Наследница поместья "Соколиная башня"

Глава 101. Игра продолжается

Лошадей пришлось увести подальше, чтобы они не привлекли ненужного внимания.

— Сундук уже там? — спросил Бриан у одного из людей Бладсворда, протягивая мне руку, чтобы помочь взобраться на последний уступ.

— На месте, — отозвался мой страж, следующий за мной по пятам. — Суинфорд не должен усомниться, что его доставил Хэмиш. Мы нашли место, где оставляли груз раньше. По крайней мере, по следам похоже.

— А если на встречу явится и сам Хэмиш? — заволновалась я. — Тогда сразу выяснится, что он этого не делал…

— Было бы чудесно, если бы он явился сам, — проворчал Бриан, — но эта скотина, простите, но я не могу назвать его по-другому, не желает светиться. Свенс хоть и знает, кто поставщик сумасшествия, но лично с ним не встречался. Это любой менталист подтвердит. Так что нам придется постараться выманить эту крысу. Устраивайтесь, леди Чествик. Ждать предстоит достаточно долго.

Он указал мне на плащ, который постелил для меня телохранитель.

— Как вас зовут? — спросила я того, кому было поручено защищать меня ценой жизни, впервые устыдившись, что раньше мне в голову сделать этого не приходило.

— Морган, — замешкавшись, ответил он.

Да уж. Момент для знакомства странный, но ведь этот человек собирается рисковать ради меня. Мне важно знать, как его имя.

— Есть донесения? — Бриан выглядел собранным, однако по тому, как он взлохматил себе волосы, стало понятно, что он вовсе не так спокоен.

— Вокруг около двадцати бойцов Суинфорда. Их больше, чем наших, но они не будут действовать самостоятельно. Главное, не позволить лорду отдать им приказ.

— Главное, чтобы Бладсворд, узнал все, что нам нужно, раньше, чем подмену распознают, — покачал головой Бриан.

— Неужели никто кроме него не мог выполнить эту задачу? — я комкала полу лакейской куртки.

— Будь у нас чуть больше времени, мы бы подготовили кого-то из профессионалов, леди Чествик, но этого времени у нас нет. Одно неосторожное слово, и эти гады залягут на дно. Я понимаю ваше волнение, но Райан справится лучше, чем кто-либо.

Звучало разумно, но сердце было не на месте.

Я всматривалась в темноту в том направлении, куда указал Бриан. Площадка у разлома хоть и была, как на ладони, однако, ночь скрывала детали, превращая все в мешанину неясных теней.

И вдруг все изменилось.

Картинка стремительно приблизилась. Стала четче. Обрела удивительную контрастность, только ракурс был неожиданным — чуть сверху и справа. Я чувствовала себя застывшим наблюдателем, рядом с которым разворачиваются события.

Сопровождавшие Райана ряженые бойцы остались поодаль за границей деревьев, а Бладсворд прошел в центр и уселся на поваленное бревно у старого пепелища, но не стал зажигать костер, а достал нож из-за голенища и принялся его точить, изредка поправляя капюшон, норовивший съехать из-за порывов ветра.

Ждать оказалось тяжело.

Влажный холодный воздух старательно забирался под одежду, редкие вскрики ночных птиц вдали, казались предвестниками беды и заставляли вздрагивать.

Разговаривать сейчас было не о чем: заново повторять план действий — нагнетать нервозность. Каждый и без того знал, что ему делать. А если поворот событий станет неожиданным, то и обсудить его заранее не получится, ведь правда?

Время тянулось и одновременно летело.

Меня раздирал противоречивые чувства: хотелось, чтобы все скорее закончилось, но при мысли о том, что как только от ожидания все перейдет к действию, Райан будет в опасности, я не находила себе места и мечтала, чтобы этот момент никогда не наступил.

Стало быть, я не достойна быть парой владетеля, если не могу поставить интересы земель и отдельных земель выше своих? Как бы я ни сочувствовала тем, кто сейчас находился в заложниках у этих чудовищ, настояла на своем участии только потому, что Бладсворд бы себе не простил того, что ему пришлось делать выбор.

Наверное, больше часа я следила этим странным зрением за Райаном под личиной Свенса, с замиранием ловя редкие и едва уловимые тени знакомых жестов, но как только послышалось шуршание мелких камней под легкими шагами, Бладсворд преобразился окончательно. Ссутулился, расставил шире ноги, чуть согнулся на бок, и к тому моменту как к разлому вышел окруженный сонмом магсветлячков Суинфорд, никто не смог бы уловить в фигуре, сидящей на бревне, и тени аристократической осанки.

— Принес? — видимо, считая ниже своего достоинства здороваться со всяким сбродом, сразу спросил Освальд.

Неожиданно звук шел со стороны и на фоне невразумительного гула голосов, который был мне доступен во время наблюдения, и я не сразу вспомнила, что мы подслушиваем через артефакт, который Бриан держал в руке.

Райан молча достал из-за пазухи нечто похожее на бусы и протянул Суинфорду.

— Что он ему дал? — спросила я.

— А вы что-то видите? — насторожился Бриан.

— Да, пока вижу, — я не стала вдаваться в детали, потому что все равно ничего не смогла объяснить, так как у меня на счет зрения была лишь догадки. — Это похоже на украшение или четки…

— Это то, что мы нашли у Свенса при себе. Своеобразное удостоверение личности, придуманное ныне несуществующим орденом. Его можно предъявить в банке, и если знаешь пароль, то получишь денежный перевод. Вот таким способом оплачивают преступные услуги наших лордов. Полагаю, это предоплата за партию, что вы с Райаном обнаружили в «Соколиной башне».

