Другая история Золушки. Темная в академии Светлых

Глава 40

Когда я распахнула дверь, он едва не рухнул через порог, так как стоял, опершись о дверное полотно. Конечно, мне уже не привыкать ловить Роэна своей не самой мощной грудью, однако сейчас он жив- здоров, пусть пользуется собственными ногами. Я отскочила, Златовласка чудом удержался от падения и застыл, согнувшись в три погибели, зато став ростом с меня, что позволило ему пристально посмотреть мне в глаза.

В моем не до конца очнувшемся сознании метались самые разные эмоции, от «А-а-а, он жив, жив, снова жив! Какое облегчение!» до «Пресветлый, опять начинать сначала, я больше не могу!» и даже: «Надеюсь, он не помнит тот глупый поцелуй! Только не это!».

– Я все помню, – тихо сказал Роэн, и я почувствовала, как по моему лицу, начиная с подбородка, растекается краснота, будто в мою макушку наливают ягодный морс. – Весь вчерашний день. Будто сон, но сон очень яркий и детальный.

– Ты проходи, не стой на пороге, – сказала я и отошла к окну, внезапно ощутив, какой маленькой и тесной сделалась комнатушка с появлением в ней высокого и широкоплечего Роэна.

Роэн встал в центре, оглядываясь. Примерился было сесть на стул, но, судя по его недоверчивому взгляду, стул не показался ему достаточно надежным. Он посмотрел на расправленную постель, на примятую подушку, взбитое одеяло, еще хранящее мое тепло, и торопливо обшарил глазами комнату, отыскивая что-то безопасное. Уставился на горку учебников и мешочек с сухарями.

– Угощайся, – великодушно предложила я.

Роэн не стал отказываться и отсыпал себе горсть, захрустел, собираясь с мыслями.

– Я проснулся в холодном поту с явственным ощущением лезвия под левой лопаткой, – признался он. – Я подумал было, что кошмар приснился…

Он сделал паузу, рассматривая меня.

– Если только заикнешься о том, что я – сноходец и специально насылаю на тебя кошмары, можешь уходить прямо сейчас! – прошипела я.

– Это была первая мысль! – согласился он. – Но потом я вспомнил, что такой разговор у нас уже происходил. Вчера. Под тренировочной сеткой. Ты действительно залезла ко мне на спину, Миррель Лир? Или явь перепуталась со сном?

Я неопределенно пожала плечами и напустила на себя оскорбленный вид.

– Если бы ты не сшиб мишень, я бы доказала тебе, что я не сноходец и не оракул, а хронор! Не знаю как, но я создала петлю времени и мы вынуждены проживать этот проклятый день снова и снова. Думаю, он не закончится, пока я не спасу твою высокородную задницу!

– Сегодня который раз? – спросил Роэн, слегка взбледнув и отправив в рот сразу все оставшиеся в руке сухарики.

– Четвертый! И все это время я одна корячилась, пытаясь тебя спасти.

– Дела… – пробормотал Роэн и все-таки опустился на стул, печально крякнувший под его немаленьким весом. – Расскажешь подробнее? С чего все началось? Детали, догадки. Все пригодится.

– Конечно!

Признаюсь, я чувствовала огромное облегчение. Мне не придется больше тащить эту ношу одной. Пусть высочество возьмет ответственность за собственное выживание на себя, а я, так и быть, помогу, чем смогу.

– Итак, день первый. С утра так же сильно лил дождь. Что логично. Ведь это тот самый день…

Я старалась не упустить ни одной мелочи, в конце концов, ключевым моментом может оказаться что-то, чему я не придавала значения. Крокодильшество, заслушавшись, лопал сухарики, как семечки, и я между делом выхватила мешочек из-под его хищной лапы: на завтрак мы, судя по всему, не попадаем, так что это мой перекус. Крокодильшество проводил сухарики грустным взглядом. Я вспомнила вчерашнее яблоко – обед, которым он со мной поделился, – и сжалилась, рассыпала сухари на две кучки.

Я рассказала все, без утайки. О корзине с пеплом, который в первый день очутился у высочества на голове. О мальчишке, который советовал порезать персики, и в итоге выяснилось, что кинжал, ставший орудием убийства, принадлежит Бэт.

– Что за мальчик? – нахмурился Роэн.

То есть кинжал тебя не слишком удивил?

– Я не знаю. Просто мальчик. Излагаю факты как есть.

Потом я рассказала о рыдающей Мике. О том, что через нее Бэт передала просьбу прийти без телохранителей.

– Да, я помню. Я как раз выходил из Пузырька, когда столкнулся с ней в коридоре. Она вернулась в кабинет: что-то забыла на парте, а я пошел в библиотеку.

– Смотри, что получается. – Я потерла лоб. – В первые два дня ты не брал с собой телохранителей. После свидания, проводив Бэт в женское общежитие, возвращался домой, и тебя по дороге ранили в спину. В те дни ты знал, что я хронор, и, возможно, думал, что я смогу отмотать время назад или еще как-то помочь… Как видишь – сработало!

Я так злобно уставилась на высочество, что он едва не подавился сухариком.

