Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом

Глава 7: Рыцарь

Игорь Савельев был юным и ещё неоперившимся опером. По причине своей беспросветной храбрости и инициативности, он нередко попадал в редкостные передряги, из которых ему, непостижимым образом всегда удавалось выбраться.

В этот понедельник ничего не предвещало неприятностей: он мирно раскладывал пасьянс на своем рабочем компьютере и никому не мешал, когда открылась дверь кабинета, и в его жизнь ворвалась Гертруда Петровна.

Если бы Игорь знал, что с этого дня его жизнь уже никогда не будет прежней, то он незамедлительно вытолкал бы странную посетительницу. Но молодой человек был сдержан и воспитан, особенно с нежданными визитёрами, потому что, как правило, ничего хорошего от них ждать не приходилось.

Опер поздоровался и попытался выяснить причину по которой его оторвали от стратегически важного уровня в игре. Женщина не могла произнести в ответ ничего вразумительного, а лишь стенала и заламывала руки.

Прислушавшись, юноша с трудом разобрал, что она требовала найти пропавшего жениха, наверняка, погибшего в неравном бою, спасая от грабителей экспонаты Краеведческого музея.

Игорёк слушал этот бред, приоткрыв рот, чтобы выровнять давление на барабанные перепонки. Иначе, вопли лишившейся жениха директрисы, грозили сделать его глухим на оба уха. Чтобы хоть как-то сбить напор, он протянул женщине стакан воды и попросил успокоиться, пообещав, что во всём разберётся. Гертруда Петровна пару раз икнула и оставила заявление.

Игорь не верил в героического археолога, поэтому сразу показал даме фотографии всех мошенников из базы данных. И не ошибся! Героем-женихом был не урождённый испанец Роберт Олегович, а местный цыган Андрей Романов по кличке Красавчик, недавно отсидевший срок за мошенничество.

Но Гертруда Петровна не поверила даже базе данных. Она ушла, глотая слёзы и обещая написать жалобу в вышестоящие инстанции. А Игорь… Игорь остался. Он уже успел узнать цену пустым угрозам обманутых женщин, поэтому спокойно посмотрел вслед разгневанной посетительнице и продолжил изучать фотографию Красавчика на экране компьютера.

"Хорош, зараза!" — подумал опер, глядя на черноглазого, волоокого брюнета, полностью оправдывавшего своё прозвище.

Глубоко вздохнув, он принялся составлять ориентировку.

В следующий раз Игорь увидел Гертруду Петровну несколько месяцев спустя. Она пришла потерянная, тихая, разговаривала медленно и отрешённо, то и дело, промокая платочком уголки глаз. Женщина, как будто постарела на десять лет. От прежней цветущей, энергичной красавицы не осталось и следа: она похудела, осунулась, подурнела. Растрёпанные волосы клочками выбивались из-под наспех завязанного шарфа. Одежда была неопрятной, заношенной, и пахло от директрисы чем-то старчески неприятным: лекарствами и затхлостью, как от лежачего больного.

Женщина тихо присела в уголке и рассказала, что помимо разбитого сердца, её несостоявшийся жених, но удачливый мошенник Красавчик, оставил несколько, оформленных на её имя и под залог её же квартиры, кредитов на немалую сумму. Кредиты были взяты в двух разных банках, но оба они принадлежали известному олигарху Сигурду Одинцову. Гертруда Петровна проболела всё это время и не внесла вовремя платежи. Теперь, по драконовским условиям договора, она рискует остаться без дома.

Игорь сочувственно кивал головой. Чем он мог помочь в такой ситуации? Все необходимые мероприятия проведены: дело о мошенничестве открыто, ориентировки разосланы, осведомители оповещены. Совесть у парня должна быть чиста, но что-то грызло его изнутри: по справедливости так быть не должно.

В третий раз о Гертруде Петровне Игорь вспомнил дней через десять после её последнего визита. Было морозное декабрьское утро, и снова ничего не предвещало тех событий, которые всё-таки произошли.

Пригород — это почти село: автобусы туда ходят плохо, редкий асфальт скрыт под слоем грязи, а игровая площадка, она же по совместительству мусорка, начинается прямо за огородами. Там еще остались мальчишки, сохранившие вольный деревенский дух. Зимой, в свободное от учебы время, они играют в хоккей на свежезамёрзшем прозрачном льду, а не сидят дома в телефонах или за компьютерами.

