Другая история Золушки. Темная в академии Светлых

Глава 27

Я терла и терла под струей воды подол платья, заляпанный алым. Не жалела мыла. Пятна давно отошли, но мне до сих пор мерещилась кровь на ткани и на моих руках, онемевших от холода.

Прямо сейчас я должна сломя голову нестись в административный корпус, где в каморке у входа дежурит кто-то из старшекурсников. Произошло убийство! И не кого-нибудь, а принца Соларина. Единственного сына короля и наследника. Его убийца все еще где-то рядом.

Где вообще эти недотелохранители, когда они так нужны? Почему недоглядели? Не хотели мешать свиданию? Да какая теперь разница…

Я обязана была сообщить, но… не могла. Ясно как божий день: все решат, что я сама убила Роэна. Мы друг друга на дух не переносили, а сегодня, как назло, я сначала опрокинула ему на голову корзинку с золой, а позже, в библиотеке, при свидетеле угрожала «уничтожить». Отлично, Эль, ты сама себе подписала смертный приговор.

Себе и всем магам хаоса. Лучшего повода, чтобы окончательно очернить пепельников, не найти.

Я без сил опустилась на колени, сжимая измочаленное платье. Если бы он еще дышал, я бы отправилась за помощью… Да, отправилась бы! Как бы я ни относилась к крокодильшеству, ни один человек не заслуживает такой смерти. Однако Роэн мертв. Мертв… Какое странное, какое гадкое слово.

Тот, кто еще недавно улыбался нахальной широкой улыбкой, чьи глаза сияли, тот, кто строил планы на будущее, надеялся найти невесту – мертв…

Ему уже ничем не помочь, а я попаду под подозрение. Моя бедная мама! А Лиза и Себ? Нет, я ничего не видела и ничего не знаю.

Невольно я подумала о родителях Роэна. Для них это будет удар. К тому же Роэнмар – единственный сын. Королева Ореста больше не родила мужу детей.

Кто же теперь унаследует трон? Я плохо разбиралась в родословных, не знала, какие аристократические роды ближе всего к правящей династии и кто следующий в очереди на престол. Неважно…

– Магистр Кроу, – прошептала я. – Возвращайтесь скорее. Вы мне просто необходимы!

Наставник обязательно во всем разберется, встанет на мою защиту – эта мысль успокоила. Я кое-как поднялась на ноги, раскинула платье на стуле, посмотрела вверх. Мокрое пятно подсохло, оставив после себя желтые разводы, но хоть с потолка больше не капает.

В дверь поскреблись, и я подпрыгнула на месте от неожиданности. Воображение нарисовало жуткую картину: Роэн приполз к моей двери, и из коридора вот-вот донесется его потусторонний шепот: «Эль, открой…»

В щели показался знакомый коготь: котик пришел за обещанным лакомством. Я кинула ему горсть сухариков.

– Ты… не трогай его, – попросила я, чувствуя себя ужасно глупо из-за того, что беседую с неразумным сумеречником. – Вот тебе еще сухарики.

Я отдала остатки. Как ни странно, хруст за дверью действовал успокаивающе: я не одна, поблизости живое существо. Да, пусть оно порождение магии хаоса, но не все, что кажется опасным, на самом деле является таковым. По крайней мере это не сумеречник всадил нож в спину Роэну.

– Назову тебя Хрум.

Хрум согласно издал «хрум-хрум».

Я забралась в постель и завернулась в одеяло, уверенная, что не сомкну глаз до утра, но едва моргнула, как провалилась в сон, будто кто-то прочел надо мной заклинание дремы.

Бамс! На мой нос приземлилась ледяная капля.

Шмяк! Вторая растеклась по лбу.

Я вскочила, озираясь, и жуткие события предыдущего дня тут же вспыхнули в памяти, заставляя кровь застыть в жилах. Интересно, тело Роэна уже нашли? Наверное, в Академии сейчас творится сущий кошмар: Люминар наводнили гвардейцы и дознаватели. Студенты рассажены по аудиториям и ждут своей очереди на допрос. Странно, что за мной, пепельным магом, не явились с утра пораньше, ведь Роэн умер на темной половине.

О Пресветлый… Роэн. Придурок! Кому ты перешел дорогу?

В окна хлестал дождь. Я мысленно застонала: «Что? Опять?» Хорошо хоть сегодня не надо бежать на тренировку и ползать в размокшей грязи, ведь магистр Калестор вчера освободил меня от своих занятий.

Я потянулась к платью, уверенная, что за ночь оно не просохло, но платье было лишь слегка влажным, вполне терпимо. Только самый большой паук на подоле немного потек.

