Княжна из цветочной лавки

Глава 21

Похоже, дура — это мой диагноз. Я снисходительно называла девушек на отборе курицами и избегала их общества, потому что меня раздражало бессмысленное кудахтанье о женихах и нарядах, а сама оказалась глупее них.

Как я могла повестись на старую, как мир, уловку! Кого послушала! Как не заметила, что меня обвели вокруг пальца!

Да кто будет просить барышню искать кошку, когда во дворце полно слуг? Горничных княгини Воронцовой ее кошки точно к себе подпускают! И вообще не удивлюсь, если у этих пушистиков собственная служанка. И у подвала никого не было. А если бы кошка оттуда убежала? По уму ее следовало караулить.

Странно одно… Зачем это Милене? Сладости она не ела. Средний принц ей не нужен, за ней младший ухаживает. Неужели не ради себя старается?

Последствия моего сидения в подвале предугадать сложно. Допустим, тур я пропущу, из игр вылечу. Это не так уж и страшно, если принц не передумает делать мне предложение. Если передумает — уеду обратно к опекуну или князь Орлов выдаст меня замуж за кого-нибудь по договоренности. Это неприятно, особенно теперь, когда я перестала отрицать, что влюблена в Гордея… но переживаемо.

А если меня обвинят в том, что это я украла кошку княгини Воронцовой? Сейчас Милена позовет слуг и скажет, что заперла меня в подвале, когда я прятала там Мору!

Кстати, где она?

Подвалов я не боялась, хотя и не любила их. Кошка мяукала где-то среди бочек, и я отправилась на ее поиски, подсвечивая себе путь фонарем.

Оп-па! А вот и очередная неожиданность. Кошку, вернее, подросшего котенка, я нашла быстро. Кто-то накинул на него сеть, чтобы не убежал. И, конечно же, он не похож на Мору! Обычный полосатый котенок, напоминающий наших дворовых кошек.

— Кис-кис-кис, — позвала я, осторожно распутывая сеть. — Тише, малыш, не нервничай.

Но котенок оказался не диким: не шипел, не кидался, не пытался поцарапать или укусить. Позволил мне вызволить его из пут и затих на руках, даже заурчал тихонько.

— Что, малыш, испугался? — Я почесала его за ушком. — Попробуем выбраться отсюда.

Если одной рукой придерживать котенка, другой — юбки, то фонарь придется нести в зубах. Впрочем, котенок ласковый, можно засунуть его… за пазуху. Лиф платья это позволяет.

— Потерпи, малыш, — попросила я.

И, устроив котенка, подхватила фонарь и вскарабкалась по лестнице к двери.

Точно, заперто. Придется ждать, пока повару на королевской кухне не понадобится квашеная капуста. Или меня хватятся раньше. Навряд ли я просижу здесь долго.

— Есть здесь кто-нибудь? — крикнула я так громко, как могла. — Эй! помогите! Выпустите меня отсюда!

Придерживая рукой котенка, я заколотила в дверь кулаком. Вдруг кто-нибудь, да услышит!

Я кричала, прислушивалась, кричала и стучала снова. Пока за дверью не раздался знакомый голос.

— Риша? Ты где?!

— Здесь! — завопила я. — В подвале! Гордей, миленький, выпусти меня быстрее!

Какое счастье, что меня нашел принц! Он уже привык к тому, что я вечно во что-нибудь вляпываюсь.

Дверь распахнулась, и я, зажмурившись от яркого солнца, буквально упала в объятия Гордея.

— Риша! — воскликнул он изумленно. — Ты в порядке? Как ты там очутилась? Кто это?!

Котенок, зажатый между мной и мощной грудью Гордея, завозился и запищал, вырываясь на свободу.

— Долго рассказывать, — ответила я, вынимая котенка. — Вот, если коротко, я за ним спустилась, а дверь заперли. Скажи, я еще успею сделать букет?

— Оранжерею закроют через пять минут, — сказал Гордей, взглянув на часы. — Ты не успеешь срезать цветы. Я мог бы отвести тебя в старый сад, но матушка не выносит, когда потрошат ее клумбы. Это строго запрещено. Овощи брать можно, но при условии, что они попадут на кухню. И фрукты можно, чтобы съесть или приготовить что-нибудь вкусное.

