Наследница поместья "Соколиная башня"

Глава 27. Плохая мишень

С трудом разлепив тяжелые веки, я обнаружила перед собой знакомую птичью маску. Первая мысль — это тот, кто опоил меня!

Сердце зашлось в сумасшедшем беге, но пекущее плечо отрезвило.

Это владетель.

— Энни, пора возвращаться, — тормошил испуганную меня Бладсворд.

Я окинула поляну сонным взглядом: праздник в самом разгаре, хотя сейчас было никак не меньше двух часов ночи.

— Уже? — сипло спросила я, испытывая разочарование.

— Что? — усмехнулся владетель. — На свежем воздухе спится лучше? Успеешь еще вздремнуть до моего визита.

Эти слова запустили цепочку воспоминаний и сон махом с меня слетел.

Бладсворд все-таки собирается ночью ко мне в спальню!

Пульс снова начал вытанцовывать.

— Лорд Бладсворд, — подскочив, я выпрямилась на троне. — Ваше предложение… Это неприемлемо! Невозможно!

Владетель хмыкнул:

— Так неприемлемо или невозможно? Это разные вещи, Энни.

Он был так близко, что я чувствовала тепло его тепла. Нос щекотал запах дыма от костра, которым пропитался его плащ.

Отводя глаза, я постаралась быть вежливой:

— Ваше внимание мне, несомненно, льстит, но я не готова разделить ваши непристойные желания…

— Я хочу просто поговорить без свидетелей, Энни, — глаза в прорезях маски смеялись. — Но мне нравится ход твоих мыслей.

Я вспыхнула и чуть не застонала в голос от досады!

Я опять попалась на его удочку.

Силы Небесные!

Можно ли поставить себя в более глупое положение?

Владетель теперь подумает, что у меня на уме только одно…

Покровитель, моя маска загорится сейчас не только декоративным огнем…

Показать себя такой испорченной!

Правда, было непохоже, что я шокировала Бладсворда, если вообще такое возможно.

Однако это не отменяло того, что я была уверена, владетель специально говорил так, чтобы я поняла его превратно! Он постоянно дразнил меня. Будто ему нравилось меня смущать и ставить в тупик!

Провокатор!

О, как мне хотелось бы поставить его на место!

— Без свидетелей можно поговорить и не у меня в спальне! — выпалила я.

— Можно, — согласился Бладсворд. — Например, у меня.

Он опять за свое!

— Вы невыносимы!

— Но я тебе нравлюсь.

— Вовсе нет!

— Такая милая леди и такая лгунишка, — и не дав мне возразить, продолжил. — В доме я смогу проконтролировать, чтобы нас никто не подслушал. А здесь полно лишних ушей.

— Но в доме же есть не только личные покои! Есть гостиная, библиотека… — не сдавалась я.

— Это же совсем неинтересно! — возмутился Бладсворд. — Не будь трусишкой. Я не ем маленьких сладких леди. Поверь, наша беседа в твоих интересах. У меня для тебя есть предложение. Очень выгодное. Но ты должна будешь перестать увиливать и рассказать мне правду.

Я скептически посмотрела на владетеля.

Ишь ты. Всю правду.

В землях Станхейма не принято исповедоваться без суровой на то необходимости. Правда — это дело очень интимное, так сказать, развлечение для одного.

И я очень сомневалась, что в землях Бладсворда дела обстояли по-другому.

Что-то, конечно, рассказать было можно, но обнажать душу? Человеку, обличенному силой и властью? Тому, у кого, скорее всего, есть корыстный интерес?

Я с ума, что ли, сошла?

Очевидно, владетель догадывался о моих мыслях, потому что в ответ на мой взгляд он коварно усмехнулся:

— Я все равно все узнаю, но цена за помощь станет еще выше. Если что, меня это даже устраивает.

Я заерзала на троне.

Местное ценообразование было просто ужасным!

И непристойным!

— Я подумаю, — постаравшись сделать независимый вид, буркнула я.

— Я приду, — передразнив мои интонации, ответил владетель. — А пока отпусти свою горничную. Дай ей повеселиться, она честно тебя караулила и теперь имеет право на праздник. Обратно во владения ее привезет наш кучер вместо с остальными служанками.

— Но вы не будете себе позволять ничего из того, что уже позволили! — посопев, строго сказала я.

— Я не привык повторяться! — широко улыбнулся Бладсворд.

Мне захотелось его стукнуть.

Но бить хозяина трети Конфедерации было нельзя.

По крайней мере публично.

Я осторожно слезла с трона, постаравшись не прикоснуться к владетелю, от которого у меня постоянно просыпались мурашки. Мои маневры не остались незамеченными и вызвали у Бладсворда смешок.

Я подошла к Торни, не знавшей, куда глазеть: на поляну, где мужчины устроили бойцовское соревнование, местами напоминавшее клоунаду, потому что половина участников еле держалась на ногах от выпитого, или на владетеля.

— Владетель Бладсворд организовал мое возвращение, но ты можешь остаться, — обтекаемо озвучила я свое предложение, давая Торни право отказаться, и тогда, вроде как, не я не послушалась, а так обстоятельства сложились.

Умненькая Торни перевела взгляд с меня на Бладсворда и обратно.

— Это плохая мишень, леди Энни. Лучше воспользоваться способом из романа и покричать про мышь. Тот дворянин из Королевства нам подходит намного больше.

Владетель позади меня закашлялся.

Я покосилась на него через плечо. Он с преувеличенным интересом разглядывал мыски своих сапог. Он же не мог слышать, что сказала Торни?

Нет. Мы же с ней почти шептались.

— Еще неизвестно, кто тут добыча, — поджала я губы. — Смотри сама не попади в передрягу.

Я кивнула в сторону одного из крепких парней, что не сводил с Торни глаз.

— Я вернусь к рассвету, — все-таки сдалась своим слабостям горничная, и мне не в чем было ее упрекнуть. Работа в нашей семье не располагала обилием поводов отдохнуть или приятно провести время.

Вернувшись к Бладсворду, я позволила взять себя под руку и увлечь к конному стойбищу. Усадив меня в седло перед собой прежним манером, владетель направил коня к дому на этот раз не галопом, а иноходью, обеспечивая не такое быстрое, но более плавное движение.

Это, скорее, напоминало неспешную прогулку, за время которой я успела еще раз прокрутить в голове сказанное Бладсвордом.

Он предлагал мне помощь, справедливо полагая, что мне она необходима.

С этим было сложно не согласиться. Джина определенно намерена добиться своего любым путем. Пока меня спасала только удача. Что со случаем в библиотеке, что с происшествием на празднике.

И в то же время владетель упомянул, что у помощи есть цена.

Что же ему было нужно?

Первым, что напрашивалось на ум, была «Соколиная башня».

Мне не хотелось идти против воли отца. Как бы я к нему ни относилась, но, вероятнее всего, у него были резоны не уступать поместье Бладсвордам. В этом стоило покопаться и для начала изучить ту книгу, что дал мне владетель.

Он сказал, у меня будет время до его визита.

Нужно было провести его с пользой.

Я нутром чувствовала, что не просто так «Башня» стала камнем преткновения.