Не так, как в фильмах

Глава 4

“Никогда не отказывайся от игры из-за страха совершить ошибку.”

— История Золушки

Лиз

— Бакси!

Я обернулась и увидела, как Джимми Рокфорд машет мне своими огромными ручищами, подзывая к скамейке запасных. Он был выпускником, играющим на позиции кетчера, и восстанавливался после разрыва крестообразной связки колена, и сложен был как горилла.

Рыжая горилла с заплетённой бородой. Внешность у него была запоминающаяся, и это было частью его обаяния.

— Да? — спросила я, ставя плейлист на паузу и указывая в сторону поля, где, похоже, аутфилдеры13 отрабатывали ловлю флайболов14. — Мне нужно делать снимки, поэтому я не могу сейчас болтать.

— Есть лишние билеты на пятницу? Мой брат хочет прийти.

Ещё чего. Его брат-близнец, Джонни, играл в регби с Кларком и был ходячим стереотипом. Он был огромным, грубым и диким, а когда выпивал, мог подраться или что-нибудь сломать. Джонни мне нравился, но я не собиралась приглашать его на вечеринку в нашу уютную новую квартиру за пределами кампуса.

— Извини, — ответила я, разворачиваясь и уходя, радуясь, что мы с соседями установили чёткое правило насчёт вечеринок. Все трое были очень общительными, а я менее, поэтому мы решили использовать билеты, чтобы контролировать количество народа. — У меня закончились билеты. Спроси у Кларка!

Кларк был возле буллпена, снимая на видео питчеров. Я видела его затылок (что было несложно, учитывая его рост в два метра и светлый волосы, собранные в пучок), поэтому идя к нему, я на ходу расстегнула сумку и достала всё, что нужно для съёмки.

— Как раз вовремя, — сказал он мне, снимая, как кто-то бросает мяч, каким-то образом зная о моём присутствии, даже не поднимая головы.

— Берегись, Джонни Рокфорд ищет билет.

— Я уже сказал этому ублюдку нет, — пробормотал Кларк.

— Ставлю десять баксов, что он всё равно придёт.

Я положила свою сумку, настроила камеру и подняла её, чтобы сфотографировать парня, которого снимал Кларк.

Мы с Кларком научились быть незаметными, и поскольку большинство спортсменов привыкли к тому, что их снимают, никто даже не замечал нашего присутствия. Я посмотрела через объектив на высокого питчера, когда он бросил фастбол, и вау — это была впечатляющая скорость!

На первый взгляд он не показался мне знакомым, так что, вероятно, был первокурсником.

Хотя, формально, я стояла позади него и совсем не видела его лица, так что, наверное, я имела в виду, что его зад не показался мне знакомым.

Нет, его зад просто выглядел как очень симпатичный бейсбольный зад.

Благослови Господь женщину, придумавшую бейсбольные штаны.

И да — это точно была женщина.

— Блин, у тебя есть запасной аккумулятор? — спросила я, раздражённая тем, что забыла зарядить камеру, пока была в офисе. Маленький значок в углу мигал, а это означало, что у меня осталось всего пара минут.

— В моей сумке, — ответил он, продолжая снимать. — В кузове грузовика.

— Ладно, — сказала я, досадуя на свою невнимательность. Заряди гребаный аккумулятор, тупица. — Тогда, пожалуй, я вернусь к грузовику.

— Если увидишь, что началась отработка ударов, сделай, пожалуйста, несколько снимков, — попросил Кларк, наконец опустив камеру и посмотрев на меня. — Мне кажется, это будет поинтереснее, чем тренировки с эспандерами и разминка питчеров.

— Хорошо, — я побежала обратно к грузовику, поменяла аккумулятор и провела следующий час, снимая отработку ударов.

Было здорово увидеть многих игроков с прошлого года — Мик и Уэйд были моими любимчиками — и понаблюдать за новичками. У КУЛА был лучший состав новичков в стране, что, конечно, не гарантировало успешный сезон, но делало их предсезонную подготовку чем-то большим, чем обычные тренировки.

Это было похоже на пролог.

Я приблизила изображение на Уэйда, когда он выполнял упражнения с мячом на подставке, делая снимок за снимком, запечатлевая редкую серьёзность на его обычно весёлом лице.

Боже, как же здорово вернуться. Я никогда бы не подумала, что смогу полюбить спорт, но, ей-богу, эта работа сделала это возможным.

Ведь помимо освоения азов профессии, занимаясь такими вещами, как маркировка отснятого материала и помощь съёмочной группе с оборудованием, из этой низкоквалифицированной должности вышло нечто удивительное. Я обнаружила, что помимо музыки меня увлекает процесс превращения обычных съёмок спортсменов в их естественной среде, в захватывающие истории о человеческих переживаниях.

— Не хочешь сходить в «Министерство кофе», когда освободишься? — Опустив камеру, я увидела Кларка, который уже собрал всё своё оборудование. — Я сегодня угощаю кофе ну, где-то половину своей вечерней группы, так что мне не помешали бы лишние руки.

Типичный Кларк. Он знал половину своей группы, а это был только первый день.

— Ты уже закончил? — я взглянула на часы и ничего себе — мы пробыли тут два часа.

— Да, но могу подождать, если тебе нужно ещё время, — сказал он, проводя рукой по волосам. — Я уже пообещал билеты примерно десяти людям, пока мы здесь, так что могу им сейчас написать, пока жду.

— Кстати, я знаю, что ты слишком уж расхваливаешь эту вечеринку, — сказала я с укором, наклоняясь, чтобы взять свою сумку. — Но, думаю, у меня достаточно снимков. Пойдём выпьем кофе и обсудим, как мы попали.

— Мне подходит, — сказал он, вытащив солнцезащитные очки и передвинув их вверх по переносице. — Но, знаешь, мир не рухнет, если вечеринка получится чуть масштабнее, чем мы планировали.

— Это только твоё мнение, — закатила я глаза и пошла с ним к парковке. — Не ты же не можешь уснуть, когда в три часа ночи в гостиной всё ещё шестьдесят человек.

— Шестидесяти точно не будет, — сказал он, закидывая руку мне на плечо. — А если бы ты просто выпила чуть больше, проблем со сном бы не было.

Я не мог сдержать смеха, потому что Кларка ничто не могло застать врасплох.

Вообще.

Даже взорвись в его спальне бомба, он бы сказал что-нибудь вроде: «Ну, видимо, Вселенная решила, что мне пора сделать ремонт».

— Просто скажи мне, что ты не обещал Вуди билет, — сказала я, почти не сомневаясь, что, он вероятно, обещал.

Все мои знакомые обожали кетчера из Алабамы, этого мистера Южное обаяние, но только не я. Он был неплохим парнем, но после нашего свидания в прошлом году (моё первое и единственное в университете) я больше не верю в романтику. Он (а) сказал, что ненавидит кошек; (б) называл меня «рыжей», будто это общепринятое прозвище для рыжеволосых; и (в) поцеловал меня в шею, когда мы стояли в очереди на кассу в кинотеатре.

И после того злополучного свидания, каждый раз при встрече с ним мне приходилось отвечать на его двадцать вопросов о том, почему я больше не соглашаюсь на свидания.

— Я дал несколько билетов питчерам-первокурсникам, — оправдываясь, сказал Кларк, — и Вуди тоже был тут как тут, пришлось и ему дать.

Я покачала головой, глядя на своего чересчур мягкосердечного друга.

— Что ж, если я его убью, то заставлю тебя закапывать тело и избавляться от улик.

— Договорились, — сказал он. — Я даже раскошелюсь на лопату.