— Овощи можно, говоришь… Побежали в сад! Пожалуйста, Гордей. Клянусь, что не сорву ни одного цветочка!

Даже не знаю, отчего мне загорелось успеть сделать букет. Видимо, назло Милене. Если она хотела за что-то отомстить, я не намерена поддаваться.

— А… это? — Гордей показал на котенка, которого я все еще держала в руках.

— Жалко его бросать, — нахмурилась я.

— Понятно, — вздохнул он и крикнул чуть громче: — Игнат!

На его зов к нам подошел молодой человек и вытянулся в ожидании приказа.

— Присмотри, — сказал Гордей, передавая ему котенка. — Потом решим, что с ним делать.

По счастливой случайности старый сад находился совсем рядом с тем местом, где я сидела в подвале.

— Что ты делаешь? — недоумевал Гордей, следуя за мной по пятам, пока я срезала перцы и помидоры, да дергала из грядки морковку и редиску.

— Лучше помоги, — попросила я. — Отмой это от земли. И срежь штук десять крепких прутиков, чтобы не гнулись. И кончик заостри. Пожалуйста. А я потом все-все расскажу.

Не знаю, могла ли я воспользоваться чьей-то помощью, но в играх мне все равно не победить. Я всего лишь хотела утереть нос Милене.

Гордей сделал все быстро, именно так, как я просила. Вот что значит военный! На лужайку, где мне следовало собрать букет, мы вернулись минут за десять до окончания конкурса.

Я уже придумала, что сделаю. Осталось лишь соединить все красиво. Мне повезло, что в огороде ее величества росли не только капуста и репа, но и овощи, экзотические для этих мест. Навряд ли цветную капусту и брокколи сажают в каждом огороде. А в букете их соцветия смотрятся весьма органично.

Все, что гнулось и не желало ровно стоять в вазе, я укрепила прутиками, спрятав их внутри букета. Получилось… живенько. Кроме брокколи и цветной капусты из вазы торчали ровные оранжевые морковки, розовый редис, длинные красные перчики чили, желтые помидорки на ветке. Красивый разноцветный букет! И полезный, между прочим. Сначала украсит стол, потом станет обедом.

Закончив, я расправила листики ботвы, полюбовалась результатом трудов и, наконец, посмотрела, что творится вокруг. Гордей, проводив меня до лужайки, остался за ограждением, а я специально не глазела по сторонам, чтобы вовремя закончить букет.

Как и думала, большинство гостей и девушек уставились на мой стол. Мало того, что я поздно вернулась, так еще и с овощами, а не с цветами. Может, и зря я тут такое показываю. Ведьмой не сочтут? Точно?

Я с тревогой взглянула на членов жюри. Ее величество обмахивалось веером, и по ее выражению лица невозможно было понять, о чем она думает. Две дамы рядом с ней — ох, прослушала, кто это — вроде бы улыбались, но глядели не на меня. Двое мужчин о чем-то тихо переговаривались.

Гордей стоял чуть поодаль матери, рядом с младшим братом. Княгиня Воронцова обнаружилась справа от меня, и ее взгляд ничего хорошего не сулил. Гости перешептывались, то и дело бросая заинтересованные взгляды на мой стол. А вот участницы игр не скрывали удивления, только у них оно имело оттенок «да что взять с этой сумасшедшей».

А вот Милена на меня не смотрела. Ее стол находился на первой линии, ближе к креслам жюри, тогда как мой — на последней. И по спине я не могла понять, что Милена сейчас чувствует.

Интересно, она надеется выйти сухой из воды? Сделает вид, что ни при чем? У меня ведь нет никаких доказательств ее вины. Кошка ее светлости не пропадала. У подвала я никого не видела, то есть, никто не подтвердит, что видел меня с Миленой. А еще этот крик перед тем, как захлопнулась дверь. Она может заявить, что ее прогнали, а дверь заперли. Но, полагаю, до этого не дойдет. Скорее всего, я права, и Милена будет все отрицать.

Так стоит ли мне рассказывать правду Гордею? Кроме него никто не потребует объяснений, ведь к концу конкурса я вернулась, и букет успела собрать.

Тем временем объявили, что время истекло. И ее величество, а следом и другие члены жюри отправились рассматривать букеты вблизи. Они не только любовались цветами, но и расспрашивали каждую участницу, почему она сделала такой выбор. И тут я узнала, что мне, в очередной раз, повезло. Язык цветов я примерно знала. Однако здесь у растений иные значения, чем в нашем мире.

