Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом

Глава 4: План

Спустя несколько часов обсуждений, разношёрстный конгломерат, наконец, составил план операции "Сварт". Все единодушно сошлись во мнении, что действовать нужно быстро, дерзко и решительно. Взять неприступную крепость возможно только наглостью и нахрапом, поэтому штурм должен пройти без косяков — шанса на вторую попытку у них не будет.

Сигурд пришёл к выводу, что отряд нужно будет разделить. Сам он спустится на скалу сверху — оказалось, что браток с челюстями-молотилками умеет управлять вертолётом. Остальные пойдут туннелем, и с помощью сиплого товарища вертолётчика, подорвут скалу и проникнут в Замок Дракона. Оставалось только надеется, что ход с той стороны, спустя сотни веков, никуда не делся, и дожидается их целый и невредимый.

Кстати, обоих присоединившихся к ним полубандитов звали Шуриками, и это вносило в обсуждения ещё больше путаницы, чем если бы никто не знал их имён.

Договорились, что Игорь, как человек знакомый с внутренностями Замка, заберётся наверх, и там поможет Сигурду справиться с Драконом. Для остальных будет отдельное задание, которое озвучат позже.

— По левую руку от тебя будет лестница, по ней и поднимешься к Лобному месту. Надеюсь, за полторы тысячи лет она не обвалилась, — наставлял драконоборец.

Хотя никто не произнёс это вслух, но у всех были сомнения в законности мероприятия. Сигурд, почувствовав такую червоточинку, больше никого из сотрудников привлекать не стал. Полицию, по той же причине, тоже решили не беспокоить. Но Одинцов, на всякий случай, клятвенно заверил, что сам «разрулит» все проблемы, если они появятся.

На том решили разойтись по домам и хорошенько отдохнуть. Штурм Драконьей скалы был запланирован на следующее утро.

На прощание Сигурд оглядел свою странную армию, и Тоне показалось, что неуверенность промелькнула в его прозрачных глазах. Ещё бы! Антошка сама хотела плакать, гладя на их предприятие, но и других "вояк" у драконоборца не было.

— Друзья! — "главнокомандующий" вскинул голову, — Встречаемся завтра в десять утра у Краеведческого музея. Пусть нам сопутствует удача!

Вразнобой попрощавшись, участники штурма побрели к выходу и, стараясь не толкаться у двери, дружно покинули помещение. Остался только Игорь. С ним олигарх захотел лично о чём-то поговорить. Юноша послушно остался, безразлично ожидая того, что же ему скажут.

Когда все, чьи уши не были предназначены для приватных разговоров, ушли, хозяин кабинета доверительно обнял парня за плечи и подвёл его к дальней, совершенно глухой стене. Эта стена была лишена каких-либо украшений в виде картин или гобеленов, кои в избытке были развешаны и расставлены в других частях кабинета. Она представляла собой лишь, скромно покрытую лаком, деревянную перегородку.

Подойдя ближе, Одинцов привёл в действие какой-то секретный механизм, и перед изумлённым Игорем в глухой и непроницаемой панели, моментально открылась дверь, ведущая в потайную комнату.

Сигурд прошёл внутрь первым и зажёг свет. Игорь последовал за ним, не дожидаясь приглашения. Он вспомнил, как Гертруда рассказывала, что и дома у Одинцова тоже есть нечто похожее. Но в отличие от того тайника, здесь не было приспособлений для "не ванильных" утех олигарха: все стены его были уставлены стеллажами, с всевозможными старинными вещицами: от глиняных стаканов и кубков до шпаг и мушкетов. Среди всей этой пёстрой барахолки была также коллекция перчаток и краг, десяток широкополых шляп с перьями и без, несколько изысканных тростей, инкрустированные камнями шкатулки и прочий антиквариат.

Игорь понял, что открывшаяся ему, необычная выставка — это память о прошлых жизнях драконоборца, начиная с времён Фафнира и до наших дней. Как заворожённый, юноша рассматривал заставленные с низу до верха полки. Неожиданно, его глаз будто наткнулся на что-то знакомое, но сразу же потерял фокус — среди этого средневекового базара, втиснутого в одну маленькую комнатку, невозможно было ничего отыскать.

— Смотри сюда! — произнёс олигарх прямо над ухом у Игоря.

