Нино и её призраки

Глава 40

Таких снов на рассвете я еще никогда не видела. Это двойные сны. Я просыпаюсь одна в холодной постели и не понимаю, куда муж ушел

посреди ночи. А потом я просыпаюсь еще раз и чувствую рядом его тепло, чую его — похож на спящее большое животное. Во сне он не помнит, что мы в ссоре, гладит меня, а я дразню его своими прикосновениями.

По дороге к Николаю Васильевичу я решила без предупреждения нагрянуть к родителям. Мама была счастлива меня видеть, папы не было дома.

— Отлично выглядишь! Похудела, постройнела.

— Осунулась, мама, — грустно сказала я.

Она мигом все поняла и посерьезнела:

— Иди на кухню.

Я любила свою аристократичную прохладную мать больше, чем отца, с которым никогда не была по-настоящему близка. Все эти годы он был для меня абсолютно картонным персонажем, назывался Тамази и откликался на «отец», появлялся в моей жизни только мельком, в основном когда мне нужны были его деньги или другая помощь.

Я сказала ей, что у меня опять проблемы с алкоголем, я несчастна с Алексеем Александровичем и не могу забыть любовника, с которым рассталась. По поводу спиртного мама меня не понимала, она редко пила, в отличие от Тамази; он выпивал, рюмка-другая — и сразу морда бордовая, будто ее набили. А вот рассказ про любовника она слушала внимательно, не перебивая, обеспокоенно, из-за этого я нервничала еще больше, да еще и моя усталость отзывалась противным сердцебиением. Мне было страшно неудобно посвящать ее во все детали, но я была готова к этому разговору.

— Ты знаешь, я была против твоего брака, — сказала мама, дослушав. — Мне казалось, что в тебе очень много грузинского, хотя ты наполовину сибирячка, и я не хотела, чтобы ты выходила замуж за русского, но, должна признать, ошибалась. Смотрю я на твоего мужа и понимаю, что он делает тебя счастливой, при твоем характере с грузином ты бы не ужилась. Леша дает тебе возможность жить собственной жизнью, быть самой собой.

— Папа тоже дает тебе жить своей жизнью.

Она грустно покачала головой:

— Нет, это не так. Жить с Тамази нелегко. Есть такие мужчины. Они могут все, а ты ничего. Они очень авторитарны в семье. Женщины в таких семьях должны знать свое место. Да что я тебе говорю, ты ведь знаешь Гелу, Лейла от него натерпелась.

— Да? Расскажи.

— Ну что рассказывать, куча любовниц, внебрачные дети, грязь, дома не появляется тоже. Только твой муж работает, а Гела с Тамази развлекаются. Тем более, извини, конечно, но ты сама рассказала мне про любовника, грузин бы за такое убил тебя.

— Алексей Александрович тоже убил бы, если бы знал.

— Твой муж — сотрудник спецслужб, неужели ты думаешь, что он ничего не знает? Сколько ты встречаешься с этим мужчиной?

— Почти четыре года.

Я не смотрела матери в глаза, я смотрела на ее руки — красные, стертые от уборки и мытья посуды. — Дурочка, ей-богу, — всплеснула она ими.

— Мам, да Алексею дела нет ни до чего, кроме работы! Я тебе и говорю!

— Есть такая пословица: если ты изменяешь мужу и думаешь, что он об этом не знает, — значит, он изменяет сам. Разрушите семью, дети. Ты играешь с огнем, Нин. Твой любовник хотя бы хороший человек?

— Нет, мам, в том-то и дело. Он дерьмо еще то.

Она поставила турку на огонь и закрыла глаза. Думала или колдовала. Я внимательно наблюдала за тем, как мама готовит кофе, — у нее это получалось еще лучше, чем у меня.

— Зачем, Нино?

— Я не понимаю, что может быть интересного в жизни тридцатилетней замужней женщины.

— Карьера.

Люди здесь ничего не ищут: ни денег, ни любви.

Не представляю, как тут жить.

— В жизни безработной замужней женщины.

— Звучит печально, но у тебя двое детей.

— Это неинтересно.

Она сняла турку с огня в самый последний момент. Иногда мне хотелось, чтобы она его прозевала, и тогда бы я торжествующе ухмыльнулась. Но такого никогда не происходило.

— Так сделай так, чтобы было интересно. Веселиться с кем-то в постели может любая потаскуха, а ты попробуй получить удовольствие, помогая детям с уроками.

Я скорчила недовольную физиономию.

— Тебе надо меняться.

— Что значит — меняться? Это когда ты подругому начинаешь реагировать на вещи, не так, как раньше? Только разве это всегда прогресс? Разве это хорошо? Вот, мам, представь: ты проснулась в воскресенье в двенадцать дня, а твой муж, с которым ты договаривалась провести выходные вместе — свалил. Оставил на столе продукты, которые купил на рынке — мол, ты должна быть счастлива их разобрать, — и на работу. Срочное совещание, допустим. И однажды, вместо того чтобы звонить ему и истерить в трубку, ты понимаешь, что теперь тебе все равно. Все. Ты привыкла. И идешь разбирать продукты. Это называют «помудрела».

— Нин, у тебя нервное истощение и алкоголизм.

Тебе нужно к психотерапевту.

— Я хожу к психотерапевту, не волнуйся.

— Я не волнуюсь, ты уже взрослая девочка. Но иногда я жалею, что у меня только один ребенок.