Скулы Тоба и Юджи тоже напряглись от сдерживаемых эмоций. А на Сенжи я побоялась оглядываться и понадеялась, что некроманты окажут ему ту же поддержку, что и мои друзья.

— Мэри уже оплакали ее близкие и отдали все почести. Но Ванессия — сирота. У нее нет родных и близких, кто мог бы проводить ее в последний путь, но есть мы. Мы — ее последняя семья. Академия — дом и последнее убежище. Поэтому я принял решение позаботиться о Ванессии, как это делали наши предшественники. Прощание состоится завтра в полдень.

Я вцепилась в ладонь Мэй мертвой хваткой, а директор продолжал говорить.

— Место сбора за полчаса в большом зале. Хранители уже предоставили вам необходимую форму, а профессор Майроуз обеспечит цветами. Все занятия на следующие два дня будут отменены.

Директор замолчал, а по залу пробежалась волна тихого перешептывания.

«Так вот почему… — я зажмурилась. — Он сказал не опаздывать».

— Я сказал все, что хотел, — продолжал говорить директор. — Можете приступать к ужину. И не забывайте о комендантском часе — никаких перемещений после девяти.

Взмахнув полами черного плаща, он все той же твердой походкой обогнул преподавательский стол и как только сел на свое привычное место, над столами замерцали вспышки света, заполняя их разными блюдами. Вот только аппетита ни у кого не было. Кто-то просто поднялся из-за столов и ушел. Кто-то долго сидел и смотрел в пустую тарелку задумчивым взглядом. Кто-то просто разговаривал, обсуждая последние новости. А я… Я наконец-то решилась оглянуться на Сенжи, который держался за опущенную голову и никак не реагировал на ласковые поглаживания Церары по его спине.