Цветение калины

33

Прежде чем отправиться в раздевалку, Иван решил заглянуть на механический участок: что-то, видать, не ладилось с автоматом, раз Чуприс на последней оперативке у Якова Лукича опять не утерпел и уколол его, Ивана, «роботом»… «Укол» был не первый, и это всерьез задело его профессиональное самолюбие. Участок вилок (тех самых, что в коробке передач) встретил его, как всегда, звонкоголосо. И здесь работают в основном женщины — веселые, горластые, озорные. Помнится, когда еще начинал в корпусе технологом, сообразил дать совет женщинам пользоваться защитными кожухами на приспособлениях (надо признаться, весьма неудобных), прочитал, пользуясь случаем, целую лекцию об электромагнитных полях, о вредном воздействии оных на все человеческие органы без исключения. Одна из опытных работниц — хлесткая на язык молодица — срезала молодого технолога с ходу:

— Ты за мои органы не волнуйся. Я двенадцать лет тута работаю и двойню недавно родила — сыновей, а еще двенадцать годков похожу в магнитных полях — тройню, даст бог, выдам. Ты лучше, раз уж зашел к нам, популярно разъясни, почему нам расценки срезали?..

Тогда он не нашелся, что на это ответить…

И сегодня термистки атаковали Ивана дружно:

— Начальник, ламповый не пече!

— Давление слабое, вода еле-еле сочится!..

— Приспособление заело!

Картина знакомая — называется: «Держись, а то штаны сдерут!» И тут главное — в панику не бросаться.

— Тихо, по порядку давайте. Кстати, не вижу наладчика? А где мастер?

— Здесь я, — из-за автомата, очень уж старательно вытирая ветошью лицо и руки, выходит парень в черной, только со склада робе.

«Свеженького прислали? После техникума», — на глаз определяет Иван.

— За электриком послали?

— Ждем.

— Ну как наш робот? — поинтересовался Иван у женщин. — Жалобы имеются, ваш начальник цеха недоволен…

— Да нет, Трофимович, у нас претензий нет…

— Парень что надо! — шлепнула автомат по станине крепкой ладонью другая работница — та самая, что когда-то родила двойню. — Только писает во все стороны. Вот ветошью приткнули.

— Ясно. Завтра новый кожух поставим.

— Заедал, собака, утром, — закуривает оказавшийся рядом наладчик. — Упоры поставил вольфрамовые, а прежние долой.

Термистки под руки приводят электрика — молодого кучерявого блондина, у которого лихо торчит в уголке рта потухшая папироска, но богатый чуб подозрительно взлохмачен. Иван не может сдержать улыбки.

— Зачем вызывали? — Электрик с трудом освобождается от цепких, грубоватых рук термисток.

— Ламповый не пече, — не спеша, с достоинством, отвечает наладчик, посасывая сигаретку в сторонке.

— Не пече… — иронически поглядывает электрик на станочниц, ощупывает кисти рук с таким видом, будто с него только что сняли наручники. — Вот женись на вас после этого, да?.. Ох, не завидую вашим мужикам! — Затем он открывает генератор, на мгновение с шумом втягивает носом воздух. Поморщился. Ткнул пальцем в пускатель.

— Сгорел! Эх вы, не пече-е…

Катушку кучерявый поменял быстро. Затем включил генератор, включил накал.

— Пускай нагреваются цитроны. Не пече-е… Хэх, темнота! — обмахнув ветошкой руки, важно прикурил у наладчика, прежде чем подмигнуть самой красивой молодице. И Иван вдруг почувствовал, что у него уже так не получится, — по-хорошему позавидовал молодому электрику…

Цитроны прогрелись. Электрик снял высокое напряжение, включил нагрев. Деталь привычно загудела, накаляясь и на глазах меняя цвета: соломенный, фиолетовый, синий… Обволакивается паром. Опять пошла радуга: розовый, вишневый, малиновый… Третья стадия — оранжевый, желтый, белый… Стоп! Готово. Теперь — под пресс.

