Цветение калины

17

Перебирая мысленно лица и события уходящего дня, Сергей огорченно ловил себя на том, что ничего, кроме мелочного и случайного, он не увидел пока в городе: голодные, заброшенные дети у Колхозного рынка, которые по милости родителей оказались предоставленными самим себе; жалкая личность в каракуле и пьяный хохмач с авоськой деревенских яиц; продавец-робот в хозмаге и парняга с тракторного, помешанный на «Футболе-хоккее»… Он понимал, что это лишь щепки в мутноватой весенней воде у берега, — строевые бревна в надежной связке знают речной простор, где быстрое и сильное течение, где на перекатах, звонкая и чистая, закипает волна. Так на реке — так и в жизни… Однако настроение было паршивое. А может, уехать, пока не засосало? Не получается отпуск в городе. Видно, зря я тут болтаюсь у людей под ногами. Куда ж податься? На БАМ остается… А может, дальше, в Приморье, рыбку попробовать ловить?

Он машинально развернул газету, словно еще надеялся отыскать в ней ответ на донимавшие его вопросы, и нечаянно зацепился взглядом за неброский заголовок: «Голосую за бригадный подряд». Бригадир токарей Волгоградского тракторного завода Зиновий Золотаренко, гостивший на минском тракторном, делился с коллегами опытом подрядной системы труда и оплаты, на которую они у себя, в цехе, перешли два года назад и которая сегодня привилась, во всем объединении. Небывалой свежестью и мощью дохнули на Сергея скупые газетные строки:

«А ведь верно! — подумал Сергей. — В корень глядит бригадир! Молодец!» Газету со статьей аккуратно свернул и спрятал в боковой карман, где лежали документы, еще не подозревая, что к статье этой он обратится еще не раз…

Когда добрался по адресу, Вера была уже дома.

— А я думала, не придешь… — Черные, слегка настороженные глаза ее излучали какой-то добрый, волнующий свет. — Проходи.

— Почему так решила? — Сергей задержал на Вере внимательный взгляд.

— Что уж тут решать… Догадываюсь, что подумал обо мне, когда встретил у штучного. Скажи, как получилось, что ты был вместе с этими детьми?

— На рынке встретил. Жаль стало…

— Ну и чем же ты можешь облегчить их участь?

— В следующий раз приду к твоей Алле с милицией.

— Ну и что? Их с мужем и без тебя не сегодня-завтра лишат родительских прав… Успеют дети на казенные харчи.

— Хуже не будет, чем у таких родителей.

— Поэтому и стараюсь бывать у них время от времени. Сестра как-никак, — тихо выговорила Вера, глядя в сторону. — Ну отправят ее еще раз в ЛТП… А с детьми-то что будет?

— Прости. Куда это положить? — Сергей глянул по сторонам, комкая в руках увесистый пакет с замком, молотком и стамеской.

— Сюда, пожалуйста, на стул. Что это?

— Замок. С английским секретом.

— Ой, ну зачем! — всплеснула руками Вера. — Я тоже купила…

— Ну, не беда. Поставим сразу два.

— Два? — удивленно округлив Глаза, почему-то полушепотом переспросила Вера. — А если они… одинаковые?

— Неважно, — тоже полушепотом, доверительно заметил Сергей. — Раз уж они оба с секретом — ключи к ним разные.

— Нет, серьезно? — В округлившихся глазах Веры проблеснула радость, она смущенно, по-детски зажимая ладонью рот, прыснула. Спохватилась: — Ой, чего ж мы у порога! Идем на кухню.

Черноголовый малыш, не обратив на вошедших на кухню никакого внимания, увлеченно плескал ложкой суп из тарелки прямо на пол.

— Вот, полюбуйся! — Вера остановилась, будто наткнулась на невидимое препятствие, кинулась к раковине за тряпкой. — Негодник, ты что наделал?..

Малыш, изогнув губы подковкой, часто заморгал длинными, как у матери, ресницами, выжидая удобный момент, чтобы зареветь.

— Вера, не кричи на парня, — мягко заступился Сергей. Быстро вернулся в прихожую, достал из кармана полушубка кулек. — Держи, кузнечик!

— Здрасьте: за проступок — конфеты. Это педагогично? Кроме того, вредно на ночь. — Вера отжала грязную тряпку, ополоснула ее под струей горячей воды и только после этого искоса, с лукавинкой, взглянула, на Сергея. — Разве можно мужчинам после этого доверять воспитание детей?

— Можно и нужно. Проверено: получается лучше.

— Что — серьезно? — Вера улыбнулась и, бросив тряпку, махнула рукой. — Ладно, давай чай пить!

— Попозже. Дозволь сперва заняться прямыми мужскими обязанностями: время к ночи и дело не терпит отлагательства, — Сергей пристукнул каблуками.

— Дозволяю! — Вера, забавляя капризничавшего сына, по-мальчишечьи отдала ему честь. Разом рассмеялись, и столь неожиданна была эта перемена в их настроении, что они ее тотчас почувствовали, — невольно смутились. Вера подхватила на руки сына и, щекоча его лицом, унесла в спаленку. Минут через пять вышла из-за перегородки.

— Так скоро? — удивился Сергей.

— Ага. Тебе помочь?

— Да ну! Тут дел — два раза стамеской ковырнуть. Гнезда старые… а гляди-ка, в самый раз оказались!

— Ладно, не буду мешать.

— А чего малый капризничал? Спать, видно, хотел?

— И спать, и… — Вера, расставляя на столе чашки, тихо и виновато улыбнулась. — Балованный он у меня. Я до годика с половиной не отнимала его от груди — вот он пока и не привык к миске-ложке. В яслях уже с полгода, а нянечка до сих пор с рук кормит. Вот и вечером сколько ни бьюсь накормить — не уснет, пока не присплю его: чувствует молоко. Зато сразу засыпает. А сегодня, — Вера приложила палец к губам, заговорщицки повела глазами, — тебя постеснялся, дурашка!

— Меня? — Сергей покрутил головой.

— Ну не меня ж. — Вера как можно равнодушнее пожала плечами, хотя глаза у нее повлажнели и сделались еще выразительнее.

— Ну да, конечно. — Сергей, помедлив, быстро собрал инструмент, потянулся к вешалке за полушубком. Вера молча наблюдала за ним — спохватилась, когда он уже взялся за ручку двери.

— А как же чай?..

— Поздно уже. Тебе завтра рано подниматься. И Тамара, наверное, глаза проглядела в окно — взяла под персональную опеку. Не шуточки…

— Сестра у тебя славная, — словно бы в чем-то, понятном лишь им двоим, согласилась с Сергеем Вера. — Это она меня сюда вытянула. И все, что есть теперь у меня — работа, свой угол, детский сад, — все она. Считай, от себя оторвала. И в том, что у нее неблагополучно в семье, я тоже виновата.

— Полно, Вера, на себя наговаривать.

— Значит, тебе Тамара ничего не рассказывала?

— Ты это о чем?

— Да так. Нашло что-то на меня… — Она грустно улыбнулась. — Может, и к лучшему, что ты не любишь бабского трепа. Придешь еще?

— Загляну как-нибудь на днях, — словно не веря в свои же слова, пообещал Сергей. — Вот только не припомню: где-то я тебя уже видел, а где? Давно будто видел…

— У магазина. Где ж еще?.. — усмехнулась Вера.

— Нет, не у магазина. Ну все… Спокойной ночи.

Щелкнув новым замком, Вера потрогала в темноте прохладный металл, прижалась к нему щекой и улыбнулась. О чем подумалось ей в эту минуту?