Ничего кроме правды. Нюрнбергский процесс. Воспоминания переводчика

Оправданные подсудимые и неосужденные преступники

Как известно, Трибунал вынес оправдательные приговоры не только Шахту, но и еще двум подсудимым: Папену и Фриче. Эти двое почти начисто исчезли из моей памяти и воскресли в ней лишь много лет спустя, когда я познакомилась с их мемуарами в читальном зале Библиотеки имени Ленина.

Тогда, в Нюрнберге, член Трибунала от СССР И. Т. Никитченко заявил о своем несогласии с оправданием Шахта, Папена и Фриче и обосновал свое расхождение с другими членами суда в Особом мнении, которое было приобщено к приговору. Факты и доводы, изложенные в этом объемистом документе, убедительно подтверждали, что оправданные Трибуналом Франц фон Папен и Ганс Фриче так же, как и Шахт, активно способствовали укреплению нацистского режима и выполнению агрессивных планов Гитлера.

Но, тем не менее и несмотря на всё это, мне казалось, что дела таких, как Фриче и Папен, должны были бы рассматриваться не Нюрнбергским трибуналом, а каким-то другим, если так можно выразиться, менее крупнокалиберным судом. В Нюрнберге же на скамью подсудимых следовало бы посадить таких преступников первой величины, как Геббельс и Гиммлер. Но к началу процесса ни того, ни другого уже не было в живых. Главный пропагандист «Третьей империи», ближайший сотрудник и наперсник Гитлера Йозеф Геббельс и первый палач нацистской Германии рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер успели раскусить ампулы с ядом и тем самым избежали виселицы.

Что касается меня, то я не могла избавиться тогда от мысли о том, скольких преступников надо было бы посадить на скамью подсудимых, если бы Международный трибунал продолжил свою работу в Москве. Речь, конечно, должна была бы идти только о главных большевистских преступниках, иначе очень легко переступить недозволенную грань и, нарушив библейские заповеди, утопить правосудие в крови массовых репрессий, которые всегда и везде приводят к гибели ни в чем не повинных людей. Честь и хвала Нюрнбергскому трибуналу, что он не пошел по этому пути!

По данным, обнародованным в 1996 году, всего лишь 50 (!) работников огромного сталинского аппарата насилия и террора были после смерти диктатора привлечены к уголовной ответственности. А ведь только главных советских преступников при всей строгости отбора хватило бы на три-четыре таких же длинных, как в Нюрнберге, скамьи. Но все они, как правило, благополучно завершили свою карьеру, кроме, пожалуй, одного Берии и нескольких его приспешников.

На Нюрнбергском процессе среди членов советской делегации не было такого, кто не знал бы о существовании некоего Лихачева, ближайшего помощника Берии, официально засланного в Нюрнберг не знаю, в качестве кого, но очень хорошо знаю, зачем. Когда мои более молодые друзья спрашивают меня о Лихачеве, я не могу назвать им ни его имени-отчества, ни чина, ни официальной должности на процессе. Я отвечаю им лишь одно: этот страшный человек был расстрелян вместе с Берией в 1953 году.