Так случилось и на этот раз. Ребята собрались на берегу замёрзшего озера, именуемого местными жителями канавой. Канава была неглубокой и грязной. До первого льда она не привлекала внимание местных ребятишек. Поэтому сюда никто не заходил, кроме нарушителей, привыкших сваливать мусор на её скользких от грязи берегах.

Мальчишки проверили лёд — он был довольно прочным — и собирались уже начать игру, но заметили странный предмет, похожий на железный крест, торчащий аккурат в середине озера. Приглядевшись, они догадались, что эта странная штука — рукоять меча, такая же, как в фильмах или компьютерных играх. Любопытные дети подошли ближе. Они собирались вытащить меч, чтобы лучше рассмотреть его. Но приблизившись, закричали от ужаса и с воплями бросились врассыпную: подо льдом лежал труп, из которого и торчал, заинтересовавший их, меч.

Игорь приехал на место сразу после сообщения о происшествии. Мертвец хорошо сохранился в холодной воде, и, когда с помощью топоров и лопат его наконец-то вырубили изо льда, опер узнал Красавчика, по которому так убивалась Гертруда Петровна. В памяти Игоря сразу всплыло её предположение об убитом и брошенном в канаву женихе.

"Хм, интересно, это простое совпадение, или всё-таки женщина причастна к убийству?" — подумал он и сразу же записал директрису первой и пока единственной в списке подозреваемых в убийстве Андрея Романова.

Ну а что? Женщина в приступе ревности вполне могла зарубить любовника антикварным мечом, избавиться от тела и мастерски разыграть спектакль со слезами и причитаниями, играя роль обманутой мошенником жертвы.

— Тоже мне "рыцарь", — прервал размышления Игоря его напарник, Михалыч.

Бывалому оперу было над чем иронизировать. Столь необычный способ убийства полицейскому встречался впервые. Любопытно, на каком рыцарском турнире геройски пал Красавчик?

Игорь вызвал Гертруду Петровну на опознание, где та вполне правдоподобно грохнулась в обморок, но всё же подтвердила, что это и есть Роберт Олегович, он же — Андрей Романов, он же — Красавчик, обещавший на ней жениться, но исчезнувший, прихватив её сердце и музейные экспонаты. Меч директриса тоже узнала, сказала, что он, как две капли воды похож на тот, который Красавчик унес с собой.

— А где оригинал? — строго спросил Игорь.

Гертруда Петровна пролепетала что-то невнятное про реконструкцию, профилактический осмотр и пообещала, что через пару дней экспонаты будут на месте. Полицейский согласился подождать.

Выпроводив плачущую директрису, Игорь приступил к честному исполнениию своей работы. Для начала он опросил жителей близлежащих домов, но там было без вариантов: никто ничего не знает, и ничего не слышал. Только один дед, страдавший бессонницей, заметил, как дней десять назад, глубокой ночью к канаве подъехала большая машина, по описанию похожая на внедорожник. Игорь восхитился дедовой памятью, зоркостью и остротой слуха. Старик ему ответил, что он в Афгане таких сопляков пачками на себе из боя выносил, а здесь вот, поди ты — не доглядел.

Потом Игорь переполошил всех местных цыган. И тоже — безрезультатно. Они стенали, причитали и заламывали руки, но ничего не рассказывали полицейскому. Только один вконец сторчавшийся стукач, в обмен на дозу травки и помятую пятихатку, поведал, что Красавчик, в последнее время, имел дела с каким-то богачом. Может быть, даже с самим олигархом Одинцовым. Но Игорь слабо верил этой информации: слишком уж она была похожа на наркотический бред. Что может связывать голозадого мошенника и всемогущего "владельца заводов, газет, пароходов"?

Теперь опер Игорь Савельев сидел за столом и думал, что бы ему ещё сделать, чтобы найти убийцу Красавчика. Но его раздумья снова прервала, некстати ворвавшаяся в кабинет, Гертруда Петровна. Она опять махала руками и кричала, что её Антошеньку похитил ни много, ни мало, а самый настоящий дракон, и она видила это собственными глазами.

Игорь, как мог, сдерживал себя, но в этот раз он молча, сполз по стене: только сумасшедшей ему ещё здесь не хватало!