— Ну как? — Электрик удовлетворенно плюет на окурок. — Печет?

Он триумфальной походкой ушел к себе в бытовку, а Иван подумал о том, что в производстве, тем более в быту, давно свыклись с тем, что хороших электриков, к сожалению, постоянно не хватает. Из далекого детства запомнился электромонтер: подпоясанный широким ремнем, с цепями через плечо, он «обувал» на ноги стальные скобы и ловко шагал по столбу в небо, чтобы впервые зажечь над Видибором маленькое искусственное солнышко. Теперь кажется, что тот электромонтер остался за чертой другого, полуреального и загадочного мира…

Прежде чем стать технологом, Ивану, только отслужившему действительную, тоже довелось осваивать такую дефицитную и на сегодняшний день профессию электрика, и не удивительно, что в молодом электрике он невольно увидел себя, тоже некогда молодого и симпатичного…

Тогда, лет пятнадцать назад, на него в службе энергетика поначалу не обратили никакого внимания: мало ли тут всяких вертится… Кроме того, что народ в служебке, как правило, избалованный вниманием, тогда и теперь, — специфика профессии приучила их быть предельно собранными не только при чтении схемы, зачищении контактов, но и за игрой в домино.

— А ты знаешь, парень, что электрик, как и сапер, ошибается один раз в жизни? — неожиданно развернулся к Ивану бригадир, а нынешний заместитель начальника по производству Яков Лукич, с хитрой улыбкой прищурился и… экзамен сорвала некстати заскочившая в служебку невысокая горластая работница в большом, не по росту халате.

— Дядя Яша, стоим! Собирай причиндалы да бежим! Скорей, миленький!

— Порядка не знаешь, да? — важно пригладив редеющие волосы, попробовал поставить ее на место бригадир. — Пожар, да? Записывай в журнал. Ха, написала: «не пече»… Что ты будешь делать! — Он даже руками всплеснул. — Нет нагрева! Время проставь. Свободна. Сейчас идем. Ну парень, — Яков Лукич кивнул Ивану, — если не передумал, пойдем?

— Кого ты нам привел? — загалдели женщины на участке.

— Ваш новый электрик.

— Тю! Так он же еще неженатый, а у нас одни девчата… а?

— Ну и что?

— Как ну и что?! По технике безопасности не положено! Или забыл, дядя Яша?

Покачав головой, бригадир улыбнулся уголками губ, обесточил оборудование. Пояснил:

— Смотри, это — закалочный станок. По кабелю к нему подается высокое напряжение — 750 вольт. Вот эта штука называется индуктором. Ток, проходя по индуктору, греет деталь. Вот к нам поступила заявка: нет нагрева. В чем причина, как думаешь?

Иван глянул под ноги, потом — по сторонам.

— Нагрев включается этим пускателем, — подсказал Яков Лукич, — Пускатели, надеюсь, проходили в школе? Вот. Посмотри внимательно, ничего подозрительного не видишь?

Иван ничего, кроме хитропереплетавшихся цветных проводков, ничего в ту минуту не видел. — Теперь понюхай. Ну как, чувствуешь: горелым тянет?

В станке, как оказалось, сгорела катушка.

Через пару дней ситуация повторилась. После появления в службе посыльной от женщин-термисток Иван со своим наставником был через пять минут на месте происшествия.

— С чего начнем? — поинтересовался Яков Лукич.

Отвернувшись, Иван втянул в себя воздух…

— Правильно, — положил ему руку на плечо бригадир, — со схемы.

Они разложили на сваренном из железных обрезков столике документацию.

— Надо прозвонить всю цепочку включения нагрева, — распорядился бригадир. — Бери прибор.

Иван взял тестер, поставил его на «сопротивление» и подключил провода. Яков Лукич принялся «прозванивать» цепь, проходя последовательно по элементам.

— Есть?

— Есть, — отвечал Иван (значит, прибор «отозвался», цепь цела).

— Есть?

— Есть.

— Есть?

— Нет.

— Стоп, паря! Где мы?

