Путь Абая. Книга II

Наутро Жиренше и Абылгазы выехали с охотой Абая. Зверь долго не попадался, и только заполдень джигиты-загонщики выгнали со склона, поросшего густым кустарником, матерого лисовина. Несмотря на то что беркут Абылгазы так и рвался с его руки, Жиренше не позволил ему пускать птицу, и в воздух поднялся один лишь Карашолак. Он быстро настигал зверя.

Абай, Жиренше и Абылгазы сидели на конях рядом, Абай залюбовался стремительным полетом своего беркута и с ликованием, насмешливо крикнул Жиренше:

- Смотри, как пошел! Что ты скажешь теперь, предсказатель Жиренше?

- Ладно, посмотрим! - отвечал ему Жиренше. - Лиса еще не приторочена к твоему седлу! Рано еще ликовать!

Лиса металась в кустах, беркут мощно и стремительно упал на нее с воздуха. От удара зверь был мгновенно придавлен к земле, распластан на ней, огромная птица сидела на его спине.

- Взял! Замял когтями! - вскричал Абай.

Он и Ербол во весь дух поскакали к кустам, где беркут тяжко трепетал крылами. Турганбай и Жиренше поскакали следом.

И вдруг лисица, отчаянно извернувшись, смогла вырваться из когтей беркута, сбросить его с себя, и нырнула под колючий куст. Это случилось, когда всадники были почти рядом. Пошатываясь, она показалась с другой стороны кустов, мелькнула по прогалине и скрылась в густых неприступных зарослях колючки. Абай и Ербол осадили коней перед их стеной. С досадой хлопая себя по бедрам ладонями, кружились на своих лошадях перед кустами. Лиса исчезла.

Подъехал Жиренше, ничего не стал говорить, лишь ухмыльнулся, покачиваясь в седле и с откровенным издевательством поглядывая на Абая и его кусбеги Турганбая. А те принялись, как вчера Жабай, неудачу свою сваливать на колючие кусты.

Турганбай с угрюмым видом бормотал, сажая на руку ловчего беркута:

- В Карашолаке течет кровь Жанбауыра... Идите вы все... Кто больше всех знал об этих птицах? Не Уали-тюре, разве? Конечно, он! И Уали-тюре говорил: «От когтей Жанбауыра никакой лисе не уйти. Но в колючих кустах он не начнет бой со зверем.»

Утешили ли эти слова самого кусбеги, было непонятно.

Охоту на этом пришлось закончить, лис больше не попадалось. Вскоре обе группы вернулись к шалашам. Жиренше всю дорогу допекал Абая тем, что он еще и сам не знает, какой у него великолепный беркут.

В шалаше упрямый Турганбай опять кормил досыта ловчую птицу своим кровавым ойтамаком.

Абылгазы и в сегодняшний вечер тайком проверил, каков жир под крыльями Карашолака, и убедился, что жировые комочки стали больше. И с большей уверенностью, чем вчера, высказал такое мнение:

- Завтра Карашолак даже не схватит лисицу. Мимо пролетит, не упадет на нее.

- Ну, ты говори да не заговаривайся! - рассердился на него Абай. - Шайтан, что ли, развязывает тебе язык? В Кыргыз-Шаты объявился новый шаман-бахсы! Тоже мне, прорицатель!

А Жиренше, как и вчера вечером, накрылся с головою шубой и вдоволь нахохотался под нею. Высунув бородатую голову из-под нее, добавил ко всему сказанному им:

- В таком случае, могу еще вам предсказать: за целую неделю ваш беркут не возьмет ни одной лисы.