Не так, как в фильмах

Глава 5

“Что бы ни случилось в ближайшие пять минут, знай, что когда я открывал эту дверь, у меня сердце чуть не выскочило от счастья. Оно прямо вырывалось из груди.”

— Ради любви к игре

Уэс

Первая неделя пролетела незаметно.

Бейсбольная её часть, она же «адская неделя», была довольно напряжённой. Тренировки, качалка, отработка игры на своей позиции, физподготовка — я проводил больше времени, мучаясь вместе со своими товарищами по команде, чем за учёбой.

Из-за чего мне приходилось каждый вечер мчаться в библиотеку, чтобы не отстать. Главной библиотекой в кампусе была Пауэлл, и логично было бы заниматься там, но мне больше нравилось ездить чуть дальше, в музыкальную библиотеку.

Потому что там было тише.

Ладно, вру.

Я занимался в тихой музыкальной библиотеке в надежде встретить там одну студентку музыкального отделения, которая тоже могла там заниматься. Студентку с зелёными глазами, медными волосами и вытатуированными маргаритками на бедре.

Студентку, которая снилась мне почти каждую ночь.

Чей голос я всё ещё слышу, чьи духи я всё ещё чувствую.

Я ещё не видел её, но чувствовал, что она где-то рядом. У меня было несколько идей, как бы «случайно» пересечься с ней: например, засесть на весь день за учёбой в холле Шёнберга, где, вероятно, проходят её музыкальные занятия; попросить девушку моего товарища по команде Илая, которая работала в регистрационном офисе, прислать мне расписание Лиз; позвонить мистеру Баксбауму и вымаливать у него информацию; повторить тот же процесс с Хеленой и т. д. Но для этого мне нужно было немного разгрузить свой график.

Поэтому в пятницу вечером, возвращаясь в общежитие после сумбурной первой недели и так и не встретив Лиз в библиотеке, я с нетерпением ждал возможности куда-нибудь выбраться. Не для того, чтобы напиться, а просто отдохнуть с парнями и провести вечер, не думая об учёбе или бейсболе.

Или о ней.

Я набрал свой пароль на кодовой панели и толкнул дверь.

— Самое, блять, время, — сказал Уэйд (игрок первой базы и один из моих соседей по общежитию), выглядя как придурок, стоя посреди общей гостиной в узких джинсах, белой футболке, черном пиджаке — что, за… — и гребаной фетровой шляпе на его большой голове. — Я готов идти.

Он стоял с Микки (кетчером/другим соседом по общежитию) и Эй-Джеем, которые, к счастью, не пытались косплеить Бруно Марса и, казалось, ждали только меня.

— Куда? На костюмированную вечеринку? — спросил я, бросая рюкзак на журнальный столик.

— Не завидуй моему стилю, Беннетт, — ответил Уэйд, стряхивая пыль с пиджака, словно он важная шишка.

— Да уж, завидовать тут нечему.

— Собирайся быстрее, мы уже вызвали такси, и оно едет, — сказал Эй-Джей. — Если я не буду танцевать в ближайшее время, то с ума сойду.

Что мне нравилось в Эй-Джее больше всего, так это то, что ему было совершенно всё равно, что о нём думают другие. И не в грубой манере, а просто он был верен себе. Парень обожал танцевать (отдавался этому полностью, аж весь потом покрывался), любил корейские дорамы и готов был спорить до хрипоты, что сельтерская вода лучше пива.

— Через сколько? — спросил я, мечтая принять душ после того, как гнал обратно в общагу под тёплым калифорнийским солнцем.

Эй-Джей посмотрел в телефон.

— Пишет, что моя водитель, Лариса, будет через двенадцать минут.

— Я успею принять душ за три. — Я пошёл в спальню, чтобы взять чистую одежду, и крикнул: — Если я пойду в джинсах и футболке, сойдёт?

— Нет, слишком простовато, — ответил Уэйд, в то время как Эй-Джей и Микки дружно крикнули: — Да!

Я прыгнул в душ и выскочил как раз вовремя, чтобы сесть в машину Ларисы вместе с остальными. Эй-Джей сразу же начал с ней болтать, потому что она была как раз в его вкусе: жгучая брюнетка с цитатами из книг, вытатуированными на руке, — но она не повелась на его лесть. Она высадила нас у невероятно роскошного жилого комплекса, и я был поражён, когда мы вошли в лифт.

— Вау, — сказал я, глядя на светящиеся цифры на табло лифта, когда двери за нами закрылись. — И здесь живут студенты?

Я даже представить не мог, сколько стоит аренда в таком месте. Это явно не жильё для двадцатилетних студентов. Скорее для состоятельных взрослых.

И для детей с трастовым фондом.

Ради бога, тут даже билеты на вечеринку проверял швейцар!

Что мы тут забыли? Я нажал на кнопку второго этажа.

— Кларк рассказывал, что родители его соседа очень богатые, — сказал Уэйд, — и они купили кондоминиум специально, чтобы их ребёнок мог арендовать его у них каждый месяц.

— Ничего себе, — сказал я. Кларк, этот здоровяк с видеокамерой на тренировках, производил впечатление простого и спокойного парня, поэтому я был удивлён, узнав, что он живёт с кем-то настолько богатым. — Повезло же.

— Ага, — сказал Эй-Джей, приглаживая волосы и разглядывая себя в отражении лифта. — Почему у меня нет таких друзей?

Когда открылись двери лифта, мы сразу же услышали музыку, доносившуюся из коридора. Я удивился, как при таком шуме соседи ещё не вызвали полицию. Может быть, в здании отличная звукоизоляция?

Сомневаюсь.

Мы пошли на звук и оказались у квартиры 2C. Дверь была закрыта, но музыка гремела так, что стучать было бесполезно. Эй-Джей повернул ручку, толкнул дверь, и вот мы уже на вечеринке.

Мы вошли внутрь, и, офигеть — я был впечатлён.

Офигеть, офигеть.

Все вечеринки в Лос-Анджелесе такие, или эта была особенной?

Из прихожей было видно гостиную, битком набитую людьми. Кто-то танцевал, кто-то общался, но меня больше всего впечатлил звук. Было ощущение, что мы в клубе. То есть, да, музыка играла громко, но качество звука было потрясающим.

К тому же играла «Heaven Angel» — песня просто огонь, я её уже сто лет не слышал.

Справа от гостиной я увидел огромную кухню, где, кажется, было ещё больше людей с напитками. Несмотря на размеры, там царил организованный хаос. В отличие от школьных вечеринок, устраиваемых дома, где бывало всякое, например, диваны могли загореться или вспыхивали драки, здесь все вели себя прилично.

Как такое возможно?

— Теперь вы понимаете, почему я говорил, что нам нужно достать билеты? — сказал Уэйд, ухмыляясь. — Безумие, да?

— Просто нереально! — крикнул я в ответ, смеясь, потому что это действительно было безумием. Мы что, в каком-то реалити-шоу?

— Я люблю тебя, чувак! — крикнул Эй-Джей Уэйду, оглядывая всё вокруг с видом ребёнка, проснувшегося в мастерской Санты. Я проследил за его взглядом, полным восторга, и заметил, что там было много девушек.

Очень много, но мне было всё равно, потому что я не видел ту единственную, которая имела для меня значение.

— Пойдём возьмём по пивасу, — крикнул Микки, указывая куда-то, где, как я понял, были напитки.

Я не знал, куда мы идём, но был за любой движ.