К примеру, у нас астра — символ любви и изящества, а здесь — мудрости. Или георгин — каприз, непостоянство, а в этом мире — дружба.

На цветах я засыпалась бы, однозначно. А овощи… сочтут чудачеством, не более того.

Милена сделала букет из роз и орхидей. Мышка — из подсолнухов и ромашек. Тамара — из хризантем, эустом и пионов. Эти мне понравились больше других, потому что девушки не побоялись экспериментировать с составом. Остальные играли с цветом и добавляли декоративные элементы — ветки эвкалипта, аспарагуса или гипсофилы.

— И что вы хотели этим сказать, княжна Елецкая? — поинтересовалась королева, остановившись у моего стола.

Я присела перед ней в поклоне и расправила плечи, выпрямившись.

— Это полезный букет, ваше величество. Выглядит он не хуже, чем букет из роз или хризантем, и украсит любую столовую. И он практичен. Срезанные цветы погибают, а из овощей можно приготовить вкусные блюда — салат, рагу, гарнир для мяса. Полагаю, родителям понравятся и букет, и хозяйственная жена с оригинальным вкусом.

— Любопытно, любопытно, — сказала королева, отходя от стола.

Я с облегчением перевела дыхание. «Любопытно» — не «ужас-ужас». Не опозорилась, и хорошо.

Пока жюри совещалось, слуги убрали ограждения и все лишнее со столов. Гости смогли подойти ближе, чтобы рассмотреть понравившиеся букеты. Тут я и услышала, что думают о моем овощном «шедевре».

— Какая безвкусица…

— Ах, она бы еще репу туда воткнула…

— И чему ее учили…

— Никакого вкуса…

— Фу, это так примитивно!

Ой, все! Сейчас заплачу… от горя.

— А мне нравится, — сказал Леонид. — Это съедобно.

Он подошел ко мне вместе с Гордеем, но вскоре удалился, похвалив мой букет.

— Не расстраивайся. — Гордей взял меня за руку. — Мне тоже нравится, что ты придумала. И не вздумай сбегать.

— Кто расстраивается? — фыркнула я. — Главное — участие. Разве мне нужно побеждать? Ты же на мне и без баллов женишься?

Гордей хмыкнул… и улыбнулся.

— И сбегать я не собираюсь, — вздохнула я. — Еще котика надо пристроить.

— Как ты себя чувствуешь? — неожиданно поинтересовался он.

— Хорошо. — Я помолчала и добавила: — Спасибо.

— Дамы и господа! Прошу вашего внимания! — объявил распорядитель игр. — Слово предоставляется ее королевскому величеству Ольге Николаевне!

Гордей крепче сжал мою руку.

Откровенно говоря, речь королевы я прослушала. Да что там интересного? «Вы все постарались… бла-бла-бла…» Я и смотрела не на нее, а на Гордея — украдкой, искоса. Всерьез примеряла на него роль мужа. Лапочка ведь, с какого ракурса не взгляни! И красавец, и выправка военная. И на помощь приходит вовремя. Накосячил немного с этим выговором в библиотеке… Я тогда здорово обиделась! Но ведь хотел, как лучше. А еще он терпит все мои закидоны. Как бы я не старалась, быть примерной княжной не получается.

— Риша, поздравляю! — сказал Гордей, поворачиваясь ко мне.

— А? — переспросила я. — С чем?

— Ты же выиграла этот тур. Только что объявили.

— Я?!

Ой, ой… Это же сколько новых врагинь я только что нажила?!

А Гордей еще и подлил масла в огонь — подхватил меня под руку и потащил вперед, к матушке. И если бы только это! Гости, отмерев, все же похлопали, когда ее величество вручало мне алую ленту — символ победы в первом туре. А после Гордей опустился на одно колено и, улыбаясь, произнес:

— Прошу прощения, княжна Елецкая, но я украду вас с игр. Не могу позволить, чтобы вы достались кому-то другому. Я не участник сего отбора, и по праву старшинства выбираю невесту прямо сейчас. Конечно, если вы будете настолько добры, что примите мое предложение.

И открыл коробочку, в которой лежали два парных золотых браслета.