– У тебя вода есть? – просипел он, откашлявшись.

– В кране.

Я указала направление поисков и некоторое время прислушивалась, как шумит вода в трубах и Роэн пьет из ладони. И даже не требует подать ему королевскую чашу.

– Я там тебе зарядил кристалл для теплой воды, – сообщил он между делом.

– О… – удивилась я. – Ну… Спасибо! Продолжаем разговор! Вчера ты поддался на мою просьбу – или лучше это назвать угрозой? И взял с собой…

– Тима, – сказал Роэн.

– Кого? – заморгала я, а он так же ошарашенно заморгал в ответ.

– Тима Вейлара.

– Тьфу! Я совсем забыла, что у этих парней есть имена. Вообще их по именам никто и не зовет. Честно, я их путаю! Они похожи как братья-близнецы!

– Это потому, что они братья, – согласился Роэн, подкатывая себе указательным пальцем сухарик из моей кучки, будто случайно, ага, типа сам укатился, но я сделала вид, что не замечаю. – Кузены.

– О! Да?

– Да. И между собой кузены, и между мной. Со мной. Тьфу. Мы все трое – двоюродные братья.

– Надо же… – пробормотала я.

Хотя вполне ожидаемый поворот, не так ли. Все великие светлые династии находятся между собой в родстве, и вчера в книге я своими глазами видела тому подтверждение.

– Так вот, вернемся к теме разговора. Вчера ты взял с собой Вейлара, но это не особо помогло. Убийца подкараулил на лестнице общежития и ударил тебя в спину, когда ты спускался.

– Ударил в спину и столкнул с лестницы. Я слышал шаги, прежде чем потерять сознание. Мне показалось, что убийца спускается, но он, видно, поднялся выше, чтобы переждать. Когда я, собравшись с силами, выбрался на крыльцо и парни кинулись ко мне, они уверяли, что никого не видели.

– Хм… Странно…

– Что? – оживился Роэн.

– Откуда убийца узнал, где тебя искать?

– Вероятно, проследить было нетрудно. О том, что я позову Бэт на свидание, знали почти все в Люминаре.

Ах да, любезная Бэт. Наверняка растрезвонила всем о грядущем свидании с самим наследным принцем! То-то убийца обрадовался!

– Хм… – снова сказала я.

– Ты мне напоминаешь начальника охранки отца, – усмехнулся Роэн.

И как ни в чем не бывало протянул палец и погладил меня по лбу, разглаживая морщинку между бровей. Так неожиданно, так по-свойски! А потом снова как ни в чем не бывало принялся за сухарики. Нет, он точно не помнит про поцелуй. Или не помнит, или ему абсолютно плевать на меня как на девушку – прикосновения его не торкают. В отличие от меня…

– Хватит лопать сухари! – рявкнула я. – Оставь Хруму!

– Кто такой Хрум? – заинтересовался Златовласка.

– Скоро узнаешь. Но сначала скажи мне вот что. Ты взял с собой Тима. Откуда же появился Элмер? Он бегал, звал на помощь, наводил суету. Обвинил меня в убийстве, между прочим!

– Думаю, Бэзил не выдержал и пришел по собственной инициативе. Проследить, чтобы все было хорошо. Оба побежали за подмогой.

– И бросили тебя одного, – покачала я головой, но в целом я представляла, почему перепуганные парни метались как курицы с отрубленными головами. – Ладно. Допустим.

Я продолжила рассказ. Поведала и о Хруме, сумеречной нечисти, который повел себя как настоящий друг.

– Пепельное создание защищает пепельного мага. Тут все понятно, – заявил Роэн с видом эксперта.

А я, собиравшаяся было поделиться историей о странной беседе с магом хаоса, ощутила, как мой рот будто запирают на замок. Нет, магия здесь ни при чем: я могла бы рассказать, если бы захотела, но я… не хотела. Меня саму несправедливо обвинили и не желала, чтобы такая же участь постигла другого пепельного мага. Если убийца – он, мы и так это выясним.

– Теперь ты все знаешь. Что будем делать дальше?

Роэн поднялся и натянул на голову капюшон.

– Беги на полигон, я скоро буду. Мне еще надо проверить, нет ли путаницы с корзинками. Тебе чего больше хочется? Яблок? Слив? Груш?

– Персиков, – процедила я.

Я своим ушам не верила: жизнь высочества висит на волоске, а он продолжает свои матримониальные игры?

– Нет, персики не могу, – вздохнул крокодильшество. – Персиков только одна корзина. Для Бэт.

Он ушел, а я еще какое-то время стояла, тупо глядя на дверь и сжимая кулаки в бессильной ярости. Да только злилась я не на него – на себя. Хорошо, что Роэн не помнит дурацкий спонтанный поцелуй, ведь в ином случае это означало бы, что он придал ему значения не больше, чем дождевой капле, упавшей на губы.

«Ладно, Елка, выкини из головы! – приказала я себе. – Вчера ты целовала смертного парня за миг до гибели. Сегодня он снова наследник трона. Между вами пропасть!»

Приказ не очень-то помог. На душе скребли кошки, и когти у них были размером с когти Хрума, не меньше.