Тот вздрогнул — залюбовавшись на, открывшееся перед ним разноцветие, парень совсем забыл про Сигурда.

— Вот! Это для тебя!

Игорь поперхнулся. Одинцов радостно показывал дланью на ненавистные ему доспехи из Краеведческого музея. Значит, баба Ядвига сказала правду: многострадальный экспонат, всё-таки, оказался в руках у своего законного владельца.

Сигурд сиял как тот начищенный самовар, много лет томящийся в его коллекции. Чего нельзя было сказать об Игоре, кислая физиономия которого заставила потускнеть даже лампы дневного света. Снова лезть ржавые, скрипучие доспехи было для него сущей мукой, поэтому юноша до последнего надеялся, что сия чаша его минует, хотя бы на этот раз. Но — нет.

— Иди сюда, дотронься до них! Возьми в руки меч! — восторженно то ли попросил, то ли приказывал Одинцов.

Игорь послушно взялся левой рукой за забрало, а правой — за рукоять меча, и холодные железяки в его ладонях, неожиданно, ожили. Они покрылись голубой дымкой, испещрённой мелкими синими молниями. Это странное электричество не приносило Игорю вреда, а лишь приятно согревало руки.

Юноша совершенно не удивился такой странной реакции амуниции на его прикосновение. Наверное, он начал привыкать ко всяким магическим штукам.

— Прекрасно! — удовлетворённо хмыкнул Сигурд, — Они узнали тебя!

— А если бы не узнали? Что бы тогда было? — Игорь насторожился — он кожей чувствовал здесь какой-то подвох.

— А, ничего страшного, — отмахнулся олигарх, — Током бы ударило. Может быть… Но всё обошлось! Меч признал в тебе хозяина.

Сигурд смотрел на осторожного юнца с лёгкой ревностью. Этот медлительный опер и не подозревает, как бы он желал самолично облачиться в собственные доспехи и сам вонзить меч в грудь ненавистного Ящера. Но, когда Сигурд попробовал надеть снаряжение, его тело пронзили яростные разряды: железный костюм никак не хотел пропускать олигарха в своё холодное чрево.

Одинцов не сразу оставил попытки натянуть на себя латы. Лишь после десятого захода, едва живой, он выпал из них и лишился сознания. Доспехи не хотели подчиняться своему первому владельцу, а от одного лишь прикосновения к мечу руки обжигало до кости.

Сигурд осатанел: проклятая бабка опять что-то напутала со своими заклинаниями. Отменив все дела. он опрометью сорвался в лес, к той, что наложила ошибочное заклятье.

Слушая рассказ олигарха, баба Ядвига долго причитала, не понимая, как же всё так получилось, но ничего исправить уже могла. Колдовать у неё получалось только в своей доисторической избушке, а привезти доспехи к ней Сигурд не мог. Ведь по надёжному, как швейцарские часы, плану Ядвиги, та ржавая железяка давалась в руки только своему истинному хозяину — тому, кто последним сражался в этом снаряжении. Старуха не учла, что в доспехах после Одинцова успели побывать ещё несколько рыцарей.

Но Сигурд не был бы великим победителем драконов, если бы так быстро сдался. Из рассказа Тони он знал, что она не так давно выходила на бой с Драконом, как раз с этим мечом и в этих же доспехах — рептилия уже опустилась до дуэлей с бабами. Хотя на девчонку у него были другие планы, но всё складывается так, что именно ей придётся выполнить священную миссию — убить Дракона.

Но и здесь олигарха ждало разочарование. Поговорив с Антошкой он узнал, что последним рыцарем в злополучных доспехах был какой-то полицейский по имени Игорь.

Сигурд был в ярости. Он бешено кричал, топал ногами и швырял на пол все не закреплённые предметы. Бедная Вероника едва успела удрать из разорённого кабинета. Разгневанный драконоборец и не знал, что после столь долгой полосы неудач, ему вот-вот должно крупно повезти.

Едва Вероника прибралась в перевёрнутом вверх дном, офисе, как прямо в его приёмной, в сопровождении заклятого врага олигарха — Сварта Дракона, объявился некто оперуполномоченный местного отдела полиции — Игорь Савельев. С этого момента у Сигурда не осталось сомнений: удача снова на его стороне. Все нужные союзники сами идут к нему навстречу.