Поездка с владетелем оказалась весьма смущающей.
Я слишком остро ощущала мужское тело, к которому была плотно прижата. Каждое движение мускулов заставляло меня краснеть под маской. Но еще большую неловкость я испытывала от того, что и Бладсворд прекрасно мог чувствовать меня в своих руках. И к тому моменту, как мы доскакали до поляны, мне было волнительно, жарко и очень хотелось пить.
Какой-то парнишка, судя по рубахе, из деревенских помог мне сползти по лошадиному боку и перехватил поводья у владетеля. Когда Бладсворд покинул седло, конь заржал и загарцевал на месте.
— Ну-ну, малыш, — ласково похлопал его по холке владетель. — Мы ещё покатаем на себе леди Ч… эту леди!
Что? Какая непристойность! Что значит «мы» и «на себе»?
Усмехнувшись моему возмущённому взгляду, Бладсворд сверкнул глазами и надел маску. Склонившись ко мне, добавил негромко:
— Уверен, вы восхитительная наездница. Верховая езда — это же как танцы, необходима чувственность и внимательность.
Я вспыхнула и закусила губу, чтобы ничего не ответить. И так уже наговорилась.
И ведь не надоедало ему дразнить меня.
— Где я могу попить? — попыталась я свернуть с щекотливой темы.
— Чего бы вы желали? Вина? Эля? — сверкнул белозубой улыбкой Бладсворд. В свете отблесков зажженных повсюду факелов, он выглядел потусторонним, опасным, искусителем.
— Воды, — выбрала я. Хотелось, конечно же, вина, но я не была уверена, что с ним хорошо сочетается травма головы. То, что сейчас я чувствовала себя вполне сносно, не говорило ни о чем. Шишка у меня под волосами была приличная.
— Воды? — изумился владетель. — Необычный запрос. А как же отметить Старфайр? Сегодня будет особенный костёр.
— И чем же? — полюбопытствовала я, укорив себя, что не разузнала подробностей про этот древний праздник.
— Они все особенные, — усмехнулся владетель. — Костер каждого дня предназначен для благословления своего дела.
— И для чего же этот?
— Для «упоительной езды», — ответил Бладсворд, лишив меня от смущения дара речи.
Чтобы не давать больше повода меня дразнить, я стала разглядывать поляну. Заметив, что я чувствую себя неуверенно, владетель взял меня за руку и подвёл к небольшому шатру.
— Постойте здесь несколько минут, я попробую добыть вам воды. А потом покажу, как правильно веселиться на Старфайре.
— Вы сами? — изумилась я. Это как если бы император Лидвании сам подавал напитки фрейлинам сестры.
— Сегодня вы моя гостья. И за вами приглядываю, не забыли?
Стоило Бладсворду отойти, как рядом со мной появилась Джина.
Она словно соткалась из тени от шатра. Подошла ко мне и, обдавая винным запахом, прошипела:
— Думаешь, ты самая хитрая? Решила повеситься Райану на шею? Ты смешна и нелепа в своих жалких потугах привлечь его внимание. Ты такая же холодная и расчетливая, как твой отец. Ни крупинки индивидуальности. И на этом празднике нет места такой унылой, бледной моли.
— Мне стоило, как вы, выставить себя на посмешище неподобающим нарядом? Тогда бы я пришлась ко двору? — холодно уточнила я, складывая руки на ученический манер. Я знала, как ее это бесило.
— Как ты заговорила! Надеешься, что Райан за тебя вступится, когда ты вляпаешься? Тогда ты будешь очень горько разочарована, — усмехнулась мачеха и, больно задев меня плечом, прошла в круг танцующих.
Задумавшись, я смотрела ей в след. Почему и во что я должна вляпаться?
Она что-то задумала? Или просто считала, что я настолько неприспособленная, что позор меня ждет неизбежно? Вот уж кто бы говорил.
И все же мне снова стало неуютно. Вместо того, чтобы наслаждаться Старфайром, я напряженно ждала какого-то подвоха.
И чем дольше я стояла в одиночестве, тем правдивее звучали слова мачехи.
Я чужая на этом празднике. Мой удел — смотреть со стороны.
И я уже начала серьезно нервничать, когда увидела, как ко мне возвращается владетель. Его высокая фигура раскалывала толпу, уверенно двигаясь в мою сторону.
Чья же у него маска? Кто-то с хищным клювом. Ястреб? Нет, крупнее. Скорее, орел. Только мне казалось, что у Бладсворда на плаще был другой кант. Глянцево-чёрный, а не серебристый. Впрочем, я могла ошибаться в таких незначительных деталях.
Спохватившись, что я слишком пристально разглядываю подошедшего владетеля, я опустила взгляд и приняла из его рук кубок. Наши пальцы соприкоснулись, и я почувствовала, что что-то не так, но не смогла сразу сориентироваться, в чем дело.
— Благодарю, — выразила я свою признательность, потому что после разговора с Джиной жажда мучила меня еще сильнее.
Я лишь пригубила жидкость и поняла, что это вовсе не вода, а эль со странным привкусом. Проглотила я лишь совсем маленький глоточек из вежливости и хотела вернуть кубок, но перед глазами все сразу поплыло, и чаша выпала у меня из ослабевшей руки.
Я пошатнулась и даже не могла возразить, когда сильная рука обхватила меня за талию, прижала к мужскому телу и повела меня за шатёр к телегам.