Час волка

Глава 46

Вход, октябрь 2016.

Брентон Уокер смотрел в спину Кевина Паттерсона, стоявшего у прорези занавеса, готового подняться на подиум навстречу овациям и солнечному свету. Его должны были представить по громкой связи сразу же, как закончится музыкальный номер. Паттерсон поднимал и опускал плечи, вращал шеей, как боксер перед боем, застегивал пуговицу на пиджаке, расстегивал, снова застегивал. Бурлящее чувство тревоги Уокера начало утихать, возможно, потому что пути назад уже не было, и было слишком поздно что-либо предпринимать по поводу того, что они могли упустить. Этот урок преподал Брентону отец: нужно принимать то, что не можешь изменить. Совет, которому сам отец никогда не следовал, что и погубило его как местного политика.

Оркестр все еще играл снаружи, толпа подпевала.

— Десять секунд, пожалуйста, — сказал человек в гарнитуре. — Ни пуха ни пера, господин мэр.

Спрингер стоял рядом с Уокером. Его рация ожила, и скрежещущий голос произнес:

— Фокстрот, вижу мужчину, белого, возраст около пятидесяти, рост примерно метр семьдесят пять, входит в одну из частных лож.

Уокер увидел, как побледнело лицо Спрингера, когда тот поднес рацию к губам и тихо произнес:

— Визуальный контакт есть, Фокстрот?

— Нет, он скрылся в глубине ложи, в темноте.

— Внимание! — крикнул Спрингер в комнату. — Кто-то проник в одну из лож. Кто-нибудь знает, как это случилось и кто этот человек?

Вокруг Уокера повисла тишина. Слышны были только звуки оркестра и поющая толпа. И голос человека в гарнитуре, говорившего в микрофон:

— Норма? Будь лапочкой, попроси оркестр сыграть еще один номер. У нас тут, э-э… возникла заминка.