Княжна из цветочной лавки

Глава 11

Далеко уйти мне не дали. Принц больно схватил за плечо и рывком развернул к себе лицом. И от моей ответной реакции его спасло… платье. Я уже и ногу занесла, чтобы пнуть принца, но нижние юбки не позволили размахнуться так, чтобы ударить. И это, пожалуй, к счастью. Потому что я и так своим отказом оскорбила его высочество.

— Ты серьезно? — спросил принц неожиданно спокойным голосом.

Судя по тому, что ноздри раздуваются, как у разъяренного тигра, у него потрясающая выдержка.

— Вполне, — кивнула я.

— Врешь. Ты себе цену набиваешь.

Я набрала в легкие воздух, чтобы сказать в ответ что-нибудь обидное, да вовремя спохватилась. Так боюсь выдать себя — и выдаю с головой. Сейчас принц разъярен, а потом успокоится и задумается, отчего какая-то обедневшая княжна посмела ему отказать. Нет, мне нельзя с ним ссориться. И замуж за него… нельзя.

— Мне больно, ваше высочество, — произнесла я тихо. — Пожалуйста, отпустите.

Он разжал пальцы… и уставился на мое плечо, как будто там сидел паук.

— Что? — не выдержала я. — Что там?

— Прости, — выдохнул принц.

Скосив глаза, я увидела, что на белой коже проступили красные пятна — там, где он сдавил плечо пальцами. У платья открытые плечи, поэтому я взяла на прогулку шаль.

— Ерунда, — сказала я, поправляя ее.

— Я попрошу лекаря… — начал было принц.

— Только не это! — перебила я его. — Прошу, поймите правильно. Лишнее внимание…

— Тогда… Пойдем со мной. Тут недалеко.

Вздохнув, я побрела за ним. Мы вроде как недоговорили, хотя я высказала все, что хотела. Можно и убежать, но смысла в этом нет. Полагаю, во дворце уже ставки делают, вернусь я с кольцом или нет.

Кстати, а где кольцо? Разве здесь его не дарят, когда делают предложение?

Опрометчиво с моей стороны отправляться во дворец на брачные игры неподготовленной. Однако от меня мало что зависело. Все, чему успел научить опекун, я запомнила, но он не мог передать мне весь жизненный опыт настоящей Карины. И, скорее всего, многого не знал сам.

Лиэр Артур настоятельно советовал избегать замужества. Говорил, что рано или поздно я выдам себя, и тогда за мою жизнь никто не даст и ломаного гроша. А он позаботится обо мне, когда я вернусь из столицы, и тайну мою сохранит. Если бы он мог, то не отпускал бы меня на игры. Однако князь Орлов имел на него какое-то влияние. Даже больше — опекун боялся его светлости.

Я покивала, соглашаясь, что замужество мне ни к чему, и все же решила разобраться с этим на месте. Опекун Карину уморил. И что-то подсказывало, что и меня ждет та же участь, когда князь Орлов потеряет ко мне интерес. Так что замужество, может, и выход… только не с принцем. С особами королевской крови лучше не связываться. В гробу я видела эти «игры престолов»!

Принц привел меня в огород. Я украдкой ущипнула себя за руку. Точно огород! Вон морковка торчит из грядки, чуть дальше капуста.

— Мамино увлечение, — сказал принц, хотя я ни о чем не спрашивала. — Она любит возиться с растениями. Говорит, это успокаивает.

А вот тут согласна. Я тоже люблю этим заниматься. Но… королева?!

Пока я осматривалась, принц притащил кочан капусты.

— Вот. — Он ободрал верхние листы и отделил еще один — чистый. — Надо его помять и приложить к синякам. Так они быстро сойдут.

Опять заморочился! Да что ж такое…

— Благодарю вас, ваше высочество, — произнесла я, принимая капустный лист.

— Раньше на «ты» ко мне обращалась, — вроде как пожаловался он, наблюдая, как я прикладываю капусту к плечу. — Что изменилось? Скажи, чем я тебя обидел?

— Раньше я с Громобоем общалась, — ответила я вполне миролюбиво. — Да, я ошиблась, приняв вас за телохранителя. Однако вы меня не поправили. И не представились.

— Мне нравилось, что ты не видишь во мне принца.

