Я тебя сломаю (СИ)

Глава 28

Мирон

Медленно, но верно пазл в голове собирается. Живо достаю свой телефон.

Уведомление от мобильного оператора.

Контакт “Арина” оставила вам одно голосовое сообщение.

Нажимаю на “прослушать” и переключаю на громкую связь.

Картина оживает на глазах…

Я слышу ее дыхание. Тяжелое. Сбившееся.

Она заперлась в ванной и звонит мне… Надеется, что я ее спасу.

Она верит в меня.

Мой маленький смелый Оленёнок.

Моя девочка…

А грохот за дверью нарастает. Они уже рядом…

Скрежет. Телефон летит вниз. Взглядом прослеживаю траекторию его падения. Закатывается за раковину. Но не выключается.

Сдавленный, истошный крик режет по ушам. Закрываю глаза от боли.

Проклинаю себя. Какого черта я повелся на уговоры друга? Захотел в кои-то веки стать правильным, не причинять вреда, пока не докопаюсь до истины. Отпустить, если надо. Я искал утешения в объятиях Даны, чтобы вытравить из мыслей ту, кого нельзя любить. Хотел как лучше… Зато теперь меня корежит так, что я с трудом сдерживаюсь. Эмоции притупляются по мере того, как приходит осознание. Беру их под контроль. Отходняк оставляю на потом.

Превратившись в слух, вижу перед глазами ее эфемерный призрак. Как она, сгибаясь от боли, умоляет их не трогать… Словно передвигаясь за ней, медленно иду в зал. Сканирую пространство бешеным взглядом.

На полу у дивана замечаю капли крови.

В затылке стреляет тупая боль.

Сажусь на корточки и провожу пальцами по уже остывшим следам. Поворачиваю руку. На ладони алые следы.

— Здесь они ее пытали, — констатирует друг.

Я коротко киваю.

Вслушиваемся в запись дальше, но слов не разобрать. Лишь четко улавливаем два мужских голоса. А это уже что-то. Если есть глотка, значит я до нее дотянусь. Затем снова суета. Шум на том конце, возня, будто что-то пошло не по плану.

Полиция — подсказывает воспаленный ум.

Топот шагов и сдавленное мычание. Они перекладывают Арину в ванну.

Зловещий смех одного из маньяков.

А потом то, чего мы все это время ждали. Ответы.

— Что ты делаешь?! — незнакомый голос отпечатывается под коркой. Смертник номер один.

— Она все равно не хочет говорить. Ноут мы так и так найдем. Рано или поздно его все равно включат, а эту суку надо наказать… — вот и второй.

Нарастающий шум воды. Еще одна отчаянная попытка Арины закричать. И все…

— Привет от Григория Маратовича…

Запись длится еще несколько минут. Мы слышим, как захлопывается входная дверь. Вода все еще льется, но Арина уже не подает признаков жизни…

— Григорий Маратович, — произносим практически одновременно. Переглядываемся. Рустам утвердительно кивает.

Тот самый.

Яковлев Григорий Маратович. Пятьдесят лет. Темная лошадка в мире бизнеса. Владелец строительной империи “Авангард”. Появился на горизонте в конце девяностых, быстро подмял рынок под себя. Опасный. Жестокий. Тот еще отморозок. О том, как он ведет дела, ходят легенды. Все его знают. Все боятся. И ничего не могут изменить.

— Выходит, она перешла дорогу не только тебе, — хмыкает Рустам.

— За что и поплатилась…

Все слишком очевидно, чтобы не понять. Арина, по крайней мере так, что с видео, была элитной шлюхой. В тот день, в гостинице она обслуживала одного из приспешников Яковлева. Вспоминаю “привет” от него, после того, как всадил пулю в голову негодяя. Тогда мы быстро все порешили. Яковлев не стал вмешиваться, понял, что ублюдок получил по заслугам. А теперь…

— Надо бы встретиться с человеком, узнать, что за ноут он ищет, — скриплю зубами от злости. — Все обсудить.

— Обязательно.

Выходим из квартиры и садимся в машину. Рустам трогается с места, а я нервно закуриваю. Знаю, что обещал бросить, но мне нужно успокоить нервы. Пишу Захару, чтобы глаз с Арины не спускал. Если Яковлев начал охоту, его уже не остановить. Навряд ли конечно к ней снова полезут, скорее всего будут ждать удобного случая, но лишние свидетели все равно долго не живут. Сейчас моя основная задача — защищать девушку, пока она все не вспомнит. Дальше — время покажет.

— У нас же сохранились записи с камер наблюдения? — спрашиваю у друга. Я смотрел их в тот день, когда нашли Марка, но подробностей уже не помню. В тот момент меня волновал только мой брат.

— Обижаешь. Думаешь, что-то упустили? — включается в процесс Рустам, сворачивая с основной магистрали.

Городской пейзаж сменяется на промзону. Где-то вдали маячат стены заводов. Чуть дальше — наша территория. Отцовская лесопилка. Там он решал вопросы со своими врагами. Там я в последний говорил с теми, кто его убил. Там ждет своей участи Марта.

