Наследница поместья "Соколиная башня"

Глава 34. На грани провала

Спускаясь утром к завтраку, я вовсе не была уверена, что мне полезет кусок в горло.

И дело было не только в том, что спалось мне отвратительно, что в общем-то неудивительно. И аппетит мне портили не одни прожигающие взгляды мачехи, которая сегодня выглядела на диво пристойно, я бы даже сказала, по-послушнически скромно. Я и не подозревала, что в ее гардеробе есть настолько закрытые наряды. Пренебрегла она нынче и помадой, что уж было совсем из ряда вон. И если бы не выражение лица, Джина могла произвести приятное впечатление на человека с ней незнакомого.

Все это было досадно, но самое ощутимое неудобство доставляла мне персона владетеля, при взгляде на которого я закипала. И его невозмутимый вид возмущал меня еще сильнее, чем вчерашняя фамильярность.

Нет, я допускала, что мои подозрения могут быть беспочвенными. Бладсворд не скрывал, что ему нравится меня дразнить, и все эти сказанные им фразы могли ничего не значить.

Честно говоря, я бы не взялась с уверенностью сказать, какой из вариантов злил меня больше: тот, где владетель собирался склонить меня к близости, или тот, где это было шуткой.

Насупившись, я ковырялась в тарелке, изредка чувствуя на себе взгляд Бладсворда, но снова, как и вчера за ужином, едва я поднимала на него глаза, оказывалось, что все его внимание сосредоточено на собеседнике.

И я бы могла подумать, что заблуждаюсь, но каждый раз, когда владетель на меня смотрел, моя метка оживала, пульсировала и нагревалась.

Сегодня утром при свете дня я подробно рассмотрела, чем наградил меня источник.

Последние сомнения отпали, это не укус и не обычное раздражение.

Кожа вокруг была чистой и белой, в то время как отметина потемнела сильнее, став почти коричневой, цвета запекшейся крови, уменьшилась в размерах и приобрела некую форму, контуры которой были еще расплывчаты, но укрупненно напоминали некую галочку.

Сказать, что мне не понравилось увиденное, — это не сказать ничего.

На нервах я даже попыталась оттереть это загадочное пятнышко, хотя было ясно, что это не поможет.

Как бы узнать, что это такое? После того, как Морстон и кухарка отрекомендовали местного лекаря, как завзятого сплетника, к нему обратиться я бы не решилась. Однако, разобраться с тем, что поселилось у меня на плече было необходимо. Метка явно имела магическое происхождение, и если она — результат обряда у источника, то нужно узнать о нем побольше, прежде чем впадать в панику, что она останется со мной навсегда.

Я, конечно, сама была виновата, что поддалась любопытству с этим обрядом, меня оправдывало только то, что я в него вовсе не верила и восприняла, как маленькое приключение. Очень бы не хотелось из-за одной маленькой глупости серьезно пострадать.

Задумавшись, потерла плечо там, где под тканью осталась загадочная метка, и поскольку в этот момент я как раз смотрела на владетеля, то увидела, как он, резко обернувшись ко мне, потянулся к своему плечу, но остановился, не завершив жеста.

У меня закралось недоброе предчувствие.

Я открыто уставилась на Бладсворда, а он улыбнулся и…

И подмигнул!

Кажется, вопросов к этому владетельному махинатору стало еще больше.

Пора перестать быть безупречно пристойной леди и прижать этого интригана к стенке! Не время оглядываться на учебник этикета, он и так все время доставлял мне одни неприятности. В конце концов, Бладсворд сам обещал сегодня откровенный разговор.

— Леди Чествик, вам не нравится завтрак? — обратила внимание на мое равнодушие к запеканке с ягодами леди Синтия, сидевшая напротив меня.

— О… — я замялась, не желая показаться невежливой. — Берегу место для блюд из сегодняшней дичи.

Леди Бладсворд сдержанно улыбнулась:

— Вы ведь еще ни разу не бывали на охоте, моя дорогая?

— Нет, — совсем растерялась я.

— Поверьте, если мы с вами будем ждать добычу мужчин, то запросто останемся голодными. Слава Покровителю, оленина будет готова раньше, чем они вернутся с охоты. Ну ничего, я о вас позабочусь. Пока лорды состязаются в удали, мы с вами нагуляем аппетит. Нет ничего лучше пешей прогулки по осеннему лесу в такую погоду, как сегодня.