Суинфорд сунул четки в карман:

— Зачем ты притащил с собой столько людей? Двоих было бы достаточно, чтобы дотащить сундук.

— Не жалеете вы спины моих ребят, — хрипло ответил Райан. — С четырьмя побыстрее будет. И удобнее.

— За неудобства вам неплохо платят, — огрызнулся Суинфорд.

— Кстати. Где мои денежки? Мы люди простые, в банки не ходим. Звонкая монета надежнее.

— В сундуке лежит кошель, — криво ухмыльнулся Освальд. — Так что забирай и проваливай.

— Э, нет. Так не пойдет. Пересчитывайте при мне. Что-то ваша связная совсем дурная стала, заговаривается, и не нравится мне то, что она лопочет.

— Много чести. Сам считай, — Суинфорд старался сохранять высокомерный тон, но слова Райана о Джине его насторожили, ведь он прекрасно знал, что моя мачеха не в себе и плохо контролирует собственные действия. Именно поэтому и было решено от нее избавиться. — А что связная?

— Да вот проболталась красавица, что дело это последнее. Вдруг вы, господа хорошие, решили кинуть честных работников.

— Ты поэтому притащил четверых недоносков? Думаешь, они смогут противостоять магу? — скривился Суинфорд. — Бери, что дают, и уходи.

— Если это и правда последний рейд, мне нужны гарантии, что мне не перережут горло после того, как я передам груз, — с противными интонациями уперся Райан.

— С чего бы ему быть последним? — не очень убедительно переспросил Освальд.

— Хотя бы с того, что почти не осталось стран, куда я его уже доставлял.

— Ну в этот раз ты везешь в Ратоннари повторно, что мешает нам давать новым партнерам в прежних местах? — ухмыльнулся Суинфорд.

— Вот ублюдок! — выругался Бриан у меня над ухом. И я была с ним абсолютно согласна.

Они готовы поддерживать сколько угодно переворотов, пока это несет им деньги. Сводить с ума людей, лишь бы они не мешали. Полная беспринципность.

Да на фоне Хэмиша и Суинфорда Свенс выглядел простым уличным хулиганом.

Бриан активировал переговорник на манжете:

— Ратоннари. Следующие Ратоннари. Передай Гарольду, что у него на родине предстоит веселье. С кристаллами или без, кто-то мутит и без того нечистую водичку.

Глубокий чарующий голос отозвался:

— Передам, возвращайся.

— Как только здесь закончим.

— Амелия сказала, что не хочет больше собирать тебя по частям. Так что не лезь, куда не следует. Это приказ!

Легкое шипение оборвало связь.

— Проклятье! Приказ! — Бриан был явно недоволен наложенными ограничениями.

А я, невольно отвлекшись на его переговоры, упустила следующую фразу Райана и начала ответа Суинфорда, услышав уже угрозы:

— … а вот это уже не твое дело, — ярился он, нависая над Бладсвордом. — Не слишком ли много вопросов ты стал задавать? Продолжишь в том же духе, и тебя точно ждет перо под ребра в ближайшей таверне.

Райан медленно поднялся:

— А вот угрожать нехорошо. Невежливо. А еще лорд, — Бладсворд даже сплюнул, словно ему были противны все лорды разом. — Повторюсь, если аристократы не способны понять с первого раза: мне нужны гарантии. И пока их не будет, я груз доставлять не стану. И ребятки мои, если со мной чего случится, без меня просто разбегутся. А аванс вам уже уплачен. Думается мне, что руки у того, кто заказал эту партию, длинные. Он вас и тут достанет. Нарушение договора никогда хорошо не кончается.

И для усиления эффекта Райан панибратски похлопал Суинфорда по плечу, делая незаметное движение другой рукой.

А наша булавка издала какое-то подозрительное шуршание.

— Что происходит? — запаниковала я.

— Он подбросил передатчик Освальду. Молодец. Теперь ему нужно унести ноги. Мы уже знаем, в какой стороне искать концы. Остальное можно контролировать на дистанции.

— А разве мы не будем сейчас брать Суинфорда в плен?

— Нет, он должен вытащить Хэмиша из укрытия, которое мы так и не обнаружили. Есть подозрения, что это где-то в каменоломнях. И соваться на территорию, где он каждую песчинку может превратить в оружие против нас, — это чистое самоубийство. Можно взорвать шахты, но мы не знаем, не там ли заложники. Не слишком ли высока цена за устранение одного урода? Я почти уверен, что Райан сейчас провоцирует Суинфорда связаться с Хэмишем.

Что?

Я уже обрадовалась, что, подложив подслушивающий артефакт, Бладсворд свернет свою шпионскую деятельность, а игра все еще продолжается?

— … и каких же гарантий ты хочешь? — продолжала передавать шипение Освальда булавка.

— А это я скажу главному. Жду два часа у охотничьего домика. Если не придет никто, или если вы придете один, то сундук пойдет на дно реки. Зачем мне деньги, если в порту Ратоннари меня возьмут за жабры. Там меня не на каторгу отправят, а на виселицу.

— Ты зря паникуешь. Главный таможенник в деле, — решил выдать немного информации Суинфорд, уверенный, что проклятые деньги из кошеля все равно убьют Свенса.

А Бриан снова забубнил в свой магпереговорник.

— Главный таможенник Ратоннари, конечно, птица важная, племянник князя. Только с ним мне договариваться не получится. Так что уговор прежний. Жду два часа.