Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом

Глава 8: Вековая справедливость

Громыхая латами, Игорь с трудом пролез в узкий ход, открывшийся в скале после взрыва. Вова и Шурик постарались на славу и минут за пять расчистили, заваленную камнями, дорогу.

На другой стороне было темно. Вне досягаемости взрывной волны, остались гореть факелы, но их свет не доходил до развороченной динамитом стены.

Антошки нигде не было видно. Игорь несколько раз окликнул её, но безрезультатно. Странная девчонка уже успела куда-то умчаться.

"Лишь бы не заблудилась в темноте" — подумал юноша, тщетно стараясь разглядеть окружающую обстановку.

Наконец Игорю удалось осмотреться: в провале появились его спутники с включенными фонарями. Они подшучивали над рыцарем, советуя смазать скрипучие доспехи машинным маслом, или прикрутить к ним микрофон и в переходе виртуозно скрипеть мелодии за деньги. Под весёлый хохот сообщников, парень поднял, как назло, печально скрипнувшее забрало, и, глядя в узкий прямоугольник прорези, попытался понять, где он находится.

И о, чудо! Прямо рядом с Игорем поднималась наверх старая, местами обвалившаяся винтовая лестница, которой, судя по всему, давно не пользовались и совершенно не следили за её состоянием. Однако Игорь подумал, что риск — благородное дело, и решительно ступил на, казавшиеся хрупкими, ступени.

Лестница оказалась на удивление прочной. Пару раз под весом рыцаря в латах осыпались камни, ещё разок что-то свалилось сверху, ощутимо ударив в плечо. Тем не менее она вывела Игоря в какой-то старый чулан на задним дворе Замка.

Выход со стороны сарая был заколочен потрескавшимися, гнилыми досками и весь зарос паутиной. Несколько минут Игорь потерял на то, чтобы высадить хлипкую преграду плечом и выпутаться из пыльных сетей, сплетённых вольготно живущими здесь пауками.

В самом чулане всё было завалено давно уже не нужным, пыльным хламом: плетёными корзинами, чугунами, сёдлами, сбруями и другой лошадиной амуницией. Судя по всему, сюда тоже давно никто не заходил. Дракон рассказывал, что уже лет пятьдесят, как перестал содержать конюшню.

С трудом выбравшись во двор, Игорь едва не упал, поскользнувшись на нечистотах, затянутых ледяной коркой. Рядом чернел заброшенный, полусгнивший колодец. Держась за него, опер с трудом вышел в следующий двор и заплутал там среди множества построек. С трудом обнаружив дорогу, взмокший и запыхавшийся рыцарь, наконец-то вышел к Лобному месту.

Стоило Игорю оказался на месте, как у него возникло ощущение, что на дворе не двадцать первый, а девятнадцатый век, или даже ещё раньше. Над площадкой раздавался звон клинков и летели, высекаемые шпагами, искры. В самом разгаре была дуэль, на которой самозабвенно бились Сварт и Сигурд.

"Словно Добро со Злом сошлись в неравной схватке" — подумал Игорь и застыл, словно истукан.

К нему только сейчас пришло осознание того, что он… должен… убить… человека…

Убить! Живого! Человека!

Хладнокровно вонзить меч прямо в сердце и наблюдать за тем, как жизнь угасает в его глазах.

Эти мысли так напугали рыцаря, что он невольно попятился. Ещё немного, и юноша бы развернуться и побежал прочь, оставив Сигурда самого разбираться со своей вековой враждой и высшей справедливостью. Но перед глазами поплыли растерзанные девушки, заколотый Красавчик и Гертруда Петровна, томившаяся внутри этого каменного каземата.

Призраки. Они вечно будут ходить следом, если он сейчас позволит себе струсить.

Игорь зажмурился и устремился в самую гущу драки, где Дракон в распахнутой, белой рубахе без устали работал шпагой. Сильный и гибкий, как хищник, он, казалось, скользил над землёй, не касаясь брусчатки подошвами начищенных сапогов. Он был красив, как безудержная стихия, как ветер, вырывающий столбы и деревья и несущий тучи за горизонт.

Сигурд уже был почти повержен: легко ранен и загнан в угол. Остались считанные секунды до момента, когда Сварт окончательно разобьёт олигарха и вселенское Зло восторжествует над Добром и Справедливостью.

Игорь всё ещё не решался. Он стоял посереди площади, не в силах не то что поднять меч, а даже просто пошевелиться. В то время, как более сильный и ловкий Дракон уже отбросил прочь клинок противника, а свою шпагу приставил к его груди. Над ними, яростно махал крыльями огромный ворон. Истошно крича, он кружил над битвой, норовя выклевать Сварту глаза. Ящер осатанело отмахивался, и ему удалось отбросить настырную птицу так, что она ударилась о крепостную стену и безвольно сползла вниз.

— Бей! Бей! Чего уставился? — прохрипел Одинцов, и его голос привёл Игоря в чувство.

Юноша неловко занёс меч для удара, но в последний момент произошло то, чего он никак не мог ожидать.

Дракон оглянулся.

С лёгкой улыбкой он смотрел на медлившего рыцаря. В пронзительных, тёмных глазах Великого Ящера не было ни злорадства, ни жажды крови, ни радости победы, а только лишь усталость и разочарование. Казалось, перед лицом смерти Сварт всё понял и всех простил. Он лишь слегка склонил голову, словно давал Игорю разрешение. На собственное убийство.

Юноше сделалось жутко. Ему снова захотелось бросить меч и убежать, но, собрав волю в кулак, он сдержался. Не в силах отвести взгляд, словно в тумане, Игорь всадил меч в спину Дракона. Туда, где должно быть сердце. По самую рукоять. Собрав последние силы, он выдернул клинок и безвольно обмяк, сгорбившись, под грузом содеянного.

Острие меча пронзило Дракона насквозь. Он зашатался и упал на колени. Голубая кровь толчками вырывалась из ран и стекала на булыжную мостовую. Угасающими глазами Дракон наблюдал за тем, как его кровь впитывается в землю, на которой он родился, жил и которую не уберёг.

Шпага со звоном выпала из ослабевших рук Сварта, а сам он, вслед за ней, бездыханно упал в лужу собственной крови.

Всё кончено…

Дракон убит…

Добро победило…

Только почему на душе у Игоря так мёртво и пусто?