Афродита

Глава 35

Год назад

Малакай: На нашем месте в 21:00.

Это сообщение я получила спустя примерно год после того, как он уехал.

Я только вышла из особняка Тюдоров, куда нас позвали на очередной ужин, но весь мир перестал существовать, когда на экране отобразилось его имя.

Мое сердце остановилось, дрогнуло, совершило кувырок и застучало с такой силой, что грудная клетка болезненно сжалась.

Он наговорил мне столько отвратительных слов, бросил и оставил в одиночку сражаться с внутренними демонами, но я всё равно собиралась прыгнуть в эту бездну.

Потому что это Малакай.

Потому что я не переставала любить его.

– Дарси написала, что ей нужна помощь с заданием на завтрашнюю лекцию, – обратилась я к родителям, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Я останусь у нее на ночь, хорошо?

Мама остановилась около машины и нахмурила аккуратные брови.

— Ты и так слишком часто не ночуешь дома.

— Это последний раз, честно.

Она посмотрела на отца и дождалась его пожатия плечами.

— Пусть идет.

Через десять минут я уже неслась в заброшенную музыкальную школу, которую не посещала с того дня, как мы расстались. Ангел на моем плече кричал, чтобы я развернулась и поехала обратно, но демон уговаривал не останавливаться.

Я чувствовала нависшую над головой опасность. Чувствовала, однако всё равно рвалась встретиться с ним.

Малакай обошелся со мной жестоко и недопустимо, я понимала это. Он не заслуживал прощения, но внутри меня теплилась надежда, что у него была причина так поступить со мной.

Эти месяцы превратили мою жизнь в ад.

Родители, Лидия и Глория всё сильнее наседали на меня, а срывы происходили чаще и чаще. Я сбросила почти десять килограммов и поняла, что медленно превращалась в подобие человека. В мешок с костями, тенью слоняющийся по городу. Я существовала, а не жила, проводя большую часть будней либо на подиуме, либо над унитазом с двумя пальцами в горле.

Не было места, в которое я могла вернуться.

Не было человека, к которому я могла вернуться.

Я сбегу от них. Когда-нибудь я обязательно сбегу от семьи Монтгомери и снова стану Венерой Милосской. Мне просто нужно больше времени.

Припарковав машину перед зданием, я выпрыгнула под дождь и накинула на голову пальто. Каблуки стучали по деревянному полу, пока я пробегала знакомые коридоры, усеянные нотными листами и старыми инструментами.

Я на самом деле увижу его? Спустя столько месяцев он вернулся?

Мне не верилось.

Ворвавшись в музыкальный зал, я тяжело выдохнула и скинула пальто.

После нашего последнего визита здесь ничего не изменилось. Стулья так и остались стоять в конце помещения, сдвинутые совместными усилиями, а фортепьяно и гитару покрывал толстый слой пыли.

Я прошла внутрь, чувствуя, как сердце трепещет от воспоминаний. Наш первый поцелуй на той скамейке. Наш первый раз на том диване. Наша первая игра за теми кулисами. Все наши первые разы с Малакаем произошли здесь, и я не верила, что с того времени всё так сильно изменилось.

Мне хотелось вернуться в прошлое и заново прожить каждое мгновение.

– Малакай, я пришла! Ты здесь? – громко спросила я, оглядывая широкое помещение.

Однако ответом мне послужила идеальная тишина.

Он же не мог пошутить надо мной? Это было бы… слишком жестоко.

– Я скучала по тебе, – вырвалось из меня признание. Я закусила нижнюю губу, чтобы перестать быть влюбленной дурой, но… – Я правда скучала по тебе, Волчонок. Пожалуйста, просто объясни, что между нами произошло!

Вдруг за спиной раздались тяжелые шаги.

Бабочки в животе затрепетали от восторга, однако когда я развернулась к Малакаю, на его месте стоял кое-кто другое.

– Что ты здесь делаешь? – удивилась я.