— Не отзывается 78 конец. Может, реле неисправно? — встречным ходом идет Иван, опасаясь, что бригадир прогонит его с завода.

— Снимай реле, в служебку потащим.

В это время подошел мастер Хавронич.

— К завтрему наладите, хлопцы? Вторую смену мы продержимся.

— Вся надежда вот на него, — кивнул Яков Лукич на Ивана.

Мастер мрачно ощерился, хотел завернуть в ответ крепкое словцо, но махнул рукой и отошел.

В службе бригадир протянул новенькому паспорт.

— Поколупайся. Пробовать будешь здесь, — он показал на испытательный стенд. — С этого автомата возьмешь 220 вольт. Поаккуратней с напряжением, понял?

Помнится, остаток дня все, что попадалось Ивану на глаза, принимало то очертания трансформатора с пробитой обмоткой, то заклинившего двигателя, то… стоп: реле времени! От двигателя через редуктор вращение передается на исполнительный диск. Диск не прокручивается. Значит, «виноват» движок или редуктор. Редуктор — коробочку с шестернями — Иван накануне смотрел. Выходит, неисправен движок?.. Утром Иван примчался в службу первый. Снял со старого реле движок, поставил на неисправный, и… диск завращался, контакты защелкали.

«Кто знает, не получи я впоследствии институтский диплом, наверное, остался бы все же электриком?..»

С забытой на лице улыбкой и не заметил, как очутился на участке коронной шестерни. Здесь технология закалки детали отработана, как говорится, «от» и «до» — рабочие разбираются в техпроцессах не хуже технолога. Но сегодня обстановка на участке Ивану не понравилась — как чувствовал: в разгар смены рабочие стучат в домино (самая популярная игра в цехе). Мастера — те почему-то предпочитают шашки (хоть сто партий в бытовке). В отделе конструктора ни один обеденный перерыв не похож на себя без шахмат…

— Перекур?

— Не-ет. Печь не работает, — отвечает крайний, который только что удачно «отдуплился». — С утра так и не включали…

По техпроцессу, Иван в курсе дела, на этом участке детали после закалки нужно на час сажать в отпускную печь для снятия внутренних напряжений. Проверить, была ли деталь в печи при низком отпуске, невозможно. Мастера знают об этом прекрасно и либо вообще не включают печь, либо включают, как говорит начальник техбюро, для блезиру.

— Нет, ребята, на этот раз у вас номер не пройдет! Мастер у себя?

— Ага. Сидит в будке.

Иван направляется в кабину.

— Салют, кореш, — привстает с места мастер, шельмовато отводя глаза в сторону. — Делать, понимаешь, кому-то нечего, полсмены заполняю всякую хреновину. Гляди, чего попридумали: «Социальный климат в бригаде. Анкета-исследование». Я говорю, собаке делать нечего…

— Делать, говоришь, нечего? Почему печь холодная?

— Так водой залило. Электрики и ремонтники с утра копошатся…

— Да никого там нет! В козла забивают — охрипли уже.

— От прохвосты! — качает головой мастер, глядя в лист анкеты. — Ну я им чертей всыплю! Будет им премия…

— Да ты ваньку-то не валяй. — Иван начинает понемногу выходить из себя. — Печь исправна. Через час наведаюсь и если что… иду к контролерам. Они с тебя стружку снимут — заруби себе на носу.

— Так ведь никому этот отпуск не нужен, — стелет мастер насмешливым взглядом. — Ты же знаешь, сколько коронных шестерен прошло мимо печи, и хоть одна рекламация была? Давай вообще этот процесс аннулируем к чертовой матери — рацпредложение сбацаем: экономия электроэнергии — раз, трудоемкости — два, посчитаем мото-часы — три… а? Заводу прямая выгода, а нам слава ну и к славе, понятное дело, — он выразительно пошуршал пальцами.

— Все сказал? — Иван и мастер смотрели друг на друга в упор, пока мастер первый не отвел глаза в сторону. — Вот так. А я проверю.

Выйдя из корпуса, Иван вздохнул на полную грудь. Пора и домой.