Кое-как заплетя косу – руки дрожали от волнения – и набросив накидку, я опасливо спустилась на первый этаж. Набрала в грудь побольше воздуха и, затаив дыхание, рывком выглянула из-за угла. Тела не было.

Нашли… Уже нашли.

Я понеслась по лужам в столовую, оглядываясь на ходу, но не заметила ни одного черного гвардейского мундира, а студенты, хоть и торопились спрятаться от дождя, не выглядели встревоженными и не собирались в группки, чтобы обсудить страшную новость.

Видимо, прошло слишком мало времени. Ректор пока отправляет срочную депешу во дворец и в королевскую службу безопасности, в просторечье «Охранку». Элмер и Веймар сидят в его кабинете, повесив головы. Оба бледные, взъерошенные. Не уследили за тем, кого обязаны были охранять ценой собственной жизни.

На этой мысли я едва не споткнулась и не улетела носом в грязь, потому что на аллею передо мной свернул Элмер. Правда, шел он не в сторону столовой, а в сторону главного корпуса. Ладно. Видимо, он тоже пока не в курсе.

– Студентка Лир, не спите на ходу!

Я шагала вперед, а моя голова поворачивалась следом за Элмером, поэтому я едва не врезалась в грудь магистра Калестора. Тренер уже облачился в спортивную форму с эмблемой боевого факультета и держал в руках неизменный планшет. Он, прищурившись, оглядел меня.

– Я не понял, почему вы не в форме?

Я заморгала.

– Вы сказали, что мне больше не нужно посещать тренировки, – пробормотала я, теперь уже не уверенная, точно ли поняла слова магистра.

– Я так говорил? Когда? В вашем прекрасном сне? – Тренер хохотнул и покачал головой.

«Скорее в ужасном…» – добавила я про себя, понимая, однако, что мне ничего не привиделось и Роэн с кинжалом под лопаткой был реальнее некуда.

– Наверное, я вас не так поняла, – пролепетала я. – Я быстро переоденусь и прибегу на полигон.

– Не опаздывай! – сурово напутствовал меня тренер.

За завтраком я никак не могла усидеть на месте, вертела головой во все стороны, надеясь не пропустить мгновение, когда новость о гибели принца доберется до столовой. Такие известия разносятся быстро, как моровое поветрие. Даже если ректор Янгвин приказал молчать до поры, кто-то обязательно не удержит язык за зубами. Но студенты – и первогодки, и старшекурсники – позевывали, переговаривались, расправлялись с кашей и яичницей и вели себя как ни в чем не бывало.

«Значит, это случится позже… – грустно подумала я. – Как только в Люминар заявятся дознаватели».

Я прибежала на полигон одной из последних, скинула накидку на гору других. Поежилась от забравшихся под воротник капель. Сегодня непогода казалась мне меньшим злом. Сердце колотилось в предчувствии надвигающейся беды.

Наверняка меня вызовут на допрос. Но я стану стоять на своем: мол, вернулась в комнату рано и сразу легла спать. Ничего не видела и не слышала.

– Самый слабый студент по правилам проходит трассу последним, но предлагаю сегодня пропустить студентку Лир вперед, – проник в мои мысли голос тренера.

Я вздрогнула и уставилась на него. Зачем он это делает уже во второй раз? Ясно же, что парни не захотят пропускать вперед Пепелушку.

– Нет уж, с чего вдруг такие привилегии! – ожидаемо буркнул Альб. – К тому же пепельные вообще не так сильно чувствуют холод и боль, это всем известно.

Ему не надоело повторять каждый день одно и то же? Все и с первого раза прекрасно поняли, что маги хаоса не люди, а диковинные зверушки: не мерзнут, не плачут от боли. Да-да, Альб, обманывай себя дальше.

Я отошла в сторону и обхватила себя руками, чтобы справиться с дрожью. Вчера Роэн пришел примерно в это время, опоздал, так как готовил аудиторию к появлению драгоценной Бэт.

– Неужели вы решили почтить нас своим присутствием, студент Асториан? – всплыл в памяти насмешливый голос тренера.

– Я не опоздал, – ответил ему Роэн.

Надо же, как четко память передает интонации. Как наяву…

Я невольно повернулась к тропинке, по которой вчера пришел Роэн с парнями.

В следующий миг я заорала. Во всю силу легких. А они у меня, оказывается, вмещают много воздуха.

Не призрак, не привидение, а живой Роэнмар во плоти стоял под проливным дождем и смотрел на меня как на законченную идиотку.

– Ты белены объелась, Лир? – сухо осведомился он.