— Вы смеялись надо мной.

— И в мыслях не было, — возразил он. — То есть, да… ты вела себя… забавно. Но я не обманывал тебя специально, шутки ради.

— Ваше высочество, почему вы не сказали об этом раньше? И что заставило вас объясниться сейчас?

Нет, он не тугодум. Похоже, он, как и многие мужчины, просто не счел это чем-то важным.

— Так дело в этом? Прости, Риша. Я плохо понимаю женщин.

— Вы до сих пор не представились, — напомнила я. — Или принцам… не пристало…

— Гордей Полянов, — перебил он, пока я подбирала слова. — Майор королевской гвардии. Громобой — армейское прозвище.

Вот нельзя было сразу так? Развел таинственность…

— Очень приятно. — Я вежливо присела в реверансе. — Мое имя вы уже знаете.

— Давай на «ты», Риша? У меня зубы сводит из-за того, что ты так тщательно держишь дистанцию.

— А это… прилично?

— Да, — заверил он. — Ты княжна, и я позволил.

Он позволил! Я заставила себя улыбнуться. Нет, феминистические замашки лучше забыть. Это трудно принять, но так устроен этот мир. И если я хочу выжить, то должна принять правила игры.

— Хорошо. Спасибо. Может, мы уже пойдем? Пора возвращаться.

— Ты куда-то спешишь? — поинтересовался Гордей.

— Нет. Но… мы же уже все выяснили. Разве нет?

— Нет. — Он помрачнел. — Давай пройдемся. Здесь тихо.

Капусту Гордей не бросил, взял с собой. Интересно, он ее потом на кухню отдаст или саблей порубит? Или что там у него… шпага? Я покосилась на него, ища взглядом перевязь. Однако на свидание принц отправился безоружным.

— Риша, почему ты мне отказала? — спросил Гордей, когда мы вернулись под тень садовых деревьев. — Я же предлагал замужество, а не содержание.

— Отвечу, если скажешь, почему сделал мне предложение. Ведь я тебе не нравлюсь, правда?

— Неправда! — возмутился он. — Ты мне нравишься. Однако…

Он опять вздохнул — и замолчал.

— Я недостаточно хороша для принца?

— Ты всем хороша. Риша, ты поставила меня в неловкое положение!

— И чем же? — удивилась я.

— Если я не отвечу, ты обидишься. Если отвечу — тоже обидишься.

— Ты меня заинтриговал. Хорошо, если я в любом случае обижусь, то отвечай. Хоть понимать буду, на что обижаюсь.

— Ты удивительная.

О, прогресс! Раньше говорил, что забавная.

— Риша, ты мне нравишься. Но я не собирался делать тебе предложение. Во-первых, у меня тяжелый характер. Во-вторых, я не останусь во дворце, а жизнь на заставе… не для женщины твоего происхождения. Это я не подхожу тебе, понимаешь?

— Понимаю, — кивнула я. — Может быть, тогда не следовало… оказывать мне знаки внимания?

— Не следовало, — согласился он. — Но я не удержался.

Кажется, я догадалась. Гордея заставили сделать мне предложение. Отец вызвал его ради женитьбы. И когда ему доложили, что сын ухаживает за княжной, обрадовался — и надавил. Мда… Это действительно обидно.

А еще Гордею определенно неприятно говорить об этом со мной. Что ж, я узнала, что хотела, не стоит его мучить. Все же он сделал для меня много хорошего.

— Я отказала, потому что почувствовала это, — сказала я. — То, что ты меня не любишь. Прости, но… ты мне тоже нравишься. И если бы предложение было искренним, я приняла бы его.

Похоже, мы бродим по саду кругами. Помню, что уже проходили мимо раскидистой яблони с крупными красными плодами.

— Для тебя это выгодный брак, — произнес Гордей.

— Я же говорила, что не хочу замуж.

— Тогда почему ты здесь?

— Опекун настоял.

— И что с тобой будет, когда ты вернешься обратно… незамужней? Об этом ты думала?

— Это не твоя забота. Гордей, так мы все выяснили? Моего отказа достаточно?

— Нет. — Он остановился и взял меня за руку. — Риша, у тебя будут проблемы, если я скажу, что ты мне отказала.