— Что рассказать, лиора? Я ничего не делала.
— Ты дважды приносила еду лиорду Эдриану. Ты ведь помогала Сиару, да? Что он тебе обещал? Много капель? Домик с садом?
— Не понимаю, о чём вы. Сами старика отравили, а теперь на меня вину сваливаете? Не выйдет!
— Это твой последний шанс — исправить то, что натворила.
Лиана резко отводит взгляд.
Секунду кажется, что она заговорит. Но нет.
Жаль. Я дала ей шанс, но Лиана им не воспользовалась.
— Вместе с Неей займись уборкой в западном крыле. Осмотрите стены и полы; если что-то нужно починить, сообщите хранительнице крепости.
Поворачиваюсь к ней спиной, чувствуя на себе тяжёлый взгляд, и говорю громче:
— Я не слышу ответа.
— Да, лиора, — наконец выплёвывает она с нескрываемой досадой. — Будет исполнено.
Качаю головой и иду на второй этаж к гостевым комнатам. Стоит мне приоткрыть дверь, как в нос бьёт тяжёлый запах лекарственных трав. Тихонько стучу по дверному полотну.
— Входите, — раздаётся изнутри негромкий голос Лейза.
Дозорные остаются в коридоре.
Я захожу и вижу бледного инспектора: он лежит на широкой кровати, под головой высокая подушка, а сбоку стопка книг и записей.
На прикроватной тумбочке стоит чашка с настоем, аромат которого напоминает полынь.
— Лиора, — хрипло приветствует он, стараясь приподняться. — Простите, не могу встать.
— Не нужно, — отвечаю я, жестом останавливая его. — Как вы себя чувствуете, инспектор?
Лейз сжимает губы и пожимает плечами:
— Живу. Та девчонка не пустила ко мне доктора, и, видимо, не зря. Чувствую себя лучше.
Я сажусь на скрипучий табурет рядом с кроватью:
— Девчонка? Расскажите, что произошло.
Лейз принимается объяснять, и постепенно я начинаю понимать, что это Элис не дала доктору Перенсу приблизиться к инспектору и сама ухаживала за ним.
Чем дольше Лейз говорит, тем больше я удивляюсь: оказывается, остатки зелья, которое случайно разбил Ривз в моей комнате, убирала служанка, и они попали в руки Элис. Она тут же определила, что это экстракт жгучего тёрна.
В малых дозах это зелье подавляло волю, и Сиар подмешивал его в чай своим жёнам. Элис тоже пила его, пока однажды её хранительница покоев не подслушала разговор Сиара с доктором.
Она помогла Элис сбежать, но сама, похоже, пропала — возможно, стала очередной жертвой Сиара.
— То есть вас опаивали? — уточняю.
— Похоже на то. — Лейз пытается усмехнуться, но выходит болезненно, натянуто. — Это зелье… Оно меняло всё.
Он откидывает голову на подушку, прикрывает глаза. Его пальцы сжимают покрывало, словно он всё ещё в том моменте, где его воля перестала ему принадлежать.
— Сначала — лёгкость. Как будто мысли становятся яснее, тревога отступает. Потом провалы. Незаметные сразу, но… — Он замирает, хмурясь. — Я мог начать разговор, а через мгновение понимать, что уже закончил его. Помню, как вёл беседу с Сиаром, но не помню, о чём говорил.
Я затаила дыхание. Выходит, ему давали это зелье со «звёздочкой», делая его марионеткой в руках Сиара.
— А если я отказывался пить? — Лейз вдруг усмехается, но в глазах холод. — Тогда начиналась агония. Головная боль, такая, что хотелось выцарапать её ногтями. Стоило выпить настой — становилось легче. Понимаете? Меня не нужно было уговаривать.
— Значит самый первый раз вам тоже подмешали зелье тёрна в чай? — спрашиваю.
— Не совсем. На меня напали, и лечили «звездочкой». Когда я приехал сюда, то решил действовать инкогнито, — говорит Лейз. — Поговорил с лиордом-протектором, сделал вид, будто уезжаю, но на самом деле остался. Сиар, похоже, догадался. Вечером, когда я возвращался в домик, который снял в городке, вдруг отвлёкся на миленькую девушку. Да… девушку в бордовом плаще. Волосы скрыты капюшоном. Она что-то сказала мне, голос… холодный, спокойный, почти ласковый.
Лейз замирает.
— «Простите, инспектор». И потом — удар. Сильный, резкий. Глухая боль в затылке. Я почувствовал, как теряю сознание. Как будто мир вдруг накренился и рассыпался.
Он резко моргает, возвращаясь в реальность.
— А дальше… провал. Потом зелье. А потом… Сиар. И Ривз…
— Как жестоко, — тяну я.
— Да. Заслуга Ривза: я хоть что-то вспомнил… Он умеет быть очень убедительным, когда хочет. Ривз забрал зелье, и мне стало совсем плохо — вы сами видели моё состояние в вашей комнате.
На мгновение я умолкаю, переваривая услышанное.
— А сейчас как вы себя чувствуете? — спрашиваю.
— О, намного лучше.
— Значит, вы поможете разобраться с делом Эдриана? Я не убивала его.
Лейз медленно кивает:
— Помогу, разумеется.
Я выдыхаю, чувствуя, как уходит напряжение. Он мне верит. У меня появился союзник.