Час волка

Глава 47

Красный свет, октябрь 2016.

Боб гнал так быстро, как только смел — и как позволял старый «Вольво» — по шоссе к центру города.

Он вел одной рукой, во второй сжимая телефон. Да, он жалел, что у него нет пистолета. Да, он жалел, что у него нет полицейского маячка. Да, он жалел, что у него нет мозгов получше, чтобы раньше расшифровать знаки судьбы. Когда она ответила на звонок, он услышал, что она бежит.

— Что происходит, Кей?

— Я бегу к машине. Сделала пару звонков, проверила кое-что, и похоже, что дом в лесу принадлежит группе художников, практикующих нечто под названием «роуг-таксидермия». Я только что говорила с одной из них, и она сказала, что после того, как они арендовали новое помещение в городе, место у Сидар-Крик почти не использовалось. Я спросила про холодильную камеру, и она ответила, что ею пользовались многие, включая Эмили Лунде, женщину, которой принадлежит стенд с телом.

— Эмили Лунде?

— Живет в Шанхассене. Я отправляю туда патрульную машину.

— Не делай этого. Не… пока, во всяком случае. Она, скорее всего, не при чем.

— Да?

— Она сестра человека, которого мы ищем. Его зовут Майк Лунде. Эмили прикована к инвалидному креслу, она не могла бывать в лесу без проложенных дорожек годами. Это Майк Лунде использовал тот стенд.

— Кто такой Майк Лунде?

— Таксидермист. Он носил маску Томаса Гомеса.

Боб выждал паузу, давая ей осознать услышанное, позволяя ее мозгу прочертить линию от освежеванного трупа к Томасу Гомесу на видеозаписях охраны.

— Господи, — прошептала Кей, словно не решаясь произнести это вслух. — Ты хочешь сказать, что…

— Да. Он использовал лицо и руки Томаса Гомеса.

— Но… где он сейчас?

— Его нет дома, сестра говорит, он уехал на работу. К сожалению, телефон он оставил, так что отследить его мы не можем. И он забрал с собой винтовку.

— Боже. Он на стадионе. Гомес… или, да, тот парень, которого камеры засекли там вчера во время разведки. Он собирается кого-то застрелить.

— Кого-то?

— Самая очевидная цель — мэр Паттерсон. С минуты на минуту он будет выступать перед шестьюдесятью тысячами человек, и это транслируют в прямом эфире по ТВ.

Настала очередь Боба соединить точки.

— Это Паттерсон, — тихо сказал он. — Его шедевр.

— Что?

— Он сказал сестре, что сегодня представит свой шедевр. Я думал, он имеет в виду того лабрадора, над которым работал.

— Что?

— Майк Лунде собирается увенчать свою карьеру показом своего последнего шедевра. А для этого нужна аудитория.

Боб услышал, как изменилась акустика вокруг Кей, и понял, что она села в машину.

— Дай мне описание, — сказала она. — Мне нужно позвонить Уокеру и предупредить их, что они ищут не того человека.

Боб быстро описал Кей Майка Лунде и сообщил те немногие личные данные, что у него были. Она повторила за ним, он подтвердил, и она повесила трубку.

Субботний трафик был не плотным, и Боб уже добрался до центра. Он остановился на красный свет. Поколебался. Поворот налево вел к мастерской, направо — к стадиону. Кей не спросила, почему Боб не упомянул Майка Лунде раньше. Может, потому что не было времени. Может, потому что она не хотела знать. Неважно, куда он сейчас свернет, ему все равно придется за многое ответить. Но прямо сейчас ему было плевать.

Прямо сейчас имело значение только одно: сделать правильный выбор, рубить дерево с правильной стороны, и пусть щепки летят куда угодно. Светофор переключился на желтый.