Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

126

Медленно поднимаюсь на ноги, чувствуя, как от тёмного проёма веет ледяным холодом. Там, во мраке, что-то шевелится — плавно, неуловимо, словно рябь на тёмной воде.

— Проклятие… — Фехос резко напрягается, щёлкает пальцами, и над ладонью вспыхивает огненная руна. Она тут же гаснет, рассыпая жаркие искры вокруг кисти. — Оставайтесь здесь. Я проверю.

— Ну уж нет, — отрезаю я, ощущая, как мелкие мурашки пробегают по коже. — Я тоже пойду.

— Тогда держитесь за мной.

Он не оборачивается, но в его голосе скользит нотка тревоги — будто он тоже боится, но не показывает этого.

Мы шагаем внутрь, и воздух сразу меняется — становится гуще, тягучее, словно соткан из тёплого тумана.

Голубоватый свет, льющийся со стен, мерцает, как дыхание живого существа. Узкие проходы, сотканные из мириад светящихся нитей, тянутся к нам, дрожат, будто прислушиваются.

Я замираю. Всё вокруг странно знакомо — не просто знакомо, а родное, как будто эти нити, этот свет — часть меня.

— Здесь всё одинаковое. — Фехос останавливается на развилке.

— Может, вам стоит идти за мной, а не наоборот? — усмехаюсь.

— Если вы знаете путь…

— Знаю. — Я шагаю вперёд, за спиной раздаётся ворчание Фехоса.

Кристалл.

Он зовёт меня. Я не иду — меня тянет вперёд, будто дорога сама подталкивает, сокращая расстояние.

Последний поворот — и пространство резко меняется.

Мы входим в грот, и теперь каменные своды раздвигаются, обнажая огромное подземное озеро. Лиловые вспышки скользят по стенам, отражаясь в серебряных нитях, сползающих по камню.

Аметистовый источник сияет в самом центре, а его свет пульсирует в такт моему сердцу.

Передо мной — тот самый крошечный островок среди воды, на который когда-то вытащил Ривз.

Только теперь всё по-другому.

Вода между нами не просто плещется — она ведёт себя странно. Пурпурные всполохи света вспыхивают в её глубине, а поверхность остаётся слишком гладкой, словно натянутая мембрана.

Но там, в самом сердце островка, что-то есть. Смутный силуэт, то исчезающий, то проступающий сквозь пульсирующие волны света.

Я заношу ногу, чувствуя, как невидимое притяжение тянет вперёд, к островку.

Но прежде чем моя ступня касается воды, меня останавливает железная хватка генерала.

— Вы с ума сошли⁈ — рычит Фехос, дёргая назад.

— Собираюсь пройти туда, — холодно отвечаю я, пытаясь высвободиться.

— Вода! — Его голос срывается, а пальцы стискивают мою руку так, что ноет кость. — Вы утонете!

— Я знаю, что делаю.

Смело шагаю вперёд — и тут же воздух над водой взрывается вспышкой серебра.

Тонкие линии, словно живые, переплетаются, формируя узкий мост, растущий к островку.

— Видите? — шепчу, завороженно глядя на мост.

Фехос замолкает. Его лицо бледнеет, а пальцы на моём локте врезаются в кожу.

— Это… — он делает короткий вдох, будто не верит своим глазам. — Вы… вы не могли этого сделать.

Он качает головой, словно силясь стряхнуть наваждение. Его рука ослабляет хватку, но не отпускает меня полностью — генерал словно боится, что, если разожмёт пальцы, я исчезну в этой колдовской дорожке.

— И тем не менее, — отвечаю я.

На секунду Фехос размыкает руку. Я осторожно ступаю на мост, и сразу же под ногами пробегает дрожь.

Призрачные нити, тонкие, как паутина, мягко обвиваются вокруг моих ступней, удерживая на весу.

Каждый шаг отдаётся в воздухе невидимыми волнами. Свет едва заметно мерцает в такт моему сердцебиению.

Дорожка подрагивает, но не рушится. Она держит меня. Она ведёт меня.

Фехос ругается себе под нос, но, когда я оказываюсь уже на середине, вынужден последовать за мной. Его шаги осторожны, движения напряжённые — он явно не доверяет этой хрупкой конструкции.

— Опасно… — бормочет он, вглядываясь в воду под нами. — Чую.

— Опасно — стоять на месте, — отзываюсь я, не замедляя шага.

Передо мной пульсирует аметистовый источник. Его свет пляшет на стенах грота, словно чужие призрачные руки тянутся из темноты.

Я дохожу до островка, и тогда замечаю это.

Человеческое тело.

Оно распластано на камне, словно выброшенная морем кукла. Грудь не вздымается, руки разбросаны в неестественной позе.

Тонкая, почти прозрачная струйка тёмной жидкости медленно стекает с губ, извиваясь по подбородку, как живая змея.