— Пешей? — изумилась я.

— Ну вы же не собираетесь рисковать свернуть себе шею? Пусть этим занимаются мужчины, — усмехнулась леди Синтия и покосилась на Джину, все еще отсаженную в конец стола, — ну или те, кто от мужских брюк отлипнуть не в состоянии. К тому же, Райан сказал, что не хочет, чтобы вы садились в седло.

Внимательный взгляд глаз так похожих на глаза Бладсворда вперился в мое лицо, заставив меня занервничать. Он ей рассказал? Как много?

— Владетель излишне обо мне волнуется, — проворчала я, косясь на оного из-под ресниц, но Бладсворд снова увлекся разговором со своим гостем из Королевства. Брианом, кажется.

— Ну, нам же не хотелось бы, чтобы вы подвернули ногу раньше времени? — намекнула леди Синтия.

Стало быть, владетель уже обсудил свои планы с матерью.

И это еще до того, как я дала согласие!

Мне срочно нужно с ним поговорить!

Увы, когда завтрак окончился, Бладсворд оказался занят подготовкой к охоте. Я уже последовала за ним, чтобы закончить вчерашний разговор, но его перехватил дворецкий.

Заметив мое раздосадованное лицо, владетель как бы невзначай обронил:

— Надеюсь, хотя бы через час мне удастся попасть в свой кабинет.

Хм. Это было приглашением?

Что ж, через час меня тоже устраивало.

Пока же я решила переодеться для прогулки, однако поднявшись на второй этаж, мне пришло в голову, что сейчас самый подходящий момент попробовать допросить вещи Бладсворда. Что-то мне подсказывало, что владетель не особенно жаждет раскрывать передо мной все карты. Разузнать что-нибудь о его истинных мотивах мне не помешало бы.

Определенно, проникать в личные покои гостеприимного хозяина без его разрешения — не совсем красиво, я бы даже сказала, предосудительно, но пока я веду себя, как воспитанная леди, все время оказываюсь в проигрыше. Мне очень не нравилось, что до сих пор я была слепой пешкой в чужой партии.

Раздумывала я недолго.

В конце концов, Бладсворд сам виноват.

Мог бы не темнить.

Для прикрытия я, на всякий случай, накинула на себя кривоватую иллюзию дворецкого и свернула в хозяйское крыло, благо по вчерашним событиям я помнила, где находятся покои владетеля.

С замиранием сердца я юркнула за двери. От волнения даже в глазах потемнело. Я чувствовала себя ни больше, ни меньше — настоящей преступницей. Переведя дух и уговорив себя, что дурных мыслей у меня нет, я обошла гостиную, но взгляд ни за что не цеплялся. Я искала вещь, к которой мог быть привязан Бладсворд, или которая сама по себе могла вызывать у него сильные эмоции.

Отважившись, я прошла в спальню, и здесь уже чувствовался характер владетеля. Легкий беспорядок, множество мужских безделушек, костюм для верховой езды, приготовленный на постели.

Я задумчиво прошлась по комнате, подвигала шейные платки на подставке, коснулась лежавшего у зеркала помазка для бриться. Его ворс оказался все еще влажным, и почему-то меня это смутило.

И тут, наконец, на глаза мне попался кинжал с невероятной работы эфесом.

Вот оно!

Эта вещь не могла оставить Бладсворда равнодушным.

Я потянулась к рукояти, и в этот момент услышала, как с тихим скрипом отворилась дверь в гостиную, заставив мое сердце заколотиться от страха быть застуканной.

— Да, я сейчас, — донесся до меня раздраженный голос владетеля. — Нет необходимости. Я сам.

Силы небесные!

Не придумав ничего умнее, я метнулась к шкафу, надеясь, что Бладсворд заглянул совсем ненадолго, просто позабыв какую-то мелочь.

Плотно прикрыть створки я не рискнула, потому что владетель вошел в спальню стремительным шагом, и я побоялась выдать себя неосторожным скрипом. Стараясь не дышать, я прильнула к щели, чтобы не пропустить момент, когда мне можно будет покинуть убежище.

К моему ужасу, Бладсворд и не думал облегчать мне жизнь.

Вместо этого он принялся раздеваться.