— Ноут же не мог просто так испариться, — поворачиваюсь и смотрю на него. — Значит…

— Либо она вынесла его в тот день, — подхватывает безопасник. — Либо спрятала и вернулась потом.

— Но мы-то знаем, что она не возвращалась.

В тот день Арина и ее отец попали в аварию. Мужчина погиб на месте, а вот девушку спасли. Пару дней она пролежала в коме, потом залегла на дно. Почему?

— Надо бы проверить. Скорее всего ей кто-то помог, — задумчиво тянет Рустам и заезжает в массивные металлические ворота.

Полуденное солнце бьет прямо в глаза. Отражается от поверхности грязных окон и рассеивается в, пропитанном запахами стружки, воздухе.

Здороваюсь с охраной и прохожу внутрь здания.

Марта сидит за старым качающимся столом. Белая от страха. Под глазами темные круги, а всегда убранные волосы, рассеянно торчат в разные стороны.

Она видит меня. Глаза расширяются. Ее трясет.

Но, надо отдать ей должное, женщина не скатывается в панику. Наоборот. Прикусив нижнюю губу, кладет руки перед собой. И ждет с таким видом, будто пришла на деловую встречу.

— Я думала, вы уже не придете. И? Как будете убивать меня? Пулей в лоб или сперва помучаете?

Выдвигаю стул и сажусь напротив.

Бесстрашная или безумна? Никак не возьму в толк.

— Сначала мы поговорим, — произношу я и безжалостно давлю взглядом. — Кто тебя подослал?

По бледному лицу женщины пробегает тень, но все же она слишком умна, чтобы включать заднюю.

— Мне нужны гарантии, — требует без зазрения совести. — Вы отпустите меня и оставите в покое моих родных. Тогда я все расскажу.

Сильно. Не знаю, почему, но самоуверенность этой дамы не кажется мне чрезмерной. Она не играет. Точно готова ко всему.

— Я не прощаю тех, кто идет против меня, — говорю холодно, дабы остудить ее пыл. — Вы же это понимаете?

Вдаваться в дебри не вижу смысла. Здесь я хозяин, и я диктую условия.

Не успевает опомниться, как на столе рядом с моей рукой оказывается ствол. Чистый. Специально для таких случаев.

— Либо мы сейчас спокойно обо всем говорим, — короткая пауза, чтобы она осознала истинную суть своего положения. — Либо я найду тех, кто это сделает за вас. Решайте.

Несколько секунд Марта обдумывает мое предложение. По глазам вижу, что до нее все дошло. Возвращаю пистолет Рустами и откидываюсь на спинку стула. Я готов слушать.

— Эта женщина… Арина… — обреченно вздыхает. — Разрушила нашу жизнь. Из-за нее мои внуки остались без матери, а сын чуть не покончил с собой. Она должна была ответить за свои грехи!

Мгновенно вспоминаю, как читал биографию Марты перед тем, как взять ее к себе. Вдова. Педагог по образованию. На пенсии. Есть сын — инвалид. Двое внуков… Значит, не врет. Уже хорошо.

— Что за грехи? Подробнее, — настаиваю я.

Марта морщится. Ей неприятно об этом вспоминать. Но деваться некуда. Она это понимает, и начинает свой рассказ о том, как однажды ее невестка — Ирина, познакомилась с Ариной в клубе. Ирина работала там уборщицей, чтобы помочь мужу — колясочнику. Арина предложила ей работу, обещала легкие деньги. Сначала девушка противилась, не могла переступить через себя, а потом мужу стало хуже, и она решилась.

— И?

— Арина познакомила ее со своим сутенером. Я не знаю, как его зовут. Невестка мне ничего не рассказывала, — женщина на пару секунд прикрывает глаза, собираясь с силами, и продолжает: — Я прочитала обо всем в ее дневнике. Уже после, когда все случилось… Этот урод… Он ее изнасиловал. Потом отправил на заказ, в одну из столичных саун. Больше мы ее не видели.

— Вы уверены, что это была Арина? — в наш разговор вмешивается Рустам.

— Более чем. Невестка писала о ней. А позже, когда нашли ее тело, в ее телефоне были фотографии из клуба.

— Этот телефон сейчас у вас? — цепляюсь за новую зацепку, как утопающий за единственный шанс на спасение. Если узнаем даты съемок, сможем вычислить, где в это время была моя Арина. И тогда… Все сомнения отпадут.

— Он дома, с другими вещами Ирины, — выдавливает Марта, а я всеми силами пытаюсь нащупать в этой истории хоть какие-то якори. — Сын не разрешает мне к ним прикасаться…

— На вас вышли люди Яковлева? Это они предложили вам отомстить обидчице? — Рустам чуть склоняет голову набок и слегка щурится. Как коршун, готовящийся наброситься на добычу.

— Они обещали оплатить моему сыну операцию. От меня требовалось быть рядом с ней и узнать, куда она спрятала ноутбук.

А когда не получилось, перешли к радикальным методам.

— Поехали, — говорю вставая.

Женщина удивленно хлопает глазами.

Переводит взгляд на безопасника. Рустам усмехается.

— Домой вас отвезем, — объясняет опешившей Марте. — Мы с женщинами не воюем.