На меня смотрел Тайлер Бэйли.

Последний раз мы виделись в том парке, когда он купил мне мороженое и рассказал, что стал управлять детским домом, в котором работала его мама. Что он здесь делает? Они с Малакаем знакомы?

Тайлер сделал шаг мне навстречу.

– Давно не виделись, Венера.

Я почувствовала неприятный укол, когда услышала свое настоящее имя, срывающееся с его губ. После детского дома меня никто так не называл. Если кто-то и мог это делать, то только Кайден, но я даже не знала, жив ли он.

– Это ты написал мне с телефона Малакая? – предположила я. – Где он? Вы знакомы?

– Разве ты не хочешь спросить, как я поживаю? – усмехнулся Тайлер. – Я думал, мы хорошие знакомые. Всё-таки нас связывает общее прошлое и… общий секрет.

От тона его голоса, напоминающего змеиное шипение, внутри меня поднялась волна страха. Он никогда не разговаривал со мной так. От его прежнего добродушия не осталось и следа.

Я сглотнула и подняла подбородок, не отрывая взгляда от его глаз.

– Собираешься шантажировать меня? Подумай, что с тобой сделают Тереза и Элайджа, если ты расскажешь всем правду. Это не твой секрет, Тайлер, и не тебе им распоряжаться.

Он опустил взгляд и покачал головой. Я увидела, как его губы растягиваются в сардонической улыбке.

– Нет, Венера. Мне не нужна твоя правда. Она уже моя.

Когда его серые глаза встретились с моими, появилось ощущение, будто по моим внутренностям бегают пауки. Маленькие, мерзкие и такие пугающие, что мне захотелось склониться и вывернуть желудок наизнанку.

Я увидела в его глазах то, что видела в глазах Малакая.

Одержимость.

Но другую. Нездоровую и больную.

Когда Тайлер сделал шаг мне навстречу, я начала отступать к концу зала и прохрипела:

– Тогда что тебе от меня нужно? Где Малакай?

– О, твой друг наблюдает за нами в прямом эфире, – засмеялся Тайлер.

Он повернул голову в сторону фортепьяно. Не понимая, что происходит, я проследила за его взглядом и увидела мигающую красную точку.

Зачем он нас снимает?

– Он сам рассказал мне о вашем месте и разрешил позабавиться с тобой, – объяснил Тайлер, и его скользкий взгляд, путешествующий по моим ногам, заставил меня вздрогнуть. – Он рассказал мне всё, что ты любишь. С какой силой нужно сжать твою шею, чтобы ты застонала. Сколько толчков сделать, чтобы ты кончила и закричала от оргазма. Думаешь, твой любимый Малакая – хороший человек? О, милая Венера… Он худший из худших кошмаров Таннери-Хиллс.

Каждое его слово ощущалось как молоточек, бьющий по голове. Я отступала назад на негнущихся ногах, пытаясь сдержать подступающие к глазам слезы.

– Я не верю тебе, – выдохнула, дрожа от подступающей паники. – Он не мог так поступить со мной… Он не…

– Ты уверена? Тогда как думаешь, кто передал мне это?

Тайлер поднял ладонь и показал мне ключ от музыкальной школы, свисающий с его пальцев. На нем была выгравирована буква «М». Точно такой же, но с другой буквой, лежал сейчас в моем кармане.

– Это не доказательство! – крикнула я, не желая верить в увиденное.

Он не мог бросить меня, уехать и отдать Тайлеру, будто испорченную куклу. Его чувства всегда были искренними и чистыми, во что я верила всей своей потерянной душой. Мы нашли друг друга и соединились, как кусочки одной головоломки, которые по случайности поместили в разные коробки.

Однако когда Тайлер включил голосовую запись, внутри меня что-то сломалось.

Сначала раздался хриплый вздох. Я выждала секунду, вторую, третью, в надежде на то, что мое сердце не остановится от ожидания. Когда в телефоне послышался короткий смешок, сомнений не осталось – это он. Я слишком хорошо помнила его голос.

– Можешь делать с ней всё, что захочешь, – медленно произнес Малакай. – Я буду только рад понаблюдать, как ты ломаешь ее. Она это заслужила.

Нет.

Я смотрела в одну точку, пока по щеке скатывалась первая слеза.

Нет, нет, нет.

– Ты всё слышала, – усмехнулся Тайлер и, убрав телефон в карман пиджака, двинулся ко мне неторопливыми шагами. – Твой милый Волчонок отдал тебя в руки зверя. Я буду рад разорвать тебя на части, Венера. Я хотел сделать это на протяжении нескольких лет.

Странно, что когда на человека совершают нападение, он может отреагировать тремя способами.

Бей, беги или замри.

Раньше я думала, что если со мной случится что-то подобное, то моей реакцией будет борьба. Но когда оказалась на месте жертвы, то просто… замерла.

Тайлер приблизился ко мне, и меня затошнило от запаха его одеколона.

– Я наблюдал за тобой с самого детства, – томно прошептал он, заправив мне за ухо выбившуюся прядь. – Ждал, когда ты подрастешь и станешь женщиной. Ты всегда была так красива, моя прекрасная Венера. Малакай был прав, прозвав тебя Афродитой.

Прав был Кайден, а не Малакай.

Мне всегда стоило держаться подальше от Тайлера.

Я пыталась ответить ему, но не получилось. Пыталась сказать, чтобы он убрал от меня свои гнилые руки, но губы не шевелились. Меня словно парализовало: я стояла на одном месте, пока его ладони путешествовали по моим бедрам, задирая юбку.

– Кайдена я уже получил, – прохрипел Тайлер. – Теперь получу и тебя.

Сердце подскочило к горлу, лишив меня дыхания.

В каком смысле он… получил его? Что этот ублюдок с ним сделал?

Как только его руки начали двигаться к моему нижнему белью, я наконец-то пришла в себя.

Резко оттолкнув Тайлера, я бросилась к выходу. Уже в следующую секунду он перехватил меня за руку, больно сжав запястье.

Из моего горла вырвался дикий вопль.

– Помогите! Кто-нибудь, на помощь!

Он толкнул меня к стене, и я влетела в нее, вовремя отвернув лицо и не разбив себе нос. Щека вспыхнула острой болью. У меня не было времени жалеть себя, поэтому я снова метнулась к выходу.

– Куда ты засобиралась, любовь моя?

Над головой послышался свист. Я резко остановилась, когда мимо меня пронеслась стрела и вонзилась в дверь со звучным хлопком.

Из глаз потекли слезы.

Нет. Пожалуйста, нет.

– Твой друг одолжил мне свой лук, – хмыкнул Тайлер, и я зажмурилась. – Неожиданно, но у меня прекрасная меткость. Пригодится, когда я буду заполнять своей спермой все твои дырочки.

Из горла вырвался всхлип. Липкий страх пробежался по телу и заставил меня задрожать. Я начала задыхаться от нехватки кислорода, когда услышала подступающие шаги. Ближе, ближе, ближе…

Возьми себя в руки!

Сражайся!

Дерись!

Но это бы не помогло. Тайлер был намного сильнее, вдобавок мог изрешетить меня стрелами. Это ведь Малакай отдал ему оружие, чтобы тот напугал меня? Как он мог так со мной поступить?

Мне нужно отвлечь его внимание.

Я сделала глубокий вдох.

Затем развернулась к Тайлеру с нервной улыбкой на губах.

– Ты не причинишь мне боль, если я… буду послушной?

Его глаза вспыхнули пламенем.

– Мне нравятся послушные девочки, Венера.

Он сделал шаг и, рванув меня к себе за запястье, впился в мои губы жестоким поцелуем. Лук с грохотом упал на пол. Меня замутило от вкуса его губ, но когда он проник языком в мой рот, я послушно приоткрыла его.

Никогда прежде я не испытывала такого отвращения. Тошнотворный ком зародился в горле, а всё внутри запротестовало, почувствовав чужое прикосновение.

Если смогу выбраться, то проведу неделю в ванне, чтобы смыть с себя его вкус.

– Такая сладкая, как я и думал, – прошептал Тайлер.

Он вновь приник в моим губам, с треском разорвал нежно-розовую рубашку, отчего пуговицы посыпались на пол. Когда Тайлер толкнулся в меня бедрами, я почувствовала его твердость и не смогла сдержать нового потока слез.

А затем…

Резко прикусила его язык.

– Блядь!

Тайлер взревел от боли и отшатнулся. Его рот покрывала кровь, а глаза бешено сверкали. Стараясь не поддаваться ужасу, я схватила стоящую рядом гитару и замахнулась. Он не успел отреагировать, как инструмент врезался ему в голову.

Я распахнула дверь и выбежала в коридор.

– Ты маленькая сука! – раздалось рычание за спиной. – Я, блядь, убью тебя!

Мои легкие горели от бега, но я неслась на такой скорости, что ничего не замечала. Порванная рубашка распахнулась, во рту стоял вкус крови, а волосы лезли в глаза, закрывая обзор.

В голове вспыхнула картина, как Тайлер догоняет и насилует меня. Его руки на моем теле – грубые, впивающиеся в кожу, оставляющие синяки, как клеймо. Его давящий и лишающий воздуха вес. Если он сделает это, то уничтожит меня. Если он сделает это, я никогда не смогу собрать себя по осколкам.

Боже, пожалуйста…

Пожалуйста, не надо!

Я вскрикнула, когда запнулась за какой-то ящик и повредила лодыжку.

Слева пронеслась вторая стрела.

– Прекрати! – завизжала я.

Он убьет меня. Господи, он убьет меня!

Вырвавшись на улицу, я подбежала к своей машине и дрожащими руками достала ключ. Затем провернула его и распахнула дверь, как вдруг меня припечатали к ней массивным телом.

– Собираешься сбежать и нажаловаться на меня в полицию? – выдохнул мне на ухо Тайлер. – Не советую. Полиция знает, с кем имеет дело. Они все стоят перед нами на коленях, Венера. Скоро это будешь делать и ты, потому что я – твой Вершитель.

Он начал разворачивать меня, но я резко распахнула дверь, открыла козырек с водительской стороны и сжала нож.

Удар!

Пальцы окрасила кровь, когда я вогнала лезвие в его бок и оттолкнула от себя. Тайлер от неожиданности отшатнулся, но я уже забралась в машину и ударила по педали газа.

Меня трясло от пережитого ужаса, а дорога перед глазами расплывалась из-за слез и усилившегося дождя. Адреналин бурлил в крови, не давая мне остановиться.

Я закричала во весь голос, чтобы изгнать из памяти последние минуты.

Малакай.

Малакай.

Малакай.

Он отдал меня Тайлеру, как игрушку.

Я сделала несколько вдохов и сильнее сжала руль дрожащими окровавленными руками. Блядь, эта часть города плохо освещалась, еще и дождь ухудшал обзор… Черт возьми!

Достав телефон, я набрала номер экстренной службы и бросила взгляд в зеркало заднего вида.

– Да?

– На меня напали! – закричала я и, не сдержавшись, разразилась рыданиями. – Пожалуйста, помогите! Он едет за мной прямо сейчас! Он убьет… Он убьет меня!

– Девушка, сохраняйте спокойствие. Где вы находитесь?

Я огляделась, как вдруг машина позади предупреждающе врезалась в бампер. Из горла вырвался крик. Меня слегка занесло, но я выровнялась и увидела впереди поворот.

– Таннери-Хиллс, округ Синнерс. Я проезжаю лес… Здесь темно и ничего не видно. Мы были в заброшенной музыкаль…

Я не договорила, когда на дороге что-то мелькнуло.

– Можете назвать улицу? Девушка, вы здесь?

Следующие секунды пронеслись для меня как в тумане.

Различив выбежавшее на дорогу животное, я отбросила телефон на сиденье. Затем впилась пальцами в руль и резко вывернула его в сторону.

Шины завизжали по мокрому асфальту. Словно из ниоткуда с поворота на встречную полосу выехала машина. Я распахнула глаза и во весь голос закричала, пытаясь свернуть на обочину.

Фары сверкнули перед глазами, прежде чем раздался оглушительный удар.

– Девушка, вы меня слышите? Девушка!

***

Я сделала вдох и поморщилась от боли в ребрах.

Казалось, прошли часы, прежде чем кто-то вынес меня из искореженной машины. Всё тело будто перекрутили в мясорубке, а кости вывернули наизнанку. Я захрипела, когда чьи-то мужские руки вытянули меня из дымящихся обломков и опустили на траву.

– Гребаная девчонка.

Нет.

Только не он.

Паника затмила физическую боль. Я начала двигать поврежденной рукой, пытаясь найти рядом хоть что-то. Глаза заплыли из-за слез и крови, один из них практически не открывался. Я старалась не дышать, чтобы не привлечь внимание Тайлера.

– Ты хоть знаешь, что, блядь, натворила? Знаешь, что после этого до конца дней будешь расплачиваться за то, что я спас тебя?

Я нащупала пальцами нож.

– Нужно было держать тебя на цепи. Когда я подарю тебе ребенка, ты запоешь иначе.

Тайлер резко повернул меня на спину, отчего тело прострелила боль.

Однако мне было плевать. Распахнув глаза, я поднялась и вонзила в его шею нож. Один раз. Второй. Третий. Он завизжал, как резаная свинья, но я забралась к нему на колени и начала бить лезвием в грудь.

– Умри! – заорала во всё горло. – Умри, умри, умри!

Он тронул Кайдена.

Он тронул Кайдена, когда меня забрали.

Его лицо, костюм, белоснежные волосы – всё превратилось в реки крови. Словно одержимая, я кромсала тело Тайлера за то, что он заставил меня сегодня пережить.

И не только сегодня. Он наблюдал за мной долгие годы. Этот больной ублюдок хотел меня еще ребенком и только ждал, когда я вырасту, чтобы сделать своей.

Удар.

Удар.

Удар.

Я потерялась во времени. Моя грудь сотрясалась от тяжелого дыхания, пока рука замахивалась и резко прорывала кожу. Алые брызги окропили траву и попали мне в глаза, заставив зажмуриться.

Еще.

Еще.

Еще.

Прерывисто дрожа, я отползла на дрожащих руках и осмотрелась. Моя машина перевернулась, но волновало меня не это. Другая машина… Люди, которые лежали в ней… без движения…

Нет.

Нет, нет, нет!

Взгляд упал на Тайлера. Он смотрел в небо открытыми глазами, обездвиженный и покрытый кровью.

Только тогда на меня нашло осознание, что я сейчас сделала.

Все эти люди… Господи…

Я не могла убить их.

Рядом раздался визг шин, но у меня не было сил даже подняться и убежать. Я чувствовала лишь стекающие по щекам слезы, смешанные с дождем и кровью.

Моя судьба была решена. Сейчас меня найдет полиция и отправит в тюрьму за убийство.

Но из знакомого автомобиля вышли…

Мои родители.

Меня охватило такое облегчение, что я чуть не потеряла сознание.

Они бегло осмотрелись и спокойно двинулись в мою сторону, будто я не сидела в луже крови, сжимая в руках нож. Я всхлипнула, потянув руки к маме, однако она прошла мимо меня к соседней машине.

Тереза глубоко вдохнула и расправила плечи.

– Четыре смерти, Элайджа. Нам нужно